— Сало, блин, ты когда?нибудь заткнешься или тебе помочь?! — опередив командира, рявкнул Шныгин, и к немалому удивлению всех Пацук действительно замолчал.
Собственно говоря, понять есаула и его антипатию к Саре было можно. Все?таки именно из?за нее весь отряд в целом подвергся уже однажды серьезной опасности. И не запусти Черментатор в своего собрата компьютерный вирус, неизвестно, был ли сейчас жив хотя бы кто?то из бойцов. Да и самому Пацуку из?за Штольц не раз доставалось от начальства в лице Раимова, с появлением девицы на базе переставшего понимать нормальный армейский юмор. При ней, видите ли, не эстетично ругаться! А зато ей в одной казарме с мужиками спать — эстетично. И…
В общем, Пацук имел вполне обоснованный повод для недовольства, особенно учитывая не совсем корректное поведение Сары на лунной базе пришельцев. Но повод — поводом, а формы выражения недовольства следовало все?таки выбирать. И Микола с этим вынужден был согласиться. Горестно вздохнув, есаул повернулся к Саре.
— Ты это, извини, — проворчал он. — Просто у командира видеозапись появления Черментатора на базе с самого начала была, а он о ней ничего не говорил, пока вы надо мной прикалывались. Воно ж знаешь, как бывает…
— Знаю, — отрезала Штольц и прокашлялась. — Господа мужчины, спасибо, конечно, большое за вмешательство в наши с Па… — и тут вспомнила, что они в прямом эфире, — …с Барсуком дела, но впредь прошу этого не делать. Я сама могу решить свои проблемы. И если мне покажется, что наш мохнатый друг преступил последние границы дозволенного, я лично позабочусь, чтобы в его личном деле значилось не «есаул», а «евнух»!
Шныгин с Кедманом заржали так, будто заранее об этом сговорились. Зибцих тоже улыбнулся. Правда, непонятно, кому именно эта улыбка предназначалась — Саре за ее остроумие или Миколе в качестве ободряюще?успокаивающего лекарства. Пацук, над которым сегодня уже смеялся весь кубрик, поблажек делать не пожелал и истолковал улыбку ефрейтора как поддержку своей условной противницы. Поэтому обиделся на всех без исключения и ушел делать традиционный камуфляж своего лысого черепа в противоположный конец салона.
Впрочем, относительное веселье длилось в салоне самолета не очень долго. Рассевшись по местам и оставив в покое Пацука, обидевшегося на москалей, сговорившихся с израильтянами, на бошей, вступивших в альянс с янки, и на татаро?монгольское иго, царившее на базе в лице Раимова, бойцы приступили к традиционному предбоевому ритуалу. Естественно, мысли всей пятерки невольно обратились к предстоящему заданию, и тут уже было не до смеха. Все?таки в опасности находилась вся руководящая верхушка антиинопланетного альянса. Поэтому «икс?ассенизаторы» ошибок допустить не могли. Либо инопланетяне на острове Осима будут ликвидированы, либо никто не возьмется предсказать, что может случиться с этим миром.
Само по себе непростое задание еще больше осложнялось тем, что по данным спутниковой разведки над островом непрерывно барражировали несколько небольших летающих тарелок, вроде той, какую «икс?ассенизаторы» когда?то захватили.
Эти с позволения сказать малютки, хоть и выглядели внешне вполне безобидно, но и броню, и оружие имели куда мощней, чем то, которым мог похвастать арсенал самолета «икс?ассенизаторов».
Конечно, спецназовцы располагали достаточно хорошо функционирующим инопланетным космическим кораблем, на котором они уже летали на Луну, но в данный момент к боевым действиям он был не приспособлен. И все из?за того, что Харакири вовсю занимался его переоборудованием для полета на марсианскую базу пришельцев. А на полуразобранном корабле, пусть и инопланетном, летать как?то не получалось.
В общем, «икс?ассенизаторы» отправились спасать членов Большой Пятерки на своем старом самолете, что само по себе, конечно, не так уж и плохо. Вот только раньше пилот высаживал группу вдали от места проявления активности инопланетян, и бойцы добирались к объекту самостоятельно, стараясь не выдать своего присутствия раньше времени. А теперь, образно говоря, самолет придется сажать прямо на головы врага. Что наверняка означало неизбежность воздушного боя. Вот только никто не знал, сможет ли самолет оказать достойное сопротивление летающим тарелкам.
И уж в чем кое?кто сомневался точно, так это в воинских талантах пилота.
— Парень не подведет. Он же все?таки бывший летчик?испытатель, — неизвестно кого именно, сослуживцев или себя, стал убеждать всезнайка Зибцих, высказав общую мысль, буквально висевшую в воздухе.
— Ага, — согласился с ним Пацук. — Летчик?испытатель, которого после стопятидесятого разбитого самолета перевели в «Аэрофлот».
— И самогон он с собой не взял, — подвел итог Кедман и, поймав на себе удивленные взгляды друзей, пояснил: — Так ведь примета у него такая: самогон в полете пить. А приметы нарушать — к беде!..
— Типун тебе на язык, — буркнул Шныгин. — А вот пилот без сивухи перебьется.
— Правильно! — поддержала его Сара. — Всем известно, что алкоголь притупляет восприятие и замедляет реакцию.
— Да при чем тут, блин, реакция и восприятие! — фыркнул старшина. — Просто обидно будет помирать трезвым, когда водитель, еври бади, под мухой. А нам даже фронтовые сто грамм так ни разу и не выдали…
— Получите вы и сто, и двести, если с задания живыми вернетесь! — встрял в разговор Раимов, постоянно находящийся на связи. — Вы только спасите президентов, а уж я, честное слово, поставлю. И пусть мне потом начальство попробует объявить выговор с занесением в личное дело.
— Ловлю вас на слове, шеф, — радостно воскликнул Пацук. — Как говорится, за базар ответите.
— Отвечу. Я тебе за все отвечу, — согласился с ним подполковник. — А вот кто мне ответит, почему шестой энергоскафандр на кресле рядом с Енотом валяется? А? Мать вашу в колхоз надои считать!..
— Ой?е, блин! — рявкнул старшина, вскакивая со своего места. — Забыл, шеф. Сейчас все исправлю!
— Лучше бы ты свою голову, Медведь, в берлоге забыл, — посоветовал Раимов. — Что бы вы делали, интересно, подлетев к острову? В общем так, косолапый, вернешься с прополки сельдерея, будешь у меня целый день, как белка в колесе, на тренажере бегать! Два наряда вне очереди.
— Есть два наряда вне очереди! — согласился Шныгин, чувствовавший себя безмерно виноватым, и пошел к кабине пилота.
Дело в том, что почти все встреченные людьми инопланетяне, за исключением кристаллидов, могли подчинять своей воле разум людей и заставляли их вытворять такое, что потом даже в психбольнице, в качестве шоковой терапии, доктора показать не решатся. Единственной защитой от ментальной атаки являлись энергоскафандры. Причем даже в их эффективности большой уверенности ни у кого не было. Все?таки «икс?ассенизаторов» набрали в группу за их исключительную невосприимчивость к любому психическому воздействию.
Единственной защитой от ментальной атаки являлись энергоскафандры. Причем даже в их эффективности большой уверенности ни у кого не было. Все?таки «икс?ассенизаторов» набрали в группу за их исключительную невосприимчивость к любому психическому воздействию. А проверить, сможет ли энергоскафандр защитить обычного человека, возможности до сих пор не представлялось.
И все же Раимову пришлось рискнуть. Хотя его бойцы и были достаточно широкими универсалами, пилотирование самолета в список их умений не входило. Доставить группу к месту проведения операции мог только штатный пилот. Вот и решили испытать на нем эффективность энергоскафандра непосредственно в боевой обстановке. Еще одна причина для всеобщей головной боли.
