— Сиг, какая тебе разница? — поддержал Коленьку Луи. — Можно, конечно, устроить Гильзе трепанацию черепа и исследовать ее мозги с помощью электронного микроскопа, но тогда Курт нас убьет… Вернее, своим танком переедет! Николай, рассказывай дальше!
— На чем мы остановились? Да, на инфопакете. Хотите верьте, хотите не верьте, но я теперь точно знаю о расположении всех точек сингулярности на Гермесе. Сколько мадам Коменж насчитала «дыр» в ближайшей округе? Шесть? Ну-ну! Постоянные и временно появляющиеся точки входа-выхода расположены через каждые пять географических минут по всей территории планеты, с севера на юг и с востока на запад, на пересечении параллелей и меридианов…
— Чего-чего? — Я похолодел.
Сколько мадам Коменж насчитала «дыр» в ближайшей округе? Шесть? Ну-ну! Постоянные и временно появляющиеся точки входа-выхода расположены через каждые пять географических минут по всей территории планеты, с севера на юг и с востока на запад, на пересечении параллелей и меридианов…
— Чего-чего? — Я похолодел. — Двенадцать точек сингулярности на каждый градус? Итого… ну-ка Сигурд, кто у нас тут главный калькулятор?
— Восемь тысяч шестьсот сорок на весь Гермес, — мигом ответил андроид. — Девятьсот двадцать дополнительных, созданных искусственно — на Дорогах. Всего девять тысяч пятьсот шестьдесят… Внушает!
— Не может быть. — Я помотал головой. — Для активации такого гигантского количества «дыр» требуется море энергии! Больше, чем излучает здешняя звезда!
— Звезда? — усмехнулся Коленька. — Кто вам сказал, что Вольф-360 — это звезда?
— А что же еще? — Я пожал плечами. — Если некое небесное тело светит и выглядит как звезда, значит, это точно не астероид, не планета и не шляпка вашей бабушки, выброшенная в открытый космос за ненадобностью!
— Зададим себе вопрос: почему Вольф-360 настолько яростен? — сказал Крылов. — Желтые карлики спектрального класса G не отличаются излишней нестабильностью. Вольф же бушует так, словно перед нами молодой гигант наподобие Сириуса. Солнечный ветер, чудовищные взрывы на поверхности, странная цикличность бурь — пять-шесть месяцев штормит, потом трехнедельный перерыв…
— Это уже чересчур! — отозвался я. — Ты что, хочешь сказать, будто Вольф-360 — искусственный объект? Да никакая цивилизация, даже суперпуперразвитая не сможет создать звезду!
— Звезду — нет. А вот превратить ее в источник энергии исключительной мощи — вполне.
— И каким же образом? Любое светило само по себе такой источник! По определению!
— Предположим, что Гермес действительно является огромным транспортным терминалом, перекрестком всех дорог галактики или хотя бы нашего Рукава Ориона. Поддержание в рабочем состоянии всех точек сингулярности требует постоянной энергетической подпитки. Самый оптимальный вариант получить неистощимый ресурс — сверхсингулярность, находящаяся где-то неподалеку.
— Черная дыра, что ли? — недоверчиво протянул Луи. — Но где?.. Пресвятая Дева! Ты это всерьез?
— Вот именно, всерьез, — кивнул наш приключенец. — Засуньте искусственную или натуральную черную дыру в ядро звезды и получите искомый источник энергии. Сравнительно безопасно и экономично. Небольшая сфера Шварцшильда будет пожирать светило много миллионов лет, а когда придет время, вы сможете подыскать для «галактического вокзала» другую планету… Вот вам объяснение крайней нестабильности Вольфа: звезда медленно коллапсирует, вещество ее недр падает в крошечную черную дыру, по этой причине термоядерные реакции в коре и на поверхности форсированы… Отсюда и постоянные бури вместе с периодами ремиссии, когда в глубинах звезды наступает кратковременное равновесие между веществом, летящим «вниз», и гелием, прорывающимся к поверхности. Расчетный срок угасания Вольфа — полтора-два миллиона лет, на наш век хватит.
— Это тебе все Гильза рассказала? — не без сарказма осведомился я.
— Да. Похоже, этих зверьков приставили к нам в качестве наблюдателей…
Диноцератиха вылезла из-под стола и улеглась рядом с Альфой, даже не подозревая, что стала предметом всеобщего внимания.
Похоже, этих зверьков приставили к нам в качестве наблюдателей…
Диноцератиха вылезла из-под стола и улеглась рядом с Альфой, даже не подозревая, что стала предметом всеобщего внимания. Накопитель информации хренов!
— Такого не бывает, — ввернул я нашу любимую фразу. — Да и плевать! Хватит о черных дырах. Мы остановились на вечере после праздника у Луи. Ты мирно побеседовал с Гильзой, что было потом?
— Потом? Решил проверить полученную информацию на практике, разумеется! Я лишь хотел выяснить, как работает ближайшая точка, которую можно активировать самостоятельно! Думал, загляну в «дыру» и мигом вернусь… Кто ж знал, что вылезти обратно получится не сразу!
* * *
Практическое осуществление поставленной задачи выглядело следующим образом. Крылов, на всякий случай прихватив с собой диноцерата, незаметно отошел от машины и направился прямиком в безымянный переулок, расположенный всего в паре сотен метров от имперского консульства. Очень уж хотелось немедленно удостовериться в истинности своих соображений. Отлично его понимаю, я поступил бы так же — меня с детства завораживало слово «тайна», поэтому и пошел работать в разведку. Правда, затем выяснилось, что большинство тайн не несут в себе ничего, кроме неприятностей, огорчений и расстройств. Куда проще читать о тайнах в приключенческих книжках, нежели в секретных документах — только настроение испортите, причем надолго…
Не будем, однако, отвлекаться.
— Ты хочешь сказать, что неактивная точка входа способна пропустить человека по… По его сигналу? — наседал я на Коленьку. — Пароль, аналогичный тому, что вскрыл «базу данных» Гильзы? Не понимаю две вещи: почему ты настолько легко сумел его разгадать?
— Потому, что я теперь такой, как они . Вениамин Борисыч, согласитесь, что если ученому средневековому монаху показать компьютер, он только руками разведет от удивления, а любой современный школьник, тем более увлекающийся техникой, моментально поймет, как обращаться с самой сложной программой… Ничего особенного, знания на уровне безусловного рефлекса. Надо только понять принцип действия. Посылаешь импульс на определенной частоте, информационная сфера Гермеса принимает сигнал, точка входа открывается…
— Информационная сфера? — переспросил я. — Час от часу не легче! Это что еще такое?
— Откуда я знаю? Вероятно, сеть точек сингулярности оборудована чем-то вроде сенсоров-транспондеров, вроде планетарного суперкомпьютера. Чужакам, с их способностью работать с живой тканью, сделать такое — раз плюнуть! Засунул наносенсор в любое дерево или травинку, и пожалуйста — прыгай куда хочешь, хоть на Процион, хоть в другую галактику…
— Куда же ты попал?
— Точка активировалась, я шагнул как и положено, с юга на север. Никакой другой планеты там не обнаружилось, стандартный «карман»…
«Карманами» мы именовали «закукленные» области пространства — с виду обычный другой мир, а в действительности ограниченная несколькими десятками или сотнями метров зона, замкнутая на самое себя, вроде листа Мёбиуса. Иди куда хочешь, все равно через несколько шагов очутишься в исходной точке. Что это за чудо, доселе было непонятно, но, похоже, Коленька сумел разгадать загадку.
