Отшвырнувшая кресло тварь надвигалась с грациозной неотвратимостью падающего меча. Проклиная свои неподвижные ноги, непослушное тело, не поддающийся контролю дар, маг перекатился, отталкивая прочь принцессу, и швырнул последнее, чем он мог задержать атаку: заговоренный нож, вонзившийся в самое сердце злого свечения, опутавший тварь жесткими плетьми ветров, замедляя ее и связывая.
Витражи, едва восстановленные после устроенного Шаэтанной погрома, вновь вылетели из проемов под напором ворвавшегося в дом урагана. Узы ветров лопнули, заставив стены содрогнуться и выметая прочь остатки ядов, и тварь была свободна.
И все?таки они продержались достаточно долго. Сияющей бестией против сияющей бестии между магом и смертью метнулся Рек ди Крий. Бешеным зигзагом пролетел ведомый рукой целителя меч, воздух вскипел от завязанных в схватке сил.
Чувствуя, как ускользает сознание, магистр Алория еще успел подумать, что божеством этот необычный студиозус может и не быть, но вот на полубога вполне сгодится.
Испуганный крик Нелиты выдернул его из забытья как раз вовремя, чтобы заметить, как вскинул над ними копье потемневший от яда, но каким?то образом остающийся на ногах кейлонгский воин.
Испуганный крик Нелиты выдернул его из забытья как раз вовремя, чтобы заметить, как вскинул над ними копье потемневший от яда, но каким?то образом остающийся на ногах кейлонгский воин. Онемевший от боли и усталости, лишенный даже самого простого оружия, Тэйон закрыл ее единственным, что у него осталось: собственным телом. За напряженными в ожидании удара плечами мелькнула быстрая тень, спину мага обдало упругим ударом воздуха.
Но самого удара не было. Не было. Не было.
А был боевой клич горного сокола и крики боли и ужаса, издаваемые кейлонгским солдатом.
Не веря своим ушам, Тэйон Алория медленно приподнялся на руках, освобождая придавленную его весом Нелину, и оглянулся.
На ослепленном острыми когтями и клювом кейлонгском убийце восседала огромная, расправившая для равновесия широкие крылья птица, встретившая недоверчивый желтый взгляд родственных ей глаз с торжествующей невозмутимостью.
«Вот теперь еще и галлюцинации», — тупо подумал магистр воздуха.
И наконец потерял сознание.
ГЛАВА 12
And so hold on when there is nothing in you
Except the Will which says to them: «Hold on!»
—
И…
…потому держаться, когда в тебе лишь
Пустота.
И воля, что сказала им: «Держись!»
— Алория! Приходите в себя!
Пробуждение было столь же мучительным, сколь и неестественным. Тэйон раздраженно отмахнулся сквозь пелену ядовито?вязкой дурноты.
— Вы нужны нам, магистр!
Его ментальное Я подхватили и потащили, шипящего и отбивающегося, по направлению к самоосознанию. Мастер ветров попытался магически атаковать неизвестного нахала, но брыкание принесло ему не больше пользы, чем котенку, которого крепко держали за загривок.
— Опасность!!!
Вот это возымело действие. Магистр дернулся, нашаривая почему?то не оказавшийся в рукаве кинжал. Над ним нависало расцарапанное, потерявшее всегдашнюю невозмутимость и выражение скучающего презрения лицо Река ди Крия. Надо, наверное, подкорректировать схемы его ликвидации с учетом полученных в последние дни данных…
Целитель не слишком умело, но в полную мощь своих необъятных способностей пытался накачать тело магистра стихийной магии энергией. Тэйон дернулся, опасаясь, что его сейчас вывернет наизнанку, и проклятый студиозус наконец отодвинулся, оставляя его в покое.
— Прошу прощения, магистр. Это не очень вам полезно, но мне показалось, что так будет лучше.
Мастер ветров поднял руку и попытался устало потереть лоб, но пальцы оказались измазаны в крови, а он даже не знал чьей. Старый наставник по боевым пляскам говорил: Мой лэрд, если вы не знаете, ранили вас в бою или нет, можете считать, что дело действительно плохо».
— Значит, дело действительно плохо, — пробормотал Тэйон морщась.
Схватка вспоминалась обрывками ярких, ранящих память картин, большинство из которых вряд ли могло иметь какое?то отношение к реальности. Должно быть, он ударился головой.
Маг огляделся. Похоже, он пропустил лишь несколько минут — слишком мало, чтобы восстановиться, и более чем достаточно, чтобы перестать понимать, что происходит.
Магистр вновь сидел в своем кресле, точнее, в том, что от него осталось. Треснувшее дерево, лопнувшие кристаллы, уничтоженные заклинания — пожалуй, единственное, что оно еще могло делать, — это летать.
На шее опять повисла ставшая за последние дни привычной двойная тяжесть королевских близнецов.
Рука мага коснулась одной из темных головок. По привычке огрызнулся:
— Дети, вам не надоело? — «Бедная моя шея…» Детям не надоело. Близняшки только хором хлюпнули носами, не изъявляя ни малейшего желания стоять на собственных ногах. Тавина сползла на колени к магу, свернувшись комочком, а Нелита все так же упрямо висела у него на груди, не по?детски стальной хваткой вцепившись в воротник.
Тавина сползла на колени к магу, свернувшись комочком, а Нелита все так же упрямо висела у него на груди, не по?детски стальной хваткой вцепившись в воротник. Тэйон прикусил язык, понимая, что сейчас все равно никуда бы их не отпустил. Только не в доме, по которому могут разгуливать имперские асассины.
Его парадный вестибюль был в руинах. Посреди того, что осталось от некогда утонченного интерьера, было разбросано несколько мертвых кейлонгцев, но, хвала стихиям, не размахивал копьем ни один живой.
Одрик, Укатта…
— Мы победили, — сделал он напрашивающийся вывод, горечью и пеплом осевший на языке. — Мои ученики?
— В порядке. Шаниль успела провести их в покои мастера целителя, а с несколькими асассинами, все?таки пробравшимися туда, Ри?лан и ваши адепты разделались весьма… элегантно.
«Даже так?»
Тэйон, опять?таки машинально, пообещал себе позже выяснить в подробностях, что же сотворил черный целитель Просто чтобы понять систему ценностей, в которой оперировал ди Крий. У разных народов были различные понятия об элегантности, и подобная информация могла оказаться полезной.
Магистр сделал короткий жест, не зная, как называлась вызванная Ли Ша Тарой тварь.
— Атис?на, — подсказал ди Крий правильное определение. — «Меньший слуга», светлый пантеон. Я справился.
— Не сомневаюсь, — рассеянно согласился магистр, автоматически пытаясь дыхательной гимнастикой облегчить головную боль. (Как же ему сформулировать следующий вопрос?) — Лорд ди Крий, когда на принцессу напал тот последний кейлонгец…
Тэйон выжидательно замолчал, придав своему лицу нейтрально?вопросительное выражение. А что он мог сказать? «Целитель, моя галлюцинация тут не пролетала?»
Целитель долгих десять секунд рассматривал собеседника с не менее нейтральным, нарочито?непроницаемым выражением лица. Затем медленно вытянул руку, указывая куда?то за спину Тэйону.
Магистр Алория замер. Медленно, подчеркнуто спокойно обернулся.
Он восседал на высокой спинке летающего кресла, неподвижно застывшего в воздухе. Близко, так близко, что, даже не поворачивая головы, Тэйон мог бы уловить на периферии взгляда всплеск серо?коричневых перьев. Так близко, что бывший лэрд Алория мог бы почувствовать запах, знакомый с раннего детства чуть резковатый запах хищной птицы. Так близко, что Тэйон должен был заметить…
