— Может, мы тут еще долго пробудем.
Все молчали. Вдруг он просиял улыбкой:
— Но великолепный же остров. Мы — Джек, Саймон и я, — мы забирались на гору. Колоссально! Тут и еда есть, и вода, и… — и скалы… — и синие цветы…
Хрюша, несколько оправившийся, показал на рог в руках у Ральфа, и Джек с Саймоном осеклись. Ральф продолжал:
— Пока нас спасут, мы тут отлично проведем время.
Он широко раскинул руки.
— Как в книжке!
Тут все закричали наперебой:
— «Остров сокровищ!» — «Ласточки и амазонки»!
— «Коралловый остров»!
Ральф помахал рогом:
— Остров — наш! Потрясающий остров. Пока взрослые не приедут за нами, нам будет весело!
Джек потянулся за рогом.
— Тут водятся свиньи, — сказал он. — Еда обеспечена. Купаться можно в той бухте. И вообще. Кто еще что-нибудь обнаружил?
Он вернул Ральфу рог и сел. Очевидно, больше никто не обнаружил ничего.
Старшие заметили мальчугана, уже когда он стал отбиваться. Малыши выталкивали его на середину, и он упирался. Он был щупленький, лет шести, и багровое родимое пятно скрывало у него пол-лица. Вот он встал, сжавшись под пересечением взглядов, ввинчивая в жесткую траву носок ботинка. Он что-то мямлил и чуть не плакал.
Другие малыши, важно перешептываясь, подталкивали его к Ральфу.
— Ну ладно, — сказал Ральф. — Говори же.
Малыш затравленно озирался.
— Говори!
Малыш потянулся за рогом, и все покатились со смеху. Тогда он отдернул руку и зарыдал.
— Дайте ему рог! — крикнул Хрюша.
— Дайте ему рог! — крикнул Хрюша. — Пусть возьмет!
Ральф наконец вручил малышу рог, но порывом общего веселья у того уже унесло последние остатки решимости, и он лишился голоса. Хрюша стал рядом на колени, держа перед ним огромную раковину, и начал переводить собранию его речь.
— Он хочет знать, чего вы со змеем делать будете.
Ральф засмеялся, и его смех подхватили все. Малыш еще больше сжался.
— Ну, расскажи нам про змея.
— А теперь он уже говорит, это зверь.
— Зверь?
— Змей. Большущий. Он сам видел.
— Где?
— В лесу.
Неприкаянным ли ветром, оттого ли, что низилось солнце, под деревья занесло холодок. Мальчики беспокойно поежились.
— На таких маленьких островах не бывает зверей и змеев, — терпеливо растолковывал Ральф. — Они водятся только в больших странах, в Африке, например, или в Индии.
Гул голосов, и важное киванье головами.
— Он говорит, зверь выходит, когда темно.
— А как же он тогда его разглядел?
Смех, хлопки.
— Слыхали? Он, оказывается, в темноте видит!
— Нет, он говорит, он правда видел зверя. Он пришел, исчез и еще вернулся, и он хотел его съесть…
— Это ему приснилось.
Ральф засмеялся и взглядом поискал сочувствия на лицах вокруг. Старшие явственно с ним соглашались, но среди малышей замечалось сомненье, не побежденное разумной твердостью Ральфа.
— Возможно, у него был кошмар. После того как он об лианы спотыкался.
Снова они с готовностью закивали. Про кошмары им было известно.
— Он говорит, видел зверя, змея, и спрашивает, он вернется или нет.
— Да нет никакого зверя!
— Он говорит, утром змей превратился в канат, как которые тут висят по деревьям. Он спрашивает, зверь вернется или нет?
— Да нет же никакого зверя!
На сей раз уже не смеялся никто, все строго глядели на Ральфа. Ральф запустил обе пятерни себе в волосы и рассматривал малыша с интересом, с отчаянием.
Джек выхватил у него рог.
— Ральф совершенно прав. Никакого змея нет. Ну, а если и есть тут змея, мы ее изловим и уничтожим. Мы будем охотиться на свиней и для всех добывать мясо. А заодно уж и насчет змеи проверим.
— Но нет же тут змей!
— Вот пойдем охотиться и точно проверим!
Ральф почувствовал досаду и на минуту — беспомощность. Тут было что-то, с чем он не мог совладать. Обращенные к нему взгляды были совершенно серьезны.
— Но нет же тут никакого зверя!
И зачем-то, он сам не понял зачем, он еще раз выкрикнул громко, с вызовом:
— Сказано вам, никакого зверя тут нет!
Все молчали.
Ральф поднял рог. Ему сразу стало веселей от одной мысли о том, что он сейчас собирался сказать.
— А теперь — самое главное. Я все думал. Думал, пока мы на гору лезли. — Он послал заговорщическую улыбку Джеку и Саймону. — И когда спустились. Вот что я думал. Мы хотим как следует поиграть. И мы хотим, чтоб нас спасли.
Буря одобрения накрыла его волной и сбила с мысли. Он снова подумал.
— Мы хотим, чтоб нас спасли. И нас, конечно, спасут.
Поднялся веселый говор. Мало же им оказалось надо для радости — голое, не подкрепленное ничем утвержденье, — такой теперь был у Ральфа авторитет. Снова ему пришлось помахать рогом, чтобы призвать их к порядку.
— Мой отец служит во флоте. Он говорит, не открытых островов совсем не осталось. Он говорит, у королевы есть большая такая комната, и в ней множество карт, и на них острова всего мира. Значит, есть у королевы и наш остров на карте.
Снова гул веселых, довольных голосов.
— И рано или поздно сюда пошлют корабль. Может, даже пошлют моего папу. Так что рано или поздно нас спасут.
Он сказал, что хотел и умолк. Он их успокоил. Он им сразу понравился, и вот теперь они поверили в него. Кто-то захлопал, и сразу вся площадка огласилась аплодисментами. Ральф вспыхнул, искоса заметил открытое обожание в глазах у Хрюши, потом глянул вправо, туда, где ухмылялся и тоже хлопал подчеркнуто Джек.
Ральф помахал рогом.
— Тише вы! Погодите же! Слушайте!
И он продолжал уже в тишине, окрыленный успехом:
— А теперь еще одно. Надо помочь тем, кто будет нас спасать. А то корабль, даже если и подойдет близко к острову, нас все равно не заметит. Значит, надо, чтоб на горе был дымок. Надо разжечь костер.
— Костер! Костер!
Мальчики вскакивали на ноги. Джек кричал и командовал. Про рог позабыли.
— Пошли! Все за мной!
Под пальмами засуетились, зашумели. Ральф тоже вскочил, он призывал к порядку, его никто не слышал. Толпа колыхнулась прочь от берега, и вот все ушли — за Джеком. Даже самые маленькие старательно продирались по переломанным веткам и сучьям. Все бросили Ральфа с рогом в руках. Остался один Хрюша.
Хрюша дышал уже ровно.
— Ну, прямо как дети малые, — сказал он уничижительно, — как грудные!
Ральф оглядел его с сомненьем и положил рог на поваленный ствол.
— Небось, уже время чай пить, — сказал Хрюша. — И чего им делать-то на этой горе?
Он почтительно погладил раковину, но тотчас рука его замерла, и он поднял глаза.
— Ральф! Эй! Куда же ты?
Ральф перелезал через первые поваленные стволы. Хохот и треск были уже далеко.
Хрюша проводил Ральфа негодующим взглядом.
— Как дети малые!
Он вздохнул, нагнулся зашнуровать ботинки. Шум заблудшего собрания замирал на горе. Тогда с мученическим видом родителя, вынужденного потакать нелепой выходке отпрысков, он подобрал рог, направился к лесу и стал пробираться по просеке.
По другую сторону от вершины был лесистый уступ. Ральф снова сделал тот же жест, словно зачерпывал что-то.
— Вон там дров для костра сколько угодно.
Джек кивнул и ущипнул себя за нижнюю губу. Всего футах в ста пониже, после крутого склона, лежал будто бы специально под топливо отведенный участок. Мокрой жарой деревья толкало в рост, но на хилом слое почвы они не заживались, рано валились и гнили. Их обнимали лианы, сквозь них пробивались новые ростки.
Джек обернулся к ждущим приказаний хористам. Черные квадратные шапочки, как береты, съехали у них набекрень.
