Транспорт, провиант и снаряжение нам выдали. И теперь мы все стояли на крыше дворца и хмуро разглядывали визжащих чешуйчатых птиц с огромными когтями и клювами. Кот окопался в новом домике, очень удачно выданном нам вместе с остальным снаряжением и теперь уже лежащем в седельной сумке Рисса. Энтузиазма на лице не было ни у кого. Я же вообще заранее сильно страдала. С этими летунами у меня с детства дружба не задалась.
— Ну, — как-то чересчур бодро возвестил Илл,- кто первый на них сядет?
Все почему-то посмотрели на меня. Я слабо улыбнулась и сделала шаг назад.
— Не бойся,- пискнул мне на ухо ирик,- пять минут позора, и ты уже там.
— Где? — с подозрением уточнила я.
— Там,- загадочно повторил ирик.
— Ладно, я пойду вперед,- сказал Илл, но я не дала ему погеройствовать и первая полезла на «транспорт».
Что мы, ящериц, что ли, не видели? Выбрав птицу поменьше, я уже на подходе крепко врезала ей по клюву, дернула за шею, воткнула когти в бок и запрыгнула в металлическое седло. Результат превзошел все ожидания: клюв треснул, когти застряли, а птичка почему-то расстроилась — с визгом взлетела вверх, порвала якорную цепь и как ненормальная принялась носиться по небу.
— А-а-а… — закричал ирик.
Я же даже кричать не могла, мои когти все не вынимались. Разъяренное животное совершило пике и со всей дури врезалось мною в крышу у ног ошеломленных друзей. Ирик почему-то оказался подо мной, а птица на мне. Было очень больно, и я никак не могла понять, жива я или уже нет.
— Помоги-ите-э, уми-ира-аю! — с заиканием раздалось из-под моего живота.
Я приободрилась — значит, ирик жив, видимо, использовал свою силу на создание щита.
— Ишша!
Рев Рисса я бы узнала из тысячи. Илл уперся в птицу руками, пытаясь ее сдвинуть, а ведь это больно.
Птичку сняли, меня подняли, ирика отскребли. Рисе старательно переливал в меня силу, сращивай переломы, пока Илл возился с Ириком, который выжил только чудом. Я сама выглядела ненамного лучше.
— Кто следующий? — спросили из-за спины.
Я обернулась, щупая языком пять выбитых зубов. Все передние.
Оставшиеся две птички с ужасом разглядывали труп собрата, лежащий неподалеку с немыслимо вывернутой шеей и клювом. А вот интересно, нас после этого вообще повезут?
— Ладно, сажусь я! — сказал Илл.
— Подожди,- я сделала вперед неуверенный шаг,- ты погибнешь.
Илл красноречиво на меня посмотрел. Но я уже медленно приближалась ко второй птице. Она так же медленно от меня отходила, выпучив глаза и сильно дрожа.
— Так, хватит дурью маяться, даже твоей живучести еще на одно такое падение не хватит,- сказал Рисе, крепко обхватил меня за талию и не дал сделать дальше и шага.
Птичка смотрела на него чуть ли не с любовью, а к ней уже подходил Илл. Я надулась, но наблюдала за ним с опасением. Если что — спасать его мне.
Ласковый голос Илла внезапно нарушил напряженную тишину. Он подходил осторожно, но без страха, и даже я поняла, что его голос, интонации или что-то еще в нем — успокаивают, мягко обволакивают и притупляют страх.
Птица склонила шипастую голову, посмотрела на Илла правым глазом и… позволила приблизиться и даже сесть на себя.
У меня отвисла челюсть. Рисе только усмехнулся, после чего подхватил меня на руки, подошел ко второй, взглянул в ее желтый, разделенный вертикальным зрачком глаз, и… она беспрекословно позволила и ему, и мне взобраться к себе на спину. Ирик сидел на руках у Илла и вертел головой по сторонам, он уже пришел в себя, и ему было интересно. А в следующий миг мы взлетели вверх, в темноту, окружающую этот огненный мир.
Мы летели уже довольно долго. Я успела проголодаться и заскучать, а с Риссом общаться было неинтересно, на все вопросы либо «ага», либо «да». И не поймешь: издевается или нет.
— А ты что больше любишь: картошку?
— Да.
— А морковь?
— Да.
— Алимон?
— Ага.
— Ррррр…
— Угу.
Так, ладно, зайдем с другой стороны.
— Тебе кто-нибудь говорил…
— Да.
— Я не закончила.- С оттенком угрозы.
— Да.- И мягкая улыбка, доводящая до белого каления.
Ничего, ничего, издеваться я умею не хуже.
— Ишш, что там у вас? — спросил ирик с птицы, летящей рядом.
Илл как-то хмуро косился на крепко прижимавшего меня к себе оборотня. Так, о чем это я? А…
— Я тебе нравлюсь?
— Да.- Спокойно и даже дружелюбно.
— А Илл?
— Да.- Немного задумчиво.
— А кто больше?
Тишина. Ну естественно, тут не агакнешь. Зато какие красноречивые глаза. Так, не отвлекаемся.
— Но Илл ведь симпатичный.
— Угу.- Немного напряженно.
— Я бы даже сказала — красавец!
— Да?
Илл попытался подлететь поближе, ему тоже было интересно.
— А какие глаза! А губы! А зубы! Особенно правый передний клык.
Угрюмый взгляд в сторону Илла.
— А как идет! Как идет! А как садится! А как говорит, вон даже птички не устояли. И ведь так сразу и не скажешь, сколько сокровищ скрыто в этом невзрачном тельце.
— Да.- Улыбка Рисса и ужас в глазах Илла.
— Она сказала «невзрачном»,- громко проорал ирик, переживая, что Илл недопонял.
— Короче, я решила, он — мужчина моей мечты! Оба ошарашенно на меня уставились.
— Да? — Рисса явно задело.
— Да! Он красивый, умный, сильный, маг, да еще и мой хозяин в придачу. Опять же — хозяйственный, вон и с домом, и с домовым. Все при нем.
Глаза Илла ярко сверкали, он так натягивал узду, что птицы чуть ли не сталкивались в воздухе. Рисе смотрел на него, будто сквозь прицел арбалета — холодно и оценивающе, видимо, пытался найти все вышеперечисленные качества.
— Но есть одно «но»… — Душераздирающая пауза минут на пять.
— Ишша! — взревел выведенный из себя ирик. Птицы с ужасом косились друг на друга, понимая, что еще чуть-чуть, и столкновение неизбежно.
— И что же это? — с тихим рычанием шепнул мне на ухо Рисе, наконец-то понявший, что над ним элементарно издеваются. Когти кольнули живот, глаза изучали арктический холод.
Я широко улыбнулась и припечатала:
— Он — не оно!
Птицы все-таки столкнулись, и пришлось приложить массу усилий, чтобы выровнять полет и не грохнуться на камни или в кратер вулкана.
Я широко улыбнулась и припечатала:
— Он — не оно!
Птицы все-таки столкнулись, и пришлось приложить массу усилий, чтобы выровнять полет и не грохнуться на камни или в кратер вулкана. Илл и Рисе очень ругались, а ирик все требовал объяснить ему, что конкретно я имела в виду.
— Ишш, а все-таки, что ты хотела сказать? Я сделала загадочные глаза и улыбнулась.
— Вырастешь — поймешь.
— А-а-а,- разочарованно протянул пушистик,- не так целуется?
Тихое рычание Рисса и писк удушаемого мною ирика. Зараза!
К вечеру (ну, по внутренним часам) мы все-таки подлетели к огромной горе, в которой и находилась пещера дракона. Птицы сели на выступ перед ней и, как только мы спешились, тут же умотали обратно, оставив нас немного растерянно смотреть им вслед.
— А мы? — выразил ирик общую мысль, сидя у меня на руках.
Илл нахмурился, почесал голову и махнул рукой. Мы кивнули и направились в пещеру. Действительно, ну и фиг с ними.
В пещере было темно и очень плохо пахло. Я сморщилась и уткнулась носом в шерстку ирика, сам он зажимал нос лапкой, угрюмо за мной наблюдая.
— Я фебе фто, фафуфка?
— Угу.
— А в глаз?
— А в домик? И сидеть там до конца разборок с драконом.
