— Насчет Иссольды я знаю, что она моя, но об Амулете первый раз слышу. Почему вы считаете, что он принадлежит мне?
— Красный Амулет — ваш. Безумный Бог не должен его носить, но носит, и оттого он безумен.
Хокмун улыбнулся.
— И пусть носит, если только в этом и заключается свойство Амулета.
— Это не тема для шуток, герцог Дориан. Безумный Бог украл Красный Амулет у слуги Рунного Посоха и в наказание лишился разума. Но слуга Рунного Посоха, если он владеет Амулетом, обладает великим могуществом. А значит, ни я и никто другой не должны отнимать его у Безумного Бога. Это надлежит сделать только Дориану Хокмуну Кельнскому, слуге Рунного Посоха.
— Опять вы называете меня слугой Рунного Посоха! А я, между прочим, даже не знаю своих обязанностей. И вообще, я не уверен, что Рунный Посох, Красный Амулет и все остальное — не плод вашего больного воображения. Может быть, вы тоже безумны?
— Думайте, что хотите. Все равно вам придется найти Безумного Бога. Ведь ничего другого вам не остается, верно?
— Да, я хочу разыскать Иссольду и того, кто ее захватил…
— Пусть так. Главное — мне не нужно вас уговаривать. Вы все равно выполните свое предназначение.
Хокмун нахмурился.
— С того дня, как я покинул Хамадан, меня преследуют странные совпадения. Чем вы это объясните?
— Там, где над судьбами людскими властвует Рунный Посох, совпадений не бывает. Иногда вы замечаете закономерность, иногда — нет. — Рыцарь в Черном и Золотом повернулся и указал рукой на вьющуюся по утесу тропинку. — Здесь мы сможем подняться. Наверху заночуем, а утром отправимся в замок Безумного Бога.
— Вы знаете дорогу? — встрепенулся Хокмун, мигом забыв все сомнения.
— Да.
В душу Хокмуна закралось новое подозрение.
— А вы… случаем, не тот человек, из-за которого Иссольда попала в плен? Не вам ли я обязан тем, что вынужден искать Безумного Бога?
— Иссольду похитил изменник Жуан Зинага. Он вез ее в Темную Империю, но по пути у него вышла стычка с гранбретанцами, которые надеялись убить его и получить причитающуюся ему награду. Пока они дрались, Иссольда сбежала. Скитаясь по Европе, она встретила в Итолии караван изгнанников, добралась с ним до Адриатического моря и попала на корабль, который, как ей сказали, направлялся в Прованс.
Но корабль оказался невольничьим — на нем везли девушек в Аравию. В заливе Сидра его захватили карпатские пираты…
— История просто фантастическая. Что было потом?
— Потом пираты решили получить за Иссольду выкуп. О том, что Камарг осажден, они узнали значительно позже. Тогда они направились в Истанбул, чтобы продать Иссольду на невольничьем рынке. Но в гавани оказалось много кораблей Темной Империи, и пираты не рискнули зайти в порт. Они прошли дальше, в Черное море, и там на свою беду повстречали корабль, который вы недавно сожгли.
— Остальное мне известно. Та рука принадлежала пирату, отнявшему кольцо у Иссольды. И все же, Рыцарь, ваша история слишком невероятна. Очень уж тут много совпадений…
— Еще раз говорю: там, где действует Рунный Посох, совпадений не бывает. Хотя иногда некоторые закономерности становятся заметны.
Хокмун вздохнул.
— Иссольда невредима?
— Относительно.
— Что значит — относительно?
— Будете в замке Безумного Бога — увидите.
Загадочный Рыцарь умолк и больше на вопросы Хокмуна не отвечал. Он сидел в седле, задумчиво опустив голову, и ждал, пока Хокмун, д'Аверк и Оладан выведут на берег напуганных коней и выгрузят припасы и вещи, в том числе потертую седельную сумку Хокмуна, чудом не потерявшуюся в долгом и трудном пути.
Затем Рыцарь в Черном и Золотом повернул коня и поехал по узкой горной тропе. Остальным вскоре пришлось спешиться и вести лошадей в поводу. Время от времени человек или конь оступались и едва не падали в пропасть; иногда камень, задетый ногой или копытом, срывался с обрыва.
Наконец, они добрались до края обрыва и увидели холмистую равнину, простиравшуюся, казалось, в бесконечность. Рыцарь в Черном и Золотом показал на запад.
— Туда мы отправимся утром. Там, за Пульсирующим мостом — Украния, а замок Безумного Бога — в глубине материка. Будьте осторожны, в этих краях рыщут воины Темной Империи.
Он подождал, пока трое путников разобьют лагерь.
— Не угодно ли вам, сударь, принять участие в нашей скромной трапезе? — не скрывая насмешки, обратился к нему д'Аверк.
Но огромная голова в шлеме, склоненная над лукой седла, не поднялась. Всадник и конь были неподвижны как изваяние. Всю ночь Рыцарь в Черном и Золотом провел в седле, словно охранял покой своих спутников или, может быть, следил, чтобы они не сбежали под покровом темноты.
Лежа в палатке с откинутым пологом, Хокмун смотрел на силуэт Рыцаря и гадал, есть ли в этом создании хоть что-нибудь человеческое. Чем объяснить такое пристальное внимание к Хокмуну? Друг он ему или враг?
Герцог Кельнский вздохнул. Он хотел всего-навсего разыскать Иссольду, освободить ее и отвезти в Камарг. Да еще убедиться, что провинция не покорилась Темной Империи. Но все оказалось гораздо сложней. Выяснилось, что перед Хокмуном стоит некая цель, и к ней его ведет таинственный Рунный Посох. Хотя Рунный Посох — это предмет, а не разумное существо. Как он может кого-то вести? Или все-таки это существо? Посох обладает величайшей силой, и тот, кто дает ему клятву, может рассчитывать на его помощь. Ходят слухи, что он вершит судьбы всего человечества. Но, в таком случае, зачем Рунному Посоху слуги, если ему и так подчинены все люди?
Наверное, не все. Видимо, время от времени появляются какие-то силы, вроде Темной Империи, которые противятся ему. И тогда возникает нужда в слугах.
Мысли путались. Хокмун не привык ломать голову над неразрешимыми загадками. Вскоре его сморил сон.
2. ЗАМОК БЕЗУМНОГО БОГА
Через два дня они подъехали к Пульсирующему мосту, протянувшемуся на несколько миль между двумя скалистыми берегами.
Мост представлял собой потрясающее зрелище: он был создан не из твердого вещества, а из великого множества световых лучей — золотистых, голубых, зеленых, алых и желтых — которые пересекались и даже как будто переплетались друг с другом. Внизу, среди острых рифов, бурлила и пенилась вода, а мост все время пульсировал, словно живое существо.
Внизу, среди острых рифов, бурлила и пенилась вода, а мост все время пульсировал, словно живое существо.
— Что это? — спросил Хокмун Рыцаря в Черном и Золотом. — Не похоже, что этот мост создан природой.
— Да, он построен людьми, давным-давно ушедшими в небытие и унесшими с собой знания, с помощью которых им удалось сотворить такое чудо. Народ этот обитал на земле после Дождя Смерти, но до возникновения Княжеств. Что это были за люди и какова их судьба, мне не известно.
— Да неужели? — усмехнулся д'Аверк, — Вы меня разочаровали. Я-то думал, что вы знаете все.
Рыцарь в Черном и Золотом промолчал. На коже и доспехах всадников играли отсветы Пульсирующего моста. Кони храпели, пятясь и вставая на дыбы. Хокмун натянул поводья, пришпорил скакуна, и конь успокоился, как только его копыта окунулись в мерцающий свет, — видимо, почувствовал под ногами надежную опору.
Рыцарь в Черном и Золотом неторопливо ехал впереди, окруженный радужной аурой. Конь под ним тоже светился, с каждым шагом все ярче. Хокмун оглянулся на д'Аверка и Оладана — они сияли, будто существа, явившиеся со звезд. Он глянул вниз — под переплетением лучей пенилось море. В ушах, нарастая, звучал странный гул — довольно мелодичный и приятный, если не обращать внимания на дрожь, которая шла от него по всему телу.
