Не удивляйтесь тому, что столь разноплановые мифы объединены в один блок для анализа. Между ними прямая, но невидимая, сокрытая в основном в тайных лабиринтах истории дипломатии и разведки связь, которую нам и предстоит распутать. Забегая вперед, сразу могу сказать лишь одно. Первыми тремя мифами нагло прикрывается конкретная провокация Литвинова, чуть было не поставившая СССР и без того по его же «милости» оказавшегося в международной изоляции из-за ставки на западные демократии в совершенно идиотское, зависимое от треклятого Запада положение. Признать и тем более честно рассказать об этом — увы, у мерзавцев-«демократов» ни чести, ни совести, ни тем более мужества не хватает. Для них самое главное — облить грязью Сталина и СССР, всю предвоенную политику, со всей, так сказать, «демократической яростью разоблачить усатого диктатора, вступившего в сговор с Гитлером». Вот же идиоты! Им все кажется, что и в современном мире можно что-то утаить. А знаменитое русское троеперстие не изволите ли узреть?! Впрочем, да пошла вся эта убогая босячня по имени «демократы» по известному всей России адресу… О чем можно разговаривать с теми, от кого Господь отвернулся еще при их зачатии?! Лучше сразу же перейдем к делу.
Итак прежде всего о якобы присущем Сталину антисемитизме. Как же стара эта до остервенения надоевшая идиотская болтовня о якобы присущем Сталину антисемитизме! Кто только ее не использует?! В каких только грязных целях и инсинуациях ее не используют?! И нет никакой надежды, даже намека на иллюзию надежды, что когда-нибудь у тех, кто столь подло обращается с историческими фактами, проснутся остатки совести, и они, устыдившись содеянного, прекратят эту грязную болтовню. Поэтому для того, чтобы было понятно, что же на самом деле произошло, когда сняли Литвинова, и каковы были истинные мотивы этого решения Сталина, придется сначала хотя бы вкратце дать, как это принято в исследованиях, «бэкграунд», то есть подоплеку, невидимую предысторию этого сложного и тонкого вопроса.
Миф о якобы присущем Сталину антисемитизме возник еще в 30-х гг. прошлого столетия. Его сотворил и неоднократно пытался запустить в пропагандистский оборот лично Лев Давидович Троцкий-Бронштейн. Оно и понятно — очень уж ему хотелось списать действия Сталина по борьбе с подрывной деятельностью оппозиции, в том числе и ее троцкистского ядра, именно на это. Цель — взъярить против Сталина и Советского Союза весь Запад, где еврейские общины обладали (и обладают) громадным влиянием на общественное мнение и правящие круги. Расчет оказался неверным. Чем больше Троцкий нападал на СССР и Сталина именно с этих позиций, тем меньше Западу хотелось его поддерживать всерьез. В этом смысле очень характерны поведение и заявления именно же видных в то время евреев Запада. Так, едва только Троцкий оказался выкинутым из СССР, как сразу видный еврейский писатель — Эмиль Людвиг (Эмиль Коэн) — обоснованно обвинил его в сотрудничестве с фашистами. Известный же американский сионистский деятель того времени Стефан Уайз в свою очередь мотивировал свой отказ принять участие в созданной Троцким комиссии по расследованию московских процессов тем, что Троцкий ведет себя недобросовестно, поднимая в связи с этими процессами еврейскую тему. «Если и другие его обвинения, — заявлял Уайз, — столь же беспочвенны, как его жалоба по поводу антисемитизма, ему вообще нечего сказать». Ему вторил главный редактор нью-йоркской газеты «Дер Тог» Б. Ц. Гольдберг, который писал: «Чтобы победить Сталина, Троцкий находит возможным изображать СССР страной антисемитизма… Разве честно писать об этом, когда это не так?… Непростительно, что Троцкий предъявляет такие необоснованные обвинения Сталину».
Когда в 1933 г. «кореш» Троцкого — известный американский публицист Макс Истмэн — обратился к выдающемуся американскому писателю Теодору Драйзеру с просьбой выступить в защиту арестованных в СССР сторонников (в основном евреев) Троцкого, то писатель ответствовал следующее: «Я поразмыслил, серьезно, как на молитве, об этом деле, касающемся Троцкого. Я очень сочувствую его сторонникам в том положении, в которое они попали, но тут встает вопрос выбора. Какова бы ни была природа нынешней диктатуры в России — несправедливая или как хотите, — победа России важнее всего. Я согласен с Линкольном: нельзя менять лошадей при переправе через поток. Пока нынешнее напряженное военное положение не смягчится — если только существует возможность его смягчения — и пока вопрос о японской опасности не прояснится, я не хотел бы делать ничего такого, что могло бы нанести ущерб положению России. И, с божьей помощью, не сделаю».
Проще говоря, на Западе и тогда прекрасно понимали то, что только в наше время стало доходить до некоторых, в том числе и закоренелых, зоологических антисталинистов. К примеру, уж на что ярые антисталинисты известные диссиденты-историки — братья Жорес и Рой Медведевы — но и они в один голос теперь твердят, что антисемитизма за Сталиным не числилось! Специально занимавшийся этой проблемой Жорес Медведев даже издал книгу «Сталин и еврейский вопрос» и, как глубоко изучивший проблему человек, совершенно однозначно и категорически заявил в одном из недавних интервью: «Ни антисемитом, ни тем более юдофобом Сталин не был … У Сталина этого не было. Нет ни одного высказывания ни в официальных его выступлениях, ни в архивных документах, которое можно было бы процитировать как антисемитское»!
Вы только вдумайтесь, из чьих же уст прозвучало это однозначное и категоричное признание! Братья Медведевы не просто антисталинисты — они сыновья одного из репрессированных подельников Тухачевского Александра Медведева. И на своем веку немало натерпелись из-за этого. Это во-первых.
Во-вторых, казалось бы, им-то, полукровкам, — их мать Юлия Рейман, как это и так понятно, была еврейкой — и сыновьям репрессированного по делу Тухачевского военачальника, что называется, и карты в руки для обвинений Сталина в юдофобии. Ан — нет, братья не сочли возможным опуститься в современном мире до глупостей дубовой пропаганды «демократов». На основании точного документального знания категорически отвергают подобные обвинения в адрес Сталина! Более того, даже те дела, по которым фигуранты были евреи, рассматривают не с позиций якобы имевшей место сталинской юдофобии, а только с позиций внешней и внутренней политической конъюнктуры того времени и настоятельно всем рекомендуют подходить к этим вопросам именно так и только так. А в целом надо сказать, что со времен выхода в свет их книги «Неизвестный Сталин» (М., 2001 и 2007) братья Медведевы начали закономерный и глубокий дрейф в сторону более объективного (хотя и не без перехлестов) восприятия и анализа фигуры Сталина и его политики. Да и не только они. Образно говоря, «ветер истории», о котором 60 лет назад говорил Сталин, освежающе действует даже на таких людей — в прошлом ярых диссидентов…
Да, кстати, главным камертоном, по которому всегда следует сверять, был тот или иной политический деятель антисемитом или нет, является отношение властей Израиля. Ни у властей этого государства, ни тем более у самого еврейского народа, в абсолютном своем большинстве здравомыслящего, нет даже и тени намека на предвзятое отношение к Сталину из-за его якобы антисемитизма. Уж они-то прекрасно знают, сколь много сделал Сталин, чтобы, например, спасти еврейский народ в годы Второй мировой и Великой Отечественной войн. Не случайно поэтому, что именно 27 января во всем мире почитается как День памяти жертв Холокоста — именно в этот день Красная Армия освободила несчастных узников Освенцима, большинство из которых было евреями.
