— Мы слышали о них, — кивнула женщина. — Почему они вас так назвали?
— У них не очень хорошо… появлялись дети, но они выслали к нам тридцать своих… семей, и дети стали появляться. Им даже понравилось в нашем городе. Хотя… — Рост снова подумал, его голова от перенапряжения буквально трещала. Наконец, он решил не рассказывать, что Ширы в конце концов ушли в свой город из Боловска. — Они решили не сражаться на нашей стороне, но мы считаем их не очень крепкими бойцами, будет лучше, если они останутся в тылу.
— Вы решили сражаться, — протянула женщина, — и у вас рождаются дети…
Тогда Бастен заговорил на каком-то другом, очень певучем и ясном языке. Возможно, он был похож на древнегреческий, Ростик был в этом не уверен, но ощущение подходило к совершенной красоте этих существ и к их невероятной, фантастической способности побеждать.
— То, что вы будете сражаться, — хорошо, — наконец перешел он на Единый. — Так как у нас теперь нет врагов, чтобы убивать… Мы, возможно, присоединимся к вам. — Он улыбнулся одними губами, глаза по-прежнему смотрели холодно и жестко. — Потому что у вас действительно очень сильный противник. Это нам подходит.
— Я очень рад, что вы решили присоединиться к человечеству.
— Мы еще не присоединяемся, — нахмурился Бастен. — Но нам нравится, что тут можно воевать с теми, кого мы не любим, так же как и вы.
— Тогда оставайтесь с нами хотя бы для этой войны, — попросил Ростик.
— Мы так и сделаем, — сказала женщина, мельком обернулась к бородатому и попыталась неумело улыбнуться. Это выглядело так же странно, как, например, улыбка гиеномедведя. Но она старалась быть вежливой. Она помедлила, потом выражение привычной суровости снова сделало ее лицо безэмоциональным. — Черена, Сурда'нит-во, Зули и Каса-вара ты увидишь позже, если проживешь достаточно долго.
Ростик вздохнул, соображая, нужно ли сейчас же бежать к Достальскому, чтобы изложить ему, каких союзников нежданно подбросило им Полдневье. И очень искренне ответил:
— Я постараюсь, Иха-вара, прожить достаточно долго, чтобы увидеть, как вы присоединились к человечеству насовсем. Разумеется, если это возможно.
Часть III
МНОГО ВРАГОВ — МНОГО СЛАВЫ
Глава 13
Сногсшибательное открытие, что у человечества появился еще один союзник и, похоже, очень мощный, хотя и малочисленный, капитан Достальский выслушал хмуро. Он почесал выбритые, словно мраморные щеки и с нескрываемой досадой спросил:
— И как ты после этого все-таки уснул, Рост?
— Понимаешь, они меня как-то усыпили. Сообщили, что было нужно, по их мнению, а потом нажали… на сознание, и я отлично выспался.
Каратаев сокрушенно покачал головой.
— Враг в крепости, а ты…
— Я же говорю — не враг, а союзник.
— Какой они нам союз обещают, — вставил свое мнение и Антон, — еще нужно выяснить.
— Да, какие у них планы? — спросил Достальский, мирным жестом ладонью вниз останавливая возможный спор.
— Они сказали, что отправятся к бегимлесу, к диким бакумурам, а еще двоих, самых быстроногих, пошлют к диким пернатикам. И пригонят их для защиты нашего отравленного вала.
— И ты им поверил? — Каратаев кипел, но даже это его состояние, возможно искреннее, почему-то казалось фальшивым.
— Во-первых, мне ничего не оставалось делать, они сильнее, ментально и физически… А во-вторых, да, я им поверил.
— Почему? — в упор спросил Антон.
— Не знаю, — Ростик опустил голову. — Понимаешь, они очень здорово организованы. Можно сказать, они цивилизованней любого из нас, даже больше, чем старцы аймихо. И они умеют делать что-то такое, против чего я бессилен.
— Цивилизация ведет к миру, — нравоучительно отозвался Каратаев. — Коммунизм — это царство…
— Да заткнись ты со своим миром и коммунизмом заодно, — не выдержал Антон. — Война — дело для тех, кто умеет им заниматься, а не для… простаков.
— Так-так, — почти радостно повернулся к нему Каратаев, — ну, договаривай, что…
— Будешь путаться под ногами, ушлю в Боловск, — сурово прервал его Антон и снова посмотрел на Ростика.
— Я тебе не подчиняюсь, — пискнул Каратаев, но уже не очень уверенно.
— Итак, цивилизованные союзники, которые умеют проникать в охраняемые крепости, не убивая стражников, переплывать моря, мирно усыпляют нашего самого тренированного провидца и даже способны уговорить пернатых с волосатиками прислать больше солдат? — Он снова потер щеки. — М-да, ничего подобного даже выдумать невозможно.
— Но это так, — горячо отозвался Ростик.
— Потому-то я тебе верю, — сказал Достальский и вздохнул. — Ладно, отправляйся со своим Кимом на разведку и попробуй определить численное соотношение пауков к нашим силам, которое возникнет после того, как они сожрут насекомых.
Этим Ростик и занялся. Но, должно быть, после ночного разговора с невидимыми аглорами и утреннего доклада Достальскому совсем слетел с катушек, потому что, когда подошел к Киму, который загружал пищу, боекомплект и топливо в свою лодку, растерянно спросил:
— А кто же с нами третьим пойдет?
Чуть в стороне ошивались двое волосатиков, в которых без труда можно было узнать вполне тренированных загребных, и их уверенно, хотя и вполголоса наставляла какая-то совсем неказистая и худенькая девушка в стальной кирасе.
Ким зло блеснул глазами.
— А загребных ты не считаешь?
— Я имею в виду людей, — сдержанно отозвался Ростик, удивляясь, чего на него сегодня утром все кидаются.
— Вот эта пигалица и пойдет. — Ким пощелкал последними застежками на своем доспехе и вздохнул. — Провидец называется… Вторым пилотом пойдет, но и тебе на рычагах попотеть придется. — Он еще раз взглянул на Роста, успокоил: — Не ворчи, стреляет она неплохо, а лишний вес в полете… Мы же, может быть, не на пару дней даже улетаем, каждый килограмм на учете. — Он вздохнул, вдруг снова взъярился: — И волосатых уговаривать приходится, совсем не хотят помогать в последнее время. Только и занимаюсь, что уговорами… Тоже мне — армия!
Поднялись в ясное, летнее полдневное небо со свистом, даже Ростик не помнил, чтобы Ким так стремительно стартовал. Взяли курс на восток, перешли мертвую, уже с пожухлой травой полосу отравленной «алмазными звездами» земли. Чуть поднялись, чтобы можно было осмотреться с высоты. И тут Ким опять переборщил, Рост ощутимо стал задыхаться, а бакумуры на котле принялись взрыкивать.
— Пойдем к хребту, на юг, — попросил Рост. — Там насекомых почему-то меньше и прорыв пауков вероятнее.
— Просто ты только что с севера вернулся, — отозвался Ким, все еще хмуро. — Тебе и кажется, что ты там все уже знаешь.
— Тут, как ни крути, а сил все равно мало, — отозвался Ростик.
Потом Ким заставил вести лодку девушку, а когда она ощутимо и очень быстро для пилота выдохлась, приказал Ростику поддержать ее. Но Рост тоже не справлялся, по его мнению, тогда Ким снова пересел на свое законное место первого пилота и немного угомонился. Воспользовавшись моментом, Рост рассказал ему и девушке, а вероятно даже волосатикам, про своих ночных посетителей. Девица не издала ни звука, но Ким заинтересовался:
— Они что же, такие крутые?
— Круче некуда, — ответил Рост. — Прямо какие-то…
— Ниндзя! — поддержал его Ким. — Есть такие…
