К вечеру я чувствовала себя свежеубитым трупом, которого мучат и в загробной жизни, несмотря на жалобы в многочисленные высшие инстанции. Не раз и не два в голову приходила мысль попросту рухнуть на землю и будь что будет, но упрямая гордость наследной эльфы не давала сделать такой на редкость умный шаг. Блин!!!
— Ну вот мы и приехали, — внезапно возвестил Клин и остановил коня. Я громко застонала и облегченно рухнула на шею лошадке, чувствуя, что сейчас попросту развалюсь на составные части.
Перед нами поднимался склон какой-то горы, густо поросший мхом и кустарником, ну или чего там может еще расти на камнях.
— Нам придется спешиться и оставить коней здесь. Дрэдры, как я слышал, народ негостеприимный, попросту говоря, они убивают любого, кто вторгся на их территорию. К счастью для нас, они днем спят, а ночью постоянно молятся в своих храмах, так что попытаемся прокрасться незаметно. Эль…
— Да, Клин?
— На тебе лежит задача найти самый короткий и безопасный путь к пещере дракона.
— Хорошо, я сейчас создам парочку…
— Подожди-ка, мы отойдем, — строго перебил меня Клин и продолжил речь: — В пещере нам придется по-любому сражаться с драконом.
— Почему? — влез Трок.
— Потому что любую изъятую у него вещь дракон почувствует и найдет, а потом спалит на фиг всех, кто хоть когда-нибудь к ней прикасался.
— Я, конечно, приношу извинения, но «Драконы жизни» никогда так не поступают, и их смерть всегда фатальна для места убийства, а потому я думаю, что это просто-напросто большая ящерица…
— Эль, — перебил меня Клин, внимательно глядя своими серыми глазами так, что я почувствовала себя очень и очень неуютно, — какое это имеет отношение к будущей драке?!
— Так самое прямое.
Клин вежливо приподнял правую бровь, давая мне последний шанс сказать что-то умное. Ох и давно он у меня с бараньими рогами не ходил, надо будет потом освежить воспоминания.
— Настоящего дракона я убить не смогу, а вот ящера — всегда пожалуйста.
— То есть ты хочешь сказать, что завалишь дра… ящерицу голыми руками?! — поразился Филин.
— Нет, — улыбнулась я, — я хочу сказать, что прекрасно знаю, как это сделать. Мы на уроках проходили. Надо всего лишь смазать одной мазью какою-нибудь острую железяку, а потом порезать шкуру чудовища, и яд мгновенно сделает свое дело. Лучше всего, конечно, пустить отравленную стрелу в глаз, но это уж вы сами решайте.
— Эльфенок, — ласково обратился ко мне Филин, подъезжая как можно ближе, — а ты сможешь нам приготовить эту мазь?
— Нет, конечно. Вы хоть представляете, насколько редкие ингредиенты в нее входят? — удивилась я.
— Я ее придушу!.. — прорычал Клин, зачем-то тоже подъезжая ближе.
— Но, — хладнокровно продолжила я, — у меня есть эта мазь уж готовая.
— Ребята, и как вы с ней уживетесь? — искренне поразился Трок, вклиниваясь между общими ругательствами, пока я искала в сумке нужную баночку.
— На себя посмотри, умник, — посоветовал кот.
Бывший оборотень только тяжело вздохнул.
— О, вот она! — радостно сообщила я, найдя наконец мазь, и торжественно вручила ее Филину.
Тот внимательно осмотрел баночку, хрюкнул и начал истерически ржать, вытирая выступающие слезы.
— Что случилось? — Клин отобрал у Филина баночку и громко вслух прочитал название на этикетке:
— Мазь от запора.
Подумал, прочитал еще раз и недоуменно поднял на меня глаза. Я пожала в ответ плечами:
— Я же говорила, что эффект мгновенный и смертельный, вот это она и есть.
— Ну ты садистка, — поразился кот. — Нет, я много знал видов смертей, но чтобы от мази от запора!
Я покраснела, смутившись окончательно.
— Да ты не понял. Дракон не умрет, просто довольно длительное время будет очень занят и на разворовывание своего имущества не обратит никакого внимания. А потом и подавно за нами гоняться он будет, опасаясь добавки. А если вас что-то не устраивает, то и пожалуйста, мечи и зубочистки в руки — и вперед, похороны я организую.
Возражающих не было, лишь Трок, когда мы уже начали восхождение, тихо поинтересовался:
— А что это за редкие ингредиенты ты имела в виду?
Я хмыкнула:
— А где я тебе сейчас найду, ну, к примеру, глаза пиявки или желчный пузырь лягушки, или…
— Все, все, я понял, — перебил меня Трок и всю оставшуюся дорогу хранил упорное молчание.
Клин заставил нас хорониться в кустах, старательно обходя открытые места, и если без этого совсем уж было нельзя, то приходилось быстро ползти по открытой местности, прячась в траве. Я пару раз предлагала свою магическую помощь, чтобы так не мучиться, но наш предводитель вбил себе в голову, что на вершине нам может понадобиться как можно больше магии, и запретил мне проявлять инициативу под страхом одиночной охоты на дракона. Пришлось ползти.
Очень скоро я в полной мере оценила все преимущества езды верхом и сильно удивлялась тому, как, сидя в седле, вообще можно устать, вот ползая как проклятый по сменившей густую облачность страшной жаре, это да-а-а… А если еще учесть то, что мы поднимались под уклоном вверх… Короче, уже через два часа подобного передвижения изъясняться я могла только руганью и держалась на том, что придумывала самые изощренные виды казни Клина. Не понимаю, и чего я в нем нашла когда-то. Урод! Козел! Садист! Урод!.. Так, уже повторяюсь.
Кота с Торком мы оставили еще пару часов назад, как павших в бою, ну, то есть не выдержавших экстрима. Кот как подкошенный рухнул в какой-то ложбинке, которую нашел для них с Торком Клин. Я тут же попыталась скатиться следом, симулируя одновременно обморок и судороги по всему телу. Не поверили. Пригрозили тащить на руках. Пришлось идти, то есть ползти дальше.
— Привал, — скомандовал Клин, и мы с Филином упали, тяжело дыша и привалившись спиной друг к другу.
Я услышала знакомое бульканье и с радостью вспомнила, что и у меня есть с собой вода. На этом мысли закончились, начались ощущения.
Буль-буль… Кайф!!!
— Так, разжигать костер не будем. — Мы с Филином синхронно кивнули, я сейчас вообще шевелиться не хотела, не то что там еще и с ветками возиться. — Переждем полуденный жар и пойдем дальше. Кстати, у меня для вас хорошая новость.
— Мы здесь заночуем, — попыталась помечтать я.
— Нет, но мы уже преодолели территорию дрэдров, дальше пойдем не так скрытно.
Мечта скончалась в корчах.
Я попыталась улыбнуться, но на лицо вылезла какая-то совсем уж зверская гримаса.
— Так, а у кого провиант?
Филин предательски ткнул в меня пальцем, а я попыталась честно вспомнить, на каком именно участке пути бросила эту ненавистную сумку с тяжелым провиантом. Вспомнила:
— Она в овраге.
— Та-ак, и что же мы будем есть?
Я честно выгребла из карманов две горсти сухариков. На меня смотрели как на только что выявленного шпиона камикадзе.
— И это все?!! — Филин удивленно осматривал обломки сухарей, от которых едва заметно пахло съеденным мною по пути сыром.
— Все. — И я начала грызть первый сухарь, ободряюще мыкая и закатывая глаза от удовольствия.
— Спаси-ибо!
Клин был сама любезность. То, что меня сейчас не придушили, означало только одно — моя тушка все еще была нужна ребятам, а посему я отползла под ближайший куст и мгновенно уснула, свалившись у его корней. Тело ломило ужасно, и просто хотелось провести тут всю свою жизнь, не поднимаясь.
