— И пожиратель душ не нашел тебя?
— Я жив, — опять улыбнулся Врон, ему было приятно услышать снова человеческую речь. — Пожиратель оставил мне жизнь.
— Нет, ты не Врон, — сказал Слип. — Врон мертв, а ты его призрак.
— Я жив, я не призрак, у меня есть тело. Врон вышел к свету, чтобы они могли его увидеть и убедиться, что он не прозрачен.
— Зачем ты пришел? — спросил Слип, снова поднимая копье. — Возвращайся обратно в царство мертвых!
— Я хочу домой, — сказал Врон и неожиданно почувствовал резкую боль в плече — Слип ударил его копьем. Он недоуменно уставился на рваную рану, из которой хлынула кровь.
— Я же не сделал вам ничего плохого, — прохрипел Врон. — Почему ты ударил меня?
— Ты уже мертв, чтобы ты нам ни говорил, — прокричал Грот и ударил мечом, целясь в голову, а Слип снова проколол его насквозь копьем.
Боль прокатилась по всему телу.
«Вот беда, — подумал он отстраненно. — Сейчас я умру, эти дураки убьют меня. За что? Я же провел ночь в долине, наказание уже свершилось».
Тут в его глазах потемнело, и он упал на колени. Грот и Слип продолжали колоть и рубить его до тех пор, пока тело не перестало конвульсивно вздрагивать и не замерло в мертвой неподвижности. Слип наклонился над ним и осторожно потыкал его копьем.
— Вот теперь он по?настоящему мертв, — сказал он, тяжело дыша. — Мы отправили его обратно к мертвецам, где он и должен быть.
— Как он напугал меня, я уже подумал, что сам пожиратель душ пришел за мной, — проворчал Грот, вытирая вспотевший лоб.
— Как он напугал меня, я уже подумал, что сам пожиратель душ пришел за мной, — проворчал Грот, вытирая вспотевший лоб. — Я решил, что нам конец. Стоит весь темный и говорит: хочу домой. — Он истерично захохотал.
— Придумал же — хочу домой. А кто его там ждет, он не подумал? Кому нужны ожившие мертвецы? Тебя ждали только мы…
— Ага, — согласился Слип. — Получается, что нас не зря заставили здесь сидеть. Вот ублюдок — три дня мы искали его и не могли найти, и вот нашелся.
— Интересно, где он там прятался, что даже пожиратель душ не добрался до него? — спросил Грот, выхватив головню из костра и рассматривая тело, распластавшееся на земле.
— Это уже не важно, — ухмыльнулся Слип. — Главное, что вот он лежит, и теперь нам больше не надо здесь торчать. Утром покажем тело старосте и снова сможем заниматься тем, чем хотим.
— Может, оттащим его в долину, чтобы пожиратель душ высосал из него все соки? — спросил Грот. — Тогда нас точно никто ни в чем не обвинит.
Слип покачал головой:
— Я еще не выжил из ума, чтобы идти туда ночью. Ты, конечно, можешь идти, я не буду тебя отговаривать, но сам лучше подожду до утра.
Грот задумался.
— Может, кому?то из нас сбегать и разбудить старосту? — предложил он. — Пусть скажет, что с ним делать.
— Я не пойду, — покачал головой Слип. — Он опять на нас орать начнет, что мы будим его по разным пустякам. Мертвый малец уже никуда не уйдет и не спрячется. Подождем, полночи уже прошло, до утра осталось совсем немного.
— Ладно, — согласился Грот. — До утра так до утра. Давай перекусим, а то у меня от всего этого что?то аппетит разыгрался.
— Остался только хлеб и сыр, — сказал Слип. — Все остальное ты уже съел. — Он снова наклонился над Вроном, прислушиваясь.
— Нет, не дышит, и грудь не вздымается.
— После таких ран никто не выживет, — мрачно изрек Грот. — Я вспорол ему живот, да и руку почти отрубил — видишь, держится только на коже и сухожилиях.
— А я два раза попал ему в сердце, — похвалился Слип. — А он после этого еще что?то пытался сказать.
— Тебе показалось, — огрызнулся Грот и, еще раз опасливо взглянув на мертвое тело, пошел к костру. — С такими ранами не живут.
— Не живут, — согласился Слип, сапогом перевернул Врона на спину и еще раз вгляделся в окровавленное лицо. — Но лучше лишний раз это проверить.
Он пнул тело, убедился, что оно не шевелится, и на всякий случай еще раз проткнул копьем.
— Все?таки странно, — сказал он. — Я обошел всю долину не один десяток раз и не увидел ни одного места, где бы можно было спрятаться. К тому же ему надо было что?то есть — я сам обыскивал его и знаю, что, кроме фляги с водой и ножа, у него ничего не было.
— Нож мы ему зря оставили, — заметил Грот. — Вот была бы потеха, если бы он нас этим ножом и зарезал бы.
— Я внимательно за ним следил и про нож помнил, — возразил Слип. — Поэтому сразу и ударил копьем, но он к ножу и не потянулся, словно забыл о нем. И вообще он выглядел как?то странно, на лице какая?то бессмысленная улыбка, похоже, что он не очень?то соображал, что делает.
— Я думаю, пожиратель душ все?таки добрался до него, — сказал Грот, с опаской покосившись на мертвое тело. — И он стал демоном.
— Ты так не говори, ты демонов не видел и ничего про них не знаешь, — оборвал его Слип.
— Демона так просто не убьешь, у него шкура такая крепкая, что стрелы и копья отскакивают. Нет, он не демон и никогда им не был. Завтра утром еще раз обшарим долину, и готов поспорить, что мы найдем ту яму. про которую он говорил.
— Спорить не буду — сходим посмотрим, — примирительно сказал Грот, доставая из сумы сыр и хлеб. — Хорошо, что он на нас вышел и мы его убили, теперь, по крайней мере, в деревне перестанут говорить о том, что мы его проспали и он сбежал. Слип согласно закивал:
— На самом деле мальчишка ни в чем не виноват, это просто гадалке в нем что?то почудилось, а так он был такой же, как и все.
— А мне он никогда не нравился, — усмехнулся Грот. — Все равно он был какой?то блаженный: никогда ни с кем не дрался, хоть и не был трусом. Вроде и парень был не глупый, так, какой?то чудной…
— Что теперь о нем говорить? Нет его уже и больше никогда не будет, — ответил Слип. — Одно скажу: мертвый, он мне кажется гораздо более симпатичным, чем тогда, когда был живым.
Они поели, а потом, когда стало понемногу светать, Грот сбегал к дому старосты. Тот долго не мог. поверить, что Врон нашелся, потом, кряхтя и охая от старческих болей, стал одеваться.
Когда он пришел, вместе с ним пришла и половина деревни; люди долго рассматривали труп, трогали его, переворачивали, словно надеясь что?то в нем увидеть. Даже староста присел на корточки, потрогал уже остывающее тело, вздохнул и сказал:
— Это и в самом деле Врон. Жалко мальчишку, ну да что тут поделаешь, мертвый — он и есть мертвый. Нужно его закопать, пока запах от него не пошел, погода стоит теплая, вон уже и мухи над ним вьются…
— А где закопать?то? — спросил настороженно Грот, он уже чувствовал, что и эта работа достанется им со Слипом. — На кладбище нельзя, люди будут против. Стал бы он мумией, конечно, оттащили бы к другим, а так — тяжелый он, одни мы не справимся.
Староста вызвал из толпы несколько своих помощников, и они, отойдя в сторону, долго совещались.
— Здесь и заройте, — наконец сказал староста. — Найдите место, где земля помягче, и закопайте.
Галдящая толпа вдруг притихла и расступилась, пропуская к телу мать Врона; она долго смотрела на него, потом, заплакав, отошла в сторону.
Ни сестры убитого, ни его отец, которые пришли вслед за матерью, к трупу не приближались, а смотрели издалека; лица их были хмурыми и удивленными оттого, что Врон, который при жизни никого особо не интересовал, после смерти стал вдруг всем интересен.
