«Ди Акшэ».
«Алория».
Они оба испытывали облегчение, но оба считали недопустимым показать это.
«Итак, она все?таки решила идти ва?банк, — задумчиво протянула Динорэ, — значит, дела в городе совсем плохи».
Тэйон не стал отвечать на совершенно риторический вопрос. «Вы готовы, госпожа?»
Старая волшебница фыркнула. Даже мысленно этот звук у нее получался сварливым, склочным и надменным. «Удерживай свой якорь, мальчишка».
Магистр Алория счел ниже своего достоинства отвечать в том же тоне. Вместо этого он сжал руку над символами, впиваясь пальцами в сияющую энергию, и развернул заклинание.
Два сознания устремились навстречу друг другу сквозь бездну, разделяющую миры. Два сознания впились друг в друга, создавая нерушимый мост между двумя точками в пространстве. Тэйон опустил свое кресло на камни, построив еще более плотный контакт с землей, водой, воздухом и огнем. Врастая через лежащие на камнях магические артефакты в древние валуны, в плоть этого места. Внезапно вскинул вторую ладонь, в которой была сжата призма. Соединил руки, заставляя «якорь» пройти через искажающее стекло, ощущая, как под воздействием этой поправки точка перехода сместилась со скалы, где она находилась, в море, к выходу из гавани.
Внезапно вскинул вторую ладонь, в которой была сжата призма. Соединил руки, заставляя «якорь» пройти через искажающее стекло, ощущая, как под воздействием этой поправки точка перехода сместилась со скалы, где она находилась, в море, к выходу из гавани.
«Есть».
Динорэ потянулась со своей стороны, с недоступным магистру воздуха искусством «стягивая» вместе пространственные точки, заставляя природу реальности изогнуться петлей, открывая проход. Созданные ею линии заклинания содрогнулись под напором царящей в Лаэссэ непогоды, завибрировали, и старая волшебница закричала, пытаясь сохранить контроль. Тэйон, который был готов к этому, напрягся, обвивая пучки ее силы своими, поддерживая структуру перехода.
«Великие стихии, Алория, что у вас там творится?»
— Потом… расскажу, — сквозь зубы выдохнул мастер ветров. И открыл портал.
Скала содрогнулась от внезапного напряжения, когда сотни энергетических щупалец вдруг впились в нее, пытаясь удержаться на месте. «Якорь» — довольно точное слово в описании процесса, и теперь, когда тросы натянулись, якорь зацепился за реальность, грозя снести ее вслед за утягиваемым в межмировую бездну парусом портала. Магистр Алория сцепил зубы, ощущая пульсацию магии в своих жилах, это невероятное, острое, на грани блаженства или боли напряжение. Тихо, сквозь зубы:
— Лучше бы Вашим судам не тянуть с переходом слишком долго, моя лэри.
Звездный голос откуда?то из?за спины уверенно ответил:
— Они не затянут.
И в этот момент в туманном проходе сгустились очертания первого корабля.
Флотилия входила прямо в гавань, защищенную скалами, древними заклинаниями и трехдневными усилиями магов во главе с Туроном. Тем не менее магистр Алория Решил, что лучше ему перестраховаться, чем собирать потом обломки разбившихся кораблей, и сильно усложнил заклинание перехода, добавив к порталу гигантскую вариацию старого трюка под названием «мыльный пузырь». При выходе из портала каждый корабль натягивал тонкую защитную мембрану, созданную по тому же принципу, что и энергетическая сфера, защищавшая сейчас вершину скалы и застывшие на ней две фигуры. Тонкая пленка изгибалась, охватывала судно и смыкалась за ним, окружая ничего не подозревающую лоханку энергетическим пузырем и создавая для нее островок спокойствия в бушующем море. Элегантное решение, куда более экономичное, чем попытка накрыть всю флотилию «куполом тишины». И, что самое важное, такой вариант не требовал от магистра дополнительных расчетов или напряжения внимания: заклинание почти полностью опиралось на камень, установленный под сиденьем кресла и генерирующий защитное поле вокруг самого мага. Камень же, в свою очередь, был напрямую связан с магическим источником Академии.
Магистр Алория откинул голову, обнажив зубы в напряженной, зверской усмешке, магическим зрением чувствуя, как один за другим в гавань проскальзывают огромные, похожие на побитых ветром, но все еще опасных птиц корабли. Казалось, прошла вечность, пока он не понял, что вместе с последним судном портал пересекла Динорэ ди Акшэ и натяжение якоря ослабло, знаменуя закрытие перехода. Он медленно, сдерживая дрожь в пальцах, отпустил заклинание, шаг за шагом пройдя все ступени успокоения.
«Получилось», — констатировал он.
«Получилось», — шепнул голос Динорэ, теперь уже совсем близкий. И через минуту сварливо: «Ну и бардак. Могу я узнать, чем вы занимались, мастер ветров, что довели свои владения до такого состояния?»
Маг хмыкнул. Старушка была в своем репертуаре.
— Получилось! — пропел за его спиной звенящий торжеством голос. Таш стояла, откинув капюшон плаща, жадно всматриваясь в бушующую за пределами защитного поля непогоду. Выражение ее лица было голодным и яростным одновременно.
Вспышка молнии озарила профиль женщины, ровную линию лба и носа, вздернутые в улыбке?оскале губы.
Маг осторожно опустил все еще дрожащие руки на подлокотники кресла, попытался расслабиться. Тело до сих пор звенело наркотическим опьянением магии, глаза бездумно скользили по взмывающим к небу пенистым валам. Одна из волн ударила в утес, разбиваясь о волнорезы крепости, заставляя древнюю скалу содрогнуться. Брызги взлетели почти до самой ее вершины. Пламя костров, образовывающих внутренний круг, прижалось к камням, чтобы тут же вспыхнуть с новой силой.
Тэйон сплюнул собравшуюся во рту кровь и задумчиво посмотрел на окружающие его валуны, на все еще соединявшие их линии силы. Вновь перевел взгляд на бурлящее тьмой небо. Стихия воздуха сорвалась с поводка, и ее бешеный танец отзывался в душе мастера ветров сладковатым ужасом. Как бы ему хотелось… Взгляд опустился к морю. Потом этак задумчиво, лениво, перешел на фигуру первой леди Адмиралтейства.
Таш, почуяв неладное, повернулась к мужу. И то, что она увидела во вспышке молнии, госпожу адмирала явно не обнадежило.
— Мой господин, — она решила сначала попробовать неизвестные воды, а не бросаться в них с головой, — может, вернемся домой?
Он улыбнулся, не замечая, как при виде этой улыбки лицо женщины побледнело. Маг протянул руку:
— Моя лэри, Вы не одолжите мне ненадолго Ваше ожерелье? — Ему было весело.
Пальцы шарсу взлетели к горлу, коснулись спрятанных под плащом тяжелых витых звеньев.
— Вы пьяны магией, господин. Он улыбнулся.
— Тэй…
— Укаждого из нас должно быть право на миг безумия… не так ли, моя лэри? — В желтых глазах горело воспоминание о схватке в янтарной комнате, о сильных пальцах воительницы, сжимающих подростковые запястья.
Она сбросила плащ, расстегнула замок ожерелья, напоминающего скорее причудливый ошейник, протянула мужу
— Благодарю Вас, о лэри.
Размеренная мощь океана в его ладонях… Магистр запрокинул голову, подставляя лицо долетевшим откуда?то брызгам.
Мечта… Как далеко можно уйти в погоне за мечтой?
Любой маг, когда?либо работавший с воздухом, знает, сколь капризна и непостоянна эта ветреная стихия. Как сложно ее контролировать, как даже самое невинное заклинание грозит в любой момент вырваться, обрести собственную форму и собственную волю.
