— Да пошел этот Кагал в габтов зад! — отмахнулся череп. — Достали своими склоками, грызутся и грызутся, никак шкуру неубитого медведя не поделят. Напрямую с егерями лучше договариваться. Могу взять это на себя, многие черепа полков с радостью помогут.
— Буду благодарен, — покивал горный мастер. — Но говорить с Кагалом все же придется. Император вскоре пришлет посла.
— Тогда пусть лучше Храта присылает, ему Кагал ни в чем не откажет, они перед парнем благоговеют. Хорошего вы бойца воспитали, слов нет.
— Егеря, которых недавно в ученики взяли, тоже со временем не хуже станут, — пожал плечами Артин. — Их уже гоняют как следует.
— Это еще когда случится, — проворчал Горт, спрятав топор в чехол. — А Храт все равно останется первым. Жезл Чести за последние полста лет еще никому, кроме него, не вручали.
— Я передам его величеству твое мнение, — кивнул горный мастер. — Думаю, он прислушается. Толковый мужик нам в императоры достался, ничего не скажу. А кузнец он какой!
— Завидую… — тяжело вздохнул череп. — Нам давно надоели старейшины, тянущие каждый в свою сторону. Пора своего императора на престол возводить. Пусть лучше один волк во главе будет, чем целая стая шакалов.
— Это уж вам решать, — ухмыльнулся Артин. — Тебя с ребятами сейчас домой отправлять?
— Ага. Надо еще отдохнуть чуток, днем мне в Кагале отчитываться. Скоро на границу, слава Создателю Миров. Не люблю в столице служить, скучно.
— Прекрасно тебя понимаю, сам такой же. Ронх, ты как?
— Сейчас, — недовольно пробурчал маг, подходя к ним. — Дай хоть отдышаться, умаялся я.
Но много времени ему не понадобилось, вскоре орки исчезли в туманном облачке. Тайка с интересом проводила их взглядом, она чувствовала себя усталой, но очень довольной. Доказала этим воинам-демонам, что не просто балласт, а тоже кое-что может! Она бросила взгляд на Энета и удивленно вскинула брови — юноша снова уткнулся в книгу. Нет, один в один их старый шаман, ничем не отличается. Только что молод. Но надо бы выполнить обещанное, охотница только при свете дня поняла, где находится овраг. Совсем рядом с последним стойбищем Белок, пробежаться недолго… Она подошла к Энету и сказала, что ее бывший дом совсем рядом. Юноша встрепенулся.
— Артин, — подошел он к командиру. — Отпусти, а? Мы быстро.
Юноша встрепенулся.
— Артин, — подошел он к командиру. — Отпусти, а? Мы быстро.
Тот тяжело вздохнул. Ну что ты будешь делать с этим сумасшедшим книжником?
— Я с ними смотаюсь, прикрою, — рассмеялся случившийся рядом Санти. — Лучше отпусти, а то ведь он никому покоя не даст. Плешь проест.
— А по шее? — приподнял левую бровь Энет. — Могу и дать.
— Это еще кто кому даст, — весело хмыкнул скоморох, поглядывая на друга.
— Ладно уж, обормоты, идите, — махнул рукой командир. — Только смотрите мне, попадетесь святошам — выдеру. Всех троих!
— Не хватало только! — хихикнул рыжий. — Пусть сперва попробуют поймать.
— Да были бы вы вдвоем, я бы и не беспокоился, но с вами девушка. Она воздушной акробатикой не владеет.
— Вытащим, — отмахнулся Энет, приплясывая в предвкушении, известие о предсмертной рукописи карвенского философа Делията возбуждало юношу донельзя.
Бежали быстро, деревья сливались в туманную полосу. Тайка не отставала от горных мастеров, даже смеялась на бегу, что не могло не удивлять. Впрочем, дикарка — охотница, для которой выносливость означает выживание. Дорога заняла полчаса, Энет первым заметил полусгнившие, сливающиеся с кустами, травяные шалаши и остановился. Оглянулся на девушку и замер. По щекам Тайки текли слезы, она с тоской смотрела на остатки стойбища. Здесь ведь погибли все ее родные. Он сочувственно поглядывал на девушку, застывшую у пологого холмика, в котором угадывалась могила.
— Идем, — голос Тайки был тихим и дрожащим. — Шамана я зарыла дальше.
Еще несколько холмиков обнаружилось между деревьями. А затем Энет увидел настоящее капище с грубо вырезанным деревянным идолом. Девушка низко поклонилась этому идолу, что-то неслышно шепча. Положила перед ним несколько отрезанных вражеских ушей — заранее озаботилась, наверное. Когда и успела-то? Как будто бы и не приближалась к месту боя, на дереве с луком сидела.
Поговорив с богом племени, Тайка в который раз поклонилась и направилась в большому дубу с морщинистой корой. Он был весь в дуплах, в одно из которых девушка и запустила руку. Немного порывшись, она достала кожаный сверток, вздохнула и протянула его Энету. Юноша дрожащими руками развернул его и замер. Исписанные плотным мелким почерком листы плохо выделанного пергамента из оленьей кожи. Энет попробовал разобрать написанное. По-карвенски. «О смысле бытия. Искание, испытание и суть, выделенные в тезисы. Писания Делията Изартана Этаронского».
Так и есть! Посмертная книга великого философа, которого в Карвене, конечно, приговорили к сожжению за ересь. Как он бежал оттуда, ведает, наверное, только Единый. Может, невидимки помогли? Но тогда почему он оказался на Манхене? Не захотел связываться с «колдунами»? Побоялся? Но чего? Император ведь переписывался с ученым, насколько было известно Энету, и не раз приглашал Делията в Элиан.
Тридцать лет назад северное побережье Манхена еще не принадлежало империи, и решивший не связываться с его величеством перепуганный до смерти человек вполне мог здесь высадиться. Эх, дурак высокоученый… Сколько бы он еще мог сделать, а предпочел столичному университету прозябание в лесу. Но все-таки оставил потомкам кое-что. И хорошо, что его работу удалось найти. Ректор Тарсидарского университета будет счастлив, увидев эту рукопись, она, наверное, сразу же пойдет в перевод и в типографию.
Профессор Зарген — большой поклонник ранних идей Делията, и при виде посмертной книги своего кумира потеряет покой.
— И чего он тама накатал? — задала риторический вопрос Тайка. — Он шибко умный был, стоко занятного баял, никто боле так не мог.
Энет покосился на нее и вдруг осознал: эта вот дикарочка, неграмотная, невежественная, грязная, имела такую же, как и он, страсть к знаниям. Хотела все понять и пощупать своими руками. Бывает ведь, что уродится в диком племени вот такое. Что с ней станет-то? Пропадет ведь в незнакомой жизни, затопчут, сожрут. Она же не знает даже, что такое деньги. А как помочь? Граф на минуту задумался. Есть способ, но одобрят ли это друзья и его величество? Не одобрят? Ну и пусть. Девочка не заслуживает борделя, куда обязательно попадет, если оставить ее без помощи в любом городе империи.
— Хочешь стать моей ученицей? — негромко спросил он. — Научу всему, что знаю и умею сам.
— Ученицей? — удивилась Тайка. — Хочу.
— Вот и хорошо. Только смотри, гонять стану страшно, спать некогда будет. Я, пока в учениках ходил, об одном только мечтал — выспаться вдоволь, да чтобы отстали. Зато научишься драться, как мы, да и грамоте научу, сама книги читать сможешь.
— Правда?! — Глаза девушки расширились, ради этого она готова была на все.
— Правда-правда, — рассмеялся Энет.
Санти ехидно ухмыльнулся и открыл было рот, собираясь что-то ляпнуть. Пришлось показать рыжему кулак.
По возвращении на них накинулся Артин. Выслушав мнение командира о своих умственных способностях, граф сильно удивился. Что случилось-то? Сам ведь отпустил.
