Но такой вариант совершенно не устраивал Гриву. Это была его игра.
— Ты будешь сражаться со мной, — заявил Артём, изобразив лицом максимальную свирепость. — По нашим законам сначала бьется меньший.
— Что за странные законы? — удивился чернокожий.
— Они не странные, — возразил Грива. — Ведь если более сильные убьют всех врагов, как тогда доказать свою храбрость тем, кто слабее?
Чернокожий задумался. Умом он не блистал, так что ему понадобилась минута, чтобы переварить информацию.
— У нас другие законы, — заявил он. — И это хорошо. Потому что драться с тобой буду я. Ты готов?
— Погоди, это еще не всё. Дух запретил мне проливать твою кровь, или ты забыл?
— Ты не будешь драться? — презрительно бросил чернокожий. — Ты испугался?
— Не тебя, — ледяным голосом произнес Грива. — Я боюсь ослушаться воли духа и пролить твою кровь. Так что ты будешь сражаться своим оружием, а я — голыми руками.
И Грива демонстративно положил на травку копье и арбалет.
— Ты умрешь! — пообещал гигант.
Артём пожал плечами: мол, лучше умереть, чем прогневать потусторонние силы.
Чернокожий заколебался. Честолюбивый парень, он сообразил, что победа над безоружным маленьким пришельцем не прибавит ему славы. А что делать?
— Я тоже буду драться без оружия! — гаркнул он, бросая на землю копье и щит.
Грива кивнул. Признаться, он на это и рассчитывал. Перспектива сражаться голыми руками с неизвестным вооруженным противником его не вдохновляла. Зато в рукопашной он мог надеяться на успех.
— Не радуйся, чужак, я тебя все равно убью, — пообещал гигант. — Сломаю тебе шею, как детенышу павиана!
И без предупреждения бросился на Гриву. Рывок был хорош. Негр был быстр, как кошка, и здоров, как буйвол. Клещи черных лап сомкнулись на плечах Артёма, ноги его оторвались от земли, и в следующий миг он оказался в воздухе. К счастью, чернокожий был показушником. И, желая подбросить Гриву как можно выше, выпустил его из рук.
Артём взлетел, сгруппировался, перевернулся в воздухе и грамотно приземлился на ноги за спиной победоносно взревевшего противника.
— Бросок не засчитан! — крикнул Грива по-русски.
Негр обернулся…
И Артём был тут же наказан за самоуверенность. Стремительности чернокожего позавидовал бы леопард. Грива опять оторвался от земли. На этот раз гигант бросил его не сразу, а подержал некоторое время над головой, на вытянутых руках, и лишь потом метнул «живой снаряд».
Грива пролетел метров пять… И снова приземлился на ноги. Воздух был его стихией еще с тех времен, когда отец познакомил шестилетнего Гриву с батутом.
Третью атаку Артём не прохлопал. Уход в сторону, перехват конечности, досыл с проводом через бедро.
С приемами дзю-дзютцу его противник был явно незнаком. Грохнувшись спиной оземь, чернокожий на пару секунд потерял дыхание. Еще бы! Такая туша! Пудов восемь как минимум. Грива дал ему возможность подняться. И снова атаковать. На этот раз он почти позволил себя схватить… Но, опередив на миг, упал на спину и встретил противника сдвоенным ударом ног в живот. Мог бы и в пах, но решил, что калечить чернокожего не стоит. Всё равно получилось эффектно. Громила перелетел через упавшего Артёма, перевернулся в воздухе и приземлился на плечи. Упади он на голову, мог бы и шею сломать. А так — просто вырубился на время, достаточное, чтобы Грива расположился на нем сверху и воткнул пальцы в ямку между ключиц. Опять-таки не с целью убить, а для того, чтобы противник прочувствовал, каково это — когда не вдохнуть. Обозначил — и отпустил. И встал. А черный остался лежать, и поднялся он только через пару минут, потому что приложился о землю даже крепче, чем предполагал Грива.
— Это не ты меня победил, — мрачно заявил громила. — Это была воля духа.
— Конечно, — легко согласился Артём. — Ты — великий охотник.
«Великий охотник» сморщил покатый лоб, обдумывая сказанное, но ничего уничижительного в словах Гривы не обнаружил.
Кроме возможности «сохранить лицо».
— Вы можете идти по нашей земле, — изрек он после минутного размышления. — Но думаю, идти вы должны в наше селение. Старшие захотят посмотреть на вас.
«И заодно проверить, не соврал ли я насчет потусторонней таможни», — подумал Грива.
Ладно, прорвемся. В селении наверняка есть вода. А пить очень хочется… Артём облизнул пересохшие губы. Подвижные игры на свежем африканском воздухе плохо утоляют жажду.
— Возьми! — В руках Артёма оказалось страусиное яйцо, до половины наполненное водой.
— Меня зовут Гневный Буйвол, — представился недавний противник Гривы. — Я — самый великий охотник по эту сторону гор. Ты тоже великий охотник, — милостиво изрек чернокожий гигант, глядя на Гриву с высоты своего башенного роста и всё еще морща лоб. Его мозг никак не мог переварить тот факт, что заморыш вдвое меньших габаритов дважды поверг его наземь.
Однако здоровяк был не только силен, но и достаточно сообразителен, чтобы смириться с реальностью и использовать ее для поднятия собственного авторитета.
— Я думаю, мы с тобой подружимся, — сказал он и покровительственно похлопал Гриву по спине.
На спутников Артёма он даже не посмотрел. Грива подозревал, что он просто опасается, что будет вызван на бой тем же Путой. А уж если такой малыш, как этот, сумел повалять черного гиганта по травке, то мало уступающий ему габаритами Пута… Словом, одну неудачу можно спихнуть на духов, а вот вторая может серьезно подорвать авторитет.
Что ж, у этого парня есть все задатки вождя, подумал Грива. Но можно ли ему доверять?
Глава двадцатая
БУЙВОЛ, «МАРАБУ» И МАЛЕНЬКАЯ ЗЕБРА
Озеро было довольно большое — километра два в поперечнике. На мелководье — тысячные стаи птиц: пеликанов, фламинго и прочих пернатых. Сущий рай для орнитолога. На песке грелись крокодилы. По ним, как по бревнам, тоже скакали птички. На зеленых низменных лугах (надо полагать, в сезон дождей их заливает полностью) паслись зебры, гну, канны, другие антилопы помельче. В этом охотничьем раю можно было собрать великолепную коллекцию рогов всех форм и размеров.
Одного взгляда на подобное изобилие было достаточно, чтобы понять: местным двуногим никогда не стать скотоводами. Нет смысла.
Хижины аборигенов стояли там, где берег был повыше. Примитивные круглые конструкции из грубо обработанных деревянных кольев, прутьев и листьев. Судя по количеству и размеру строений, в поселке обитало не менее пяти сотен человек. По меркам первобытно-общинного строя — настоящий мегаполис.
Появление Гривы и его спутников вызвало ажиотаж. Вокруг них мгновенно собралась толпа. Судя по репликам, белых людей (если можно назвать белыми дочерна загорелых Архо, Путу и немногим более светлого Артёма) здесь раньше не видели. Кто-то немедленно высказал предположение, что они — не люди, а воскресшие мертвецы или злые духи. Судя по тому, что обнаружилась целая куча желающих пощупать гостей — живые они или мертвые, — покойников здесь не очень-то опасались.
Гневного Буйвола боялись куда больше. Стоило предводителю разок рявкнуть, и Гриву с товарищами моментально оставили в покое.
Старейшины, которым, по словам Буйвола, было бы любопытно взглянуть на пришельцев, оказались траченной молью компанией темнокожих аксакалов, чью одежду составляли разные анималистические символы вроде львиных хвостов и опахал из птичьих перьев.
