Вы когда-нибудь прикладывались к доброму питью после долгого пути? Тогда вы понимаете, каким оно кажется вкусным и желанным. Особенно в эти первые секунды.
Когда я оторвался, в большой глиняной кружке мало что осталось, но на столе уже стояла вторая, полнее полной. Коричневая пена стекала на привычный ко всему стол. Допив все, что еще оставалось в первой кружке, я отодвинул ее в сторону и приготовился отдать должное второй, но уже не залпом, а с толком, с расстановкой, не торопясь…
И тут перехватил взгляд карсы. Не то чтобы злой… но какой-то недобрый.
Я смешался на секунду.
— Ладно, ладно, держи, — пробормотал я и поставил кружку на пол.
И карса с видимым наслаждением принялась лакать пиво, причем на морде у нее ясно читалось полное довольство жизнью и гордость за сообразительного хозяина.
Секундой позже я перехватил взгляд тавернщика. Не то чтобы недоуменный… но какой-то озадаченный.
— Ты что, никогда не видел карсу, пьющую пиво? — я довольно натурально изобразил удивление.
— Нет, господин…
— Все когда-нибудь происходит впервые, — вздохнул я философски, прямо как Унди Мышатник, мой вечно нетрезвый учитель, и с тем же выражением борющихся скорби и жажды на лице приложился к третьей кружке.
— Меня зовут Дагмар Зверолов. Надеюсь, слыхал? — сказал я хозяину, когда содержимое кружки перекочевало мне в брюхо.
Хозяин расплылся в улыбке.
— Ну как же! Кто же не слыхал о Дагмаре!
«Вот, шельма!» — я готов был расхохотаться, потому что Дагмара Зверолова я выдумал только что.
— Я жду здесь другого зверолова… женщину. Она придет с ручным вулхом. Или уже пришла?
Я с нажимом посмотрел на хозяина.
— Нет, господин! Еще не приходила. Если появится, я тотчас велю, и вам дадут знать.
— Молодец! — похвалил я. — На лету схватываешь. Впрочем, может я ее и не дождусь. К вечеру будет видно. Где там жаркое?
— Уже несут!
Тут он не врал, блюдо со снедью и еще пива несла все та же дородная девица, плывя через зал на манер парусного челна.
В общем, некоторое время мне было начихать, на все что происходит вокруг. Едой я по-честному делился с карсой, хоть соседи и поглядывали на это косо.
«Возьму комнату, — подумал я. — Якобы отдохнуть до завтра. Тури тоже, небось, по пиву да по городской еде истосковалась. А завтра она двинет дальше. Нужно только половчее разыграть несостоявшуюся встречу двух звероловов.»
Размышляя и жуя, я пропустил момент, когда у моего стола появился некто, закутанный в темно-синий балахон. Тьма, если я пропускаю такое, значит, я отвык от города. Возьми себя в руки, Моран! Здесь не пустоши, которым все равно, что ты оборотень. Здесь вокруг — враги.
— Здравствуйте, мастер Дагмар, — громко, чтоб услышали за соседними столиками сказал подошедший и тотчас понизил голос. — Меня зовут Кхисс.
— З-здравствуй… — отозвался я неуверенно. О Кхиссе предупреждал меня лекарь Самир. Значит, это друг. Быстро же я его встретил!
— Как здоровье, Одинец?
— Меня зовут Дагмар, — напомнил я. — А здоровье нормальное.
— Я рассчитывал перехватить вас вчера. Но мы, видимо, разминулись.
— Точно, — подтвердил я. — Прошлый красный пересвет я встретил в гнезде у вильтов.
Кхисс изумился.
— Где-где?
— У вильтов в гнезде, — небрежно повторил я. — Обтяпали небольшое дельце. А что?
— С вильтами? Дельце?
Кхисс глядел на меня как на умалишенного.
— А что тут странного? С ними как раз очень даже можно проворачивать дела, не то что с людьми. Вильты не лгут и всегда выполняют то, что пообещали.
Последнее было правдой. Правда, я раньше имел дела только с вильтами-толмачами и иногда мельком видел работников, которые перетаскивали грузы, предмет обмена. Ну, солдат еще пару раз видел, охранников.
Покачав головой, Кхисс взглянул на карсу.
— С ней, надеюсь, тоже все в порядке?
— А что с ней сделается? Вон, гляди, как жаркое лопает…
Киса и впрямь самозабвенно налегала на мясо. Впрочем, сопутствующие овощи тоже пришлись ей по вкусу. А пиво я ей вылил в широкую, похожую на лохань, миску — карсе неудобно пить из высокой кружки. Ну, лакать, лакать, какая разница.
Лопай, подруга моя любезная. Надеюсь, не забудешь завтра о вулхе и угостишь его костью поаппетитнее.
— Я должен был в тот пересвет присмотреть за вами, — Кхисс понизил голос до предела. — За вулхом и карсой. Чтобы ненароком…
Что именно — ненароком, Кхисс не уточнил. Впрочем, уточнять и не нужно было, и так понятно.
— Ну, что же, — рассудительно сказал я. — У тебя есть шанс присмотреть за нами на этом пересвете.
Кхисс пристально уставился мне в глаза.
— Кажется, вы с Тури, наконец-то, встретились. Так?
— Так, — не стал юлить я. — Встретились.
— И что?
— Что — что? Красивая девка.
— Ты ей рассказал что-нибудь?
— Ничего я ей не рассказал, — я пожал плечами. — Я на нее в основном смотрел.
— Я на нее в основном смотрел.
Кхисс хмыкнул.
— Да уж. Там есть на что посмотреть! Особенно, если на ней никакой одежды…
Карса с ненавистью обернулась к Кхиссу. Я успокаивающе положил руку ей на загривок. Жесткая, как щетка, шерсть щекотала мне кожу.
— Тише, милая, тише, — негромко сказал я. — Он, конечно, наглец, но он прав. Никуда от этого не деться. А ты, — обратился я к любителю обнаженной натуры, — лучше рассказал бы, что это за город и какого джерха он делает в Диких землях.
Кхисс неохотно ответил:
— Это Сунарра. Город рудокопов. Тут серебро в горах добывают… ну, неважно. Вам все равно здесь задерживаться ни к чему. Вам — в У-Наринну.
— Если я не ошибаюсь, — ввернул я, вспоминая хорингский Знак, — на юг.
— Не ошибаешься. На юг. Первое время. Ты должен помнить дорогу до второго Знака.
— Я помню. Даже лучше, чем ожидал.
Я действительно помнил. Я даже помнил эту гряду, виденную с высоты. Вот только город с именем Сунарра я тогда не рассмотрел.
— Что ты намерен делать до пересвета? — осведомился Кхисс.
Я пожал плечами:
— Пиво пить. А что еще можно здесь делать?
Теперь плечами пожал Кхисс.
— Мало ли… Вдруг, у тебя здесь тоже какие-нибудь дела. Как с вильтами.
Усмешка коснулась моих губ лишь на мгновение — ровно на столько, сколько требовалось.
— А если и так, это мое дело. Ты ведь согласен?
— Нет, — спокойно возразил Кхисс. — Пока ты выполняешь поручение Лю, никаких своих дел. Ясно?
Я насупился. А почему, собственно?
— Это одно из условий, — словно прочитав мои мысли сказал Кхисс. — Нельзя тебе отвлекаться. Тебе или карсе. Это может провалить все, в том числе и вашу память, Одинец. Так что лучше не рискуй.
— Да ладно, — проворчал я примирительно. — Нет у меня здесь дел. Какие дела в городе, о котором еще пару часов назад даже не подозревал? А что до вильтов… нам трудно было избежать их приглашения в гнездо хотя бы потому, что их было несколько сотен, а нас с карсой — всего двое.
— Что они хотели? — спросил Кхисс с неожиданным интересом.
— Не знаю. Правда, не знаю. С ними Тури разговаривала. Я уже был вулхом к тому моменту.
Говоря это, я невольно понизил голос и нервно огляделся. Но в шумном зале никому не было до нас дела. Казалось, превратись я сейчас в серого зверя, никто и не обернется.
Странное место. Не знаю, как вся Сунарра, а таверна «Услада рудокопа» определенно странное место. В «Маленькой карсе» чужака по очереди задирали бы с десяток хмельных завсегдатаев, пытались бы подцепить местные шлюхи, а хозяин все подливал бы и подливал пива гостю в кружку. Закончилось бы это в лучшем случае — просто дракой, в худшем — отчаянной поножовщиной. Здесь же меня, пришедшего с ручной карсой, не удостоили даже взгляда.
