— Повелитель, нас преследуют, — подъехал к Леку проводник. — Один всадник. Прикажете убрать?
— Не надо, — отрицательно покачал головой горец. — Я, похоже, знаю, кто это.
— Ты о чем? — недоуменно спросил Санти, не слышавший слов охотника.
— Гонится за нами один сумасшедший… — проворчал Лек. — Лучше подождем, а то он еще во время открытия портала нагонит. Этого нам только не хватало!
— Кто гонится? — изумился Энет.
— Да парень, с которым наш рыжий торговался, больше некому.
— Щас прибью, чо за проблема? — довольно потер руки Храт, поворачивая лошадь.
— Тихо ты! — скривился Лек. — Успокойся. Стойте и ждите, сам говорить буду. Ясно?
— Хорошо, наставник, — растерянно ответили все четверо, не понимая, что это нашло на горца.
Рабыня удивленно смотрела на них. Инар подчиняется касоргу? Это как? Разве такое бывает? Какие-то они странные, эти молодые господа… Да и офицер стражи почему-то назвал носатого Повелителем. Остальные зовут наставником. Ой, похоже, они не те, за кого себя выдают… Похоже, влипла по-настоящему…
На поляну, где остановился отряд, выметнулся взмыленный конь вороной масти, хороший конь тиланской породы. На нем сидел юноша, торговавшийся с Санти за рабыню. На его лице застыло отчаяние, глаза походили на темные провалы. При виде ожидавших всадников он резко осадил коня и спрыгнул на траву, схватившись за рукоять меча. Лек удивленно пожал плечами. Совсем обезумел? Это же додуматься надо было — в одиночку погнаться за хорошо вооруженным отрядом.
— Кто ты такой?! — резко спросил незнакомец у Санти. — Да кто ты вообще такой, сволочь?!
— Тебе-то что? — удивился скоморох.
— Ты украл мое имя, ты украл мою любимую! Откуда ты взялся, будь ты проклят?!
Лек присвистнул. Значит, этот парень — настоящий Эхе кё Сите? Но тот ведь рыжий! Это известно в Нартагале каждому.
— Да пошел ты, придурок! — возмутился Санти.
— Стоп! — Лек спрыгнул на землю. — Рыжий, уши надеру. Я сам буду говорить. Уяснил?
— Как скажешь, — недоуменно пожал плечами скоморох. — Сижу, молчу, никого не трогаю.
— Вот и сиди, — отмахнулся горец, поворачиваясь к удивленному наглостью касорга нартагальцу. — Так вы Эхе кё Сите? Чем докажете? У ваших волос совсем другой цвет.
— Краска, — глухо сказал юноша.
— Краска, — глухо сказал юноша. — Я путешествовал инкогнито, не хотел привлекать к себе внимания короля, он спит и видит, как бы от меня избавиться. А доказать? Вот!
Он протянул Леку свернутый в трубку пергамент, ощутив какой-то частью сознания ауру власти, исходящую от носатого молодого человека. Горец прочел пергамент и кивнул. Документ, заверенный печатью наглеатского деора, утверждал, что его податель — наследник рода кё Сите.
— Я мог натравить на вас стражу! — выкрикнул юноша, явно сожалея, что не сделал этого. От отчаяния он бросился в погоню, даже не взяв своих касоргов.
— Это вам не помогло бы, — холодно сказал Лек, сворачивая пергамент. — Вы живы до сих пор только потому, что я понял — вы ее любите.
Он кивнул в сторону застывшей на спине лошади рабыни. Девушка не отрывала обреченного взгляда от лица Эхе и плакала, не вытирая слез.
— Разве это имеет какое-нибудь значение? — недоверчиво спросил нартагалец.
— Для меня — имеет, — вздохнул горец. — Я сам был на вашем месте и вполне способен представить ваши чувства. Мне жаль вас, но я обязан исполнить приказ и доставить эту девушку кое-куда. Поэтому езжайте-ка своей дорогой, господин кё Сите. Езжайте и забудьте ее. Так будет лучше и для вас, и для нее.
— Лучше убейте меня… Мне без нее не жить.
— Да как могло случиться, что инар полюбил рабыню?! — не выдержал Санти.
— Как? — Эхе горько усмехнулся, опустив голову.
Он немного помолчал и начал рассказывать. Наследник рода кё Сите рос в огромном пустом доме, в котором даже слуг было — раз-два и обчелся. Рабов деор не держал, дав слово жене перед ее смертью. Отец не любил сына, в глубине души считая его виновным в смерти матери, и редко уделял внимание наследнику имени. Однако следил, чтобы юный Эхе получил необходимое его положению образование, нанимая лучших учителей. Играть мальчику было не с кем, детей слуг не допускали к наследнику имени рода и второму наследнику престола королевства. Оставались только книги, из дому отец выпускал сына редко. А сам занимался какими-то бесконечными изысканиями, связанными с некромантией.
Вокруг деора постоянно крутились десятки шарлатанов, суливших золотые горы, но не способных выполнить ни одного из своих обещаний. Эхе презирал эту породу людей всей душой, сразу понимая их суть и удивляясь, что отец сам не понимает ее. Но раскрывать деору глаза перестал после первой же попытки — мальчика на неделю заперли в старой пыльной библиотеке. Именно тогда он и пристрастился к чтению, полностью погрузившись в выдуманный мир.
Все изменилось после достижения Эхе совершеннолетия. Деор Наглеата отпустил сына в большую жизнь, подарив ему четверть своих бесчисленных поместий и выделив вполне достаточные средства. Юноша с радостью поселился отдельно, родной дом вызывал у него холодную дрожь. Однако разгульный образ жизни большинства молодых инаров, думающих только об удовольствиях, наследнику кё Сите по душе не пришелся. Ведь Эхе вырос на книжных идеалах любви, чести и благородства, его тошнило от бездумной жестокости сверстников, способных ради развлечения травить собаками рабов, не говоря уже об обращении с рабынями для утех.
Долго усидеть дома Эхе не смог, большой мир лежал у порога и манил. Выбравшись в Наглеат, юноша столкнулся с раболепием всех вокруг — рыжий инар в Нартагале был только один — он сам, и люди легко узнавали сына своего господина. Кроме того, на юношу за три дня совершили несколько покушений, предотвращенных охраной, лично отобранной отцом из своих касоргов и вардатов, прошедших подготовку в лучших боевых школах страны.
Кроме того, на юношу за три дня совершили несколько покушений, предотвращенных охраной, лично отобранной отцом из своих касоргов и вардатов, прошедших подготовку в лучших боевых школах страны.
Деор объяснил перепуганному сыну, в панике примчавшемуся в родовое поместье, что он является не только наследником рода кё Сите, но и вторым наследником престола Нартагаля. И что семья короля этим крайне недовольна, не желая упускать власть из своих рук. Единственный сын короля очень слаб, постоянно болеет и, скорее всего, долго не проживет. В этом случае корона должна перейти к Эхе, если его своевременно не уберут. Третьим наследником был дядя короля, и он сделает все, чтобы расчистить себе дорогу к престолу. Отец посоветовал ошарашенному такими новостями сыну не покидать хорошо охраняемого поместья, куда наемные убийцы доступа не имеют — защиту строили высшие маги столичного Ализиума. Однако вскоре Эхе снова стало скучно. Он немного подумал и нашел выход — выправил с помощью верных касоргов документы провинциального инара из не слишком богатых, взял двадцать лучших охранников, перекрасил волосы в черный цвет и отправился путешествовать инкогнито.
— Но мне все еще неясно, где вы встретили девушку.
— Понимаете, по прибытии в любой крупный город инары, особенно молодые, обычно посещают элитные воспитательные дома для рабынь, присматривая себе новые игрушки, — вздохнул юноша. — Если этого не сделать, можно вызвать подозрение у касоргов короля. Вот я и пошел туда, когда приехал в Авендар, думая побыстрее избавиться, никогда не любил на это смотреть…
