Произнесший эти слова мужчина дожидался гостей на верху лестницы, сразу возле белых элегантных дверей, украшенных скромной, чистого золота, табличкой:
МОСКОВСКАЯ УПРАВА ДРАКОНОВ
ЦЕНТРАЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ
— Прошу вас! — мужчина широким жестом распахнул двери.
За дверями оказался зал, по красоте сравнимый разве что с приемной президента какой?нибудь сверхдержавы. Меж высоких узких окон стены были зеркальными, вдоль стен в элегантном беспорядке стояли мягкие кресла, обитые золотисто блестевшей кожей. Возле кресел на тонких ножках примостились сервировочные столики с вазами, полными фруктов или каких?то экзотических, сладко пахнущих цветов. Все это изящное великолепие освещалось несколькими люстрами от Тиффани, свисавшими с потолка на тонких золотых цепочках.
— Располагайтесь, — кивнул на кресла мужчина. — Чай, кофе, коктейли? Я распоряжусь, все принесут. Да, прошу прощения за то, что сразу не представился. Сергей Павлов.
— А, очень приятно! — улыбнулся Баронет светской улыбкой, но руки не подал. — Госпожа Инари нам о вас рассказывала. А я, знаете ли…
— Знаю, знаю! — не менее широко заулыбался русский дракон?бизнесмен. — Вы тот самый знаменитый маг, уполномоченный Трибунала…
— Не надо титулов, — отмахнулся Баронет. — Просто Калистрат Иосифович Бальзамов. К вашим услугам.
— А?.. — Сергей Павлов с вопросом в золотистых глазах оборачивается и смотрит на Авдея.
— Авдей Белинский, — отрекомендовал тот и тут же получил порцию восторга:
— Как же, как же, ведь я читал ваши романы! Это потрясающе! Романтика мечей, средневековых баталий, рыцарских понятий о любви и чести…
— Вы? Читали мои романы? — осторожно спрашивает Авдей. У него как?то не укладывается в голове, что этот жизнерадостный, пышущий здоровьем и энергией джентльмен мало того, что является драконом (что само по себе круче всякой книжной фэнтези), но еще и читает книги Авдея!…
— А почему вас это удивляет? — как бы даже обижается дракон?бизнесмен. — По?вашему, мы какие?то неполноценные существа, недостойные всего светлого и возвышенного? По?вашему, нам чужда литература?! Да если хотите знать, я в детстве вообще… Крапивина читал! Ходил в юношескую спортивную секцию фехтования, строил модели парусников и стихи писал про дальние странствия и отважных моряков… Не понимаю, не понимаю, откуда этот тривиальный негативизм в человеческом сознании, этот нивелирующий тотальный штамп: если дракон — значит, ужасный, недоразвитый и отвратительный!
— Нет, помилуйте, я вовсе так не думаю, — тихо сказал Авдей. — Как я могу так думать, если моя законная жена — дракон?
Сергей Павлов очень внимательно посмотрел на Авдея.
— Ваша супруга, — вкрадчиво как?то спросил он, — знает о существовании нашей организации?
— Безусловно. Кроме того, я полагаю, что именно ваши МУДРАКи не дают моей жене вернуться в человеческий облик.
— Поправьте меня, если я ошибаюсь…
— Вы не ошибаетесь, — встрял Баронет, сверкнув змеиным своим оком. — Вика Белинская. Природная ведьма Викка. Ставшая драконом. Она его жена.
… С лицом человека?дракона Сергея Павлова что?то сделалось: вся приветливость испарилась, осталось только холодно?официальное выражение, присущее чиновникам всяких вышестоящих инстанций да еще крутым бизнесменам, пришедшим вытряхивать долг из разорившейся фирмы.
Ставшая драконом. Она его жена.
… С лицом человека?дракона Сергея Павлова что?то сделалось: вся приветливость испарилась, осталось только холодно?официальное выражение, присущее чиновникам всяких вышестоящих инстанций да еще крутым бизнесменам, пришедшим вытряхивать долг из разорившейся фирмы.
— Наследница — жена простого смертного… — почти беззвучно проговорил Павлов. — Это удар.
— Вы что?то сказали? — снова встрял Баронет, и нечеловеческий глаз его при этом засветился как изумруд.
— Нет?нет, — оказалось, дракон?бизнесмен отлично умеет скрывать свои эмоции. Вот только взгляд, которым он с головы до пят окинул Авдея, был абсолютно лишен предыдущего восхищения. Скорее, наоборот. Если бы писатель и человек Белинский был хоть чуть?чуть более внимателен, он бы заметил, что Павлов смотрит на него как соперник. Ревнивый, упрямый соперник, умело скрывший свое угрюмое настроение под маской деловитости и светскости. Павлов умело и ненавязчиво перевел разговор в другое русло, спросил у Инари, как продвигаются вопросы с подписанием договора у ее босса, позвонил по мобильнику, приказав подать в зал дайкири для дамы и двойной бурбон со льдом для джентльменов, словом, изобразил бурную деятельность.
Однако гостей эта учтивость отчего?то не вдохновила. Они не притронулись к принесенным коктейлям, Инари?сан даже как?то брезгливо передернула плечами, глядя на хайболл с дайкири, и сказала Павлову.
— Сергэу?сан, я привела сюда этих людей не для того, чтобы отдыхать. У них важные дела. Мы можем видеть господина премьера?
— Госпожа Инари, — в голосе Павлова звучал лед. — Не считаете ли вы и ваши… приятели, что господин премьер появляется в офисе Управы исключительно в соответствии с вашими желаниями?! Поверьте, у него тоже есть дела, и весьма важного свойства.
— Сударыня, — добродушно, точь?в?точь как бог Дайкоку, улыбнулся Инари Баронет. — А нужен ли нам какой?то премьер?
— Но… Информация о деятельности Управы, целях, планах и задачах… Об этом может полностью рассказать только господин премьер, и я надеялась, что все для вас прояснится, что вы не встретите такого приема, — бледнея от гнева, проговорила прекрасная Инари и глянула на Павлова так, что другой на его месте просто бы испепелился.
— Информация? — продолжал улыбаться Баронет. — Вот уж мелочишка?то… Сергей Борисыч, — неожиданно обратился он к Павлову, — код доступа в основную базу 20 21 10 10?
Дракон?бизнесмен стал нехорош лицом.
— Как вы могли узнать?! — прошипел он.
— Делов?то! — беспечно сказал Баронет. — Для старого солдата Трибунала Семи Великих Матерей Ведьм сконнектиться с какой?нибудь локальной системкой и выкопать все значимые файлы — работа нехитрая. Да что вы так бледнеете, это нехорошо! Во?первых, судя по изученным мною файлам (да, да, пока вы коктейли заказывали, я тридцать два мегабайта оперативки в своей седой голове прокрутил), особо секретной и значимой информацией ваш МУДРАК не располагает. Подумаешь, численность поголовья драконов! Анкетные данные! Не дергайтесь. Мы не за тем пришли. Э?э, а вот это уж совсем лишнее!
Павлов трясущимися руками навел на Баронета длинноствольный пистолет с глушителем. Инари взвизгнула, Авдей чертыхнулся, Калистрат Иосифович зевнул.
— Между нами, драконами, говоря, — сказал он со странным пришепетыванием и облизнул стремительно зарастающие чешуей губы длинным, раздвоенным языком, — использование человеческих видов оружия представителями нашего вида является дурным тоном. Брос?с?сьте пис?с?с?столет!
Павлов, глядя зачарованно на преобразившегося Баронета, отшвырнул оружие.
— Разве вы тоже… наш? Но я не увидел у вас драконьего знака…
— И не увидите.
..
— И не увидите. — Баронет спокойно преобразился обратно и дуновением уст превратил валявшийся на полу пистолет в горстку ржавой пыли. — Но между драконами и змеями существует такое же сходство, как между львом и тигром. Так что ведите себя достойно. Особенно при даме. И вот еще что, господин Павлов. Мы пришли не за информацией и не за тем, чтобы сдать членские взносы в ваш МУДРАК. Нам нужна Викка.
