— Тела осматривали?
— Да. Одного притащили с собой.
— Это еще зачем? — изумилась Светка.
— Затем, что он пока живой. Прощупывается пульс на артериях. Хотели привести в сознание — ни в какую!
— Покажите, где?
В кузове обнаружился мужчина средних лет, явно пребывавший в коме. Зрачок широкий, дыхание и сердцебиение редкое, кожа очень бледная. Ни на какие раздражители человек не реагировал.
— Так… — Светлана ненадолго задумалась и приняла решение: — Отнесите его вниз, «Хюммель» разберется. Блин, что ни день — то новая напасть!
Умный автохирург работал долго, больше часа. Индикаторы состояния пациента менялись с желтых на оранжевые, потом на красные. Наконец центральный монитор залился багровым светом, а искусственный разум неправдоподобно спокойным голосом известил, что больной скончался невзирая на всевозможные усилия.
— Диагноз? — потребовала Светка.
— Воздействие ранее неизвестного вируса, поражающего центральную и периферическую нервную систему. Отказ дыхательного и сосудодвигательного центров. Терапия результатов не дала, нанобот не успел размножиться для того, чтобы подавить развитие инфекции.
— Что?! — Светлана Владимировна едва не свалилась с пластиковой коробки, заменявшей ей стул. — Какой нанобот?
— Механовирус, обнаруженный у господина Литвинова Ф. А, 30 августа сего года при общем обследовании. В мои обязанности входит сохранение всех не занесенных в реестр биоматериалов для дальнейшей передачи в центры, отвечающие за биологическую безопасность.
В мои обязанности входит сохранение всех не занесенных в реестр биоматериалов для дальнейшей передачи в центры, отвечающие за биологическую безопасность. Данный нанобот и его модификации являются действенной вакциной против обнаруженного штамма, также способного произвести девятьсот двадцать мутаций за десятикратно меньший срок, чем требуется наноботу.
— Открывай крышку! Ваня, заберите труп. И похороните, что ли… «Хюммель», проведи стерилизацию капсулы!
— Задача будет выполнена в течение четырех минут.
— Сгиньте отсюда все! Федор, ты останься… Мне тут пришла в голову очень скверная мысль…
— Конкретнее можно?
— Логика, друг мой. Логика! Ты заразился механовирусом от военных, так?
— Вроде бы так…
— Через две недели в городе начинается новая, невиданная болезнь, верно?
— Мы еще ничего не знаем!
— Поверь моей интуиции! Значит, солдатам сделали вакцину заранее?
— Не исключено. Что ты собираешься делать?
— Хочу узнать, есть ли у меня в организме этот самый новый вирус, о котором говорит «Хюммель». И как он себя ведет.
Купол автохирурга распечатался, ИР сообщил, что готов к приему следующего пациента.
Выводы «Хюммеля» потрясли: нанобот и естественный вирус прошли полный цикл мутаций, при соединении образовав соответственно девятьсот двадцать активных компонентов совместного биологического и биомеханического происхождения. Принцип их взаимодействия требует дальнейших исследований в специализированных лабораториях, но тем не менее угрозы для жизни больного нет.
Как хочешь, так и понимай.
Глава последняя
Третий рассказ доктора Гильгофа
ДАВИД И ГОЛИАФ
— Давненько не виделись, доктор. Заходите, располагайтесь. Кофе?
— Не откажусь… Как прикажете теперь к вам обращаться? По старому или, может быть, гм… сир?
— Только «сиров» мне не хватало! История запоминает имена монархов, а не их министров. Вам каждый скажет, кем был Наполеон, но о Талейране абсолютное большинство людей и слыхом не слыхивали, хотя без этого старого прохвоста Бонапарт так бы и остался простым генералом.
— Здоровое честолюбие отродясь не являлось тяжким грехом. Неужто предпочитаете забвение потомков?
— Отчего же «забвение»? Вполне хватит краткого упоминания в учебнике истории — «Бибирев Н. А., Имперский Регент краткого периода междуцарствия в 2283 году». Кто посмотрит на дату, сразу поймет, в какой конкретно обстановке указанному Регенту пришлось встать к штурвалу.
На «Кронштадте», куда я прибыл в начале октября по «старому» земному счету, решительно ничего не изменилось — может быть, побольше людей и суеты, а так базовая станция осталась такой, как и прежде. Даже вид из огромных обзорных окон бибиревского кабинета напоминает былые дни — огромная сфера планеты, синь океанов и белоснежные полосы облаков, коричнево-зеленая суша. Только очертания материков — вернее, единственного материка — совершенно другие. Афродита очень похожа на Землю, но все-таки это не Земля.
— Нехорошо получилось, — чуть рассеянно говорил адмирал. — Всю компанию одарили милостями, осыпали звездопадом орденов, Савельев аж в министры просквозил, а про вас, Вениамин Борисович, в суматохе просто забыли.
Несправедливо. Давайте решим следующим образом: чины и побрякушки от вас никуда не денутся, я уже отправил представления по инстанциям. Могу предложить более существенную награду. Положение начало стабилизироваться, жить в новых условиях оказалось не настолько сложно. Неприятностей, конечно, хватает, но государственная машина перезапущена и снова работает… Просите чего хотите, доктор.
— Вообще всего? — рассмеялся я. — А если попрошу луну с неба?
— Вопрос о транспортировке в систему Сириуса спутника Земли, известного под названием «Луна», будет рассмотрен, — парировал Бибирев. — Лет тридцать на монтаж двигателей, и к своему семидесятилетию вы получите роскошный подарок… Ладно, шутки в сторону. Что требуется на Гермесе прямо сейчас? Люди, оборудование, лаборатории? Дам всё. Некоторое время я буду оставаться самодержцем и распоряжаться имеющимися ресурсами по личному усмотрению.
— Самодержцем? А как же старик Фридрих?
— Кайзер является главой государственного союза чисто номинально. До времени, когда мы коронуем законного монарха.
— И когда же? — заинтересовался я. — При новом царствовании я рассчитываю стать фаворитом!
— Станете, если захотите… Государственный совет для выработки нового положения об избрании Императора соберем в декабре, а некое подобие прежних Земских соборов — после Рождества. Не сомневаюсь, утвердят единогласно. Времена демократии кончились, но правила приличия и видимость законности соблюдать необходимо. Государство без традиций превращается в скучную коммунальную контору. Так что конкретно пожелаете? Ради вас готов на время превратиться в добрую фею.
— Хорошо, я накидаю список техники и персонала к завтрашнему дню. Просьба вторая: снимите запрет на посещение Солнечной системы для «Франца-Иосифа». Хочу понаблюдать, что там происходит.
— Ровным счетом ничего хорошего, — нахмурился адмирал. — Зачем вам туда?
— Сказал ведь: интересно.
— Могу удовлетворить ваш интерес и без экстремальных полетов. «Аномалия» никуда не исчезла, движется вокруг Солнца по разомкнутой параболической траектории. Пока разомкнутой . Если траектория превратится в эллиптическую, нейтронная звезда останется там навсегда — это выяснится в течение трех месяцев. Автоматические станции наблюдения расположены по очень дальнему радиусу, за орбитой Сатурна. Людей на Земле нет. Вообще. Мне достоверно известно, что проект «Аттила» оказался… кхм… очень эффективным.
— Расскажите, — попросил я. — Отчеты центров чрезвычайного командования засекречены настолько, что доступа к ним не имеют даже начальники департаментов! Прежде всего меня интересует действие вакцины.
