— Господин адмирал Флота…
— Слушаю?
— Что теперь будет? — совершенно по-мальчишески спросил я. — Кто…
— На вопрос «кто конкретно», ответа не имею. Земский собор для выборов Императора невозможен по понятным причинам, если погибли все — династия прервалась. Не время об этом думать. Даже при самом неблагоприятном исходе Михаил IV должен какое-то время оставаться жив. Понял?
— Так точно, понял.
— Думаю, нам в ближайшее время светит регентство… Разберемся.
Спустя полтора часа спасательные буксиры притащили «Святого Владимира» и все штурмовики в ремонтный док.
Спустя полтора часа спасательные буксиры притащили «Святого Владимира» и все штурмовики в ремонтный док. Никто не выжил — Михаил, императрица Мария, Наследник. В числе пассажиров злополучного челнока оказались брат Императора с семьей, дальние родственники по конституции наследовать не могут, а значит… Значит…
Значит, остался единственно возможный преемник. Точнее, преемница.
Отдав все необходимые распоряжения следователям Имперской Безопасности, я бегом ринулся в свой кабинет, расположенный в соседнем блоке. Активировал линию Планка и запросил связь с Гермесом. Провел две мучительные минуты, пока на борту «Франца-Иосифа» не откликнулись на вызов.
— Какие люди, — усмехнулся с монитора Веня Гильгоф и поправил рукой миниатюрную камеру, смотревшую куда-то в сторону от пользователя. — Чем обязан, господин генерал-майор? Опять решили позубоскалить над старым фантазером?
— Доктор, умоляю, заткнитесь и выслушайте!
— Да на тебе лица нет! — Гильгоф внезапно понял, что я беспокою его не ради ознакомления с новыми сумасшедшими теориями, разработанными за последнее время. — Что стряслось?
— Вениамин Борисович, учтите, никому ни слова…
— Как скажешь. Излагай. Надеюсь, вы еще не разнесли старушку-Землю по камушку?
— Со дня на день собираемся. А теперь слушайте очень внимательно…
* * *
Через сутки на «Кронштадт» прилетел Бибирев и среди ночи потребовал меня на ковер. Выглядел адмирал необъяснимо спокойно, будто ничего и не произошло. Не знаю, как ему удавалось сохранять абсолютное самообладание, видимо его высокопревосходительство посчитал, что все худшее уже позади, остается только разгрести последствия и восстановить прежнюю цепочку государственной власти в неизменном виде. Какими способами — дело десятое, все необходимые инструменты у нас в руках, а блюсти строжайшую законность теперь не обязательно, возможные нарушения спишем на чрезвычайную обстановку.
— Докладывай. — Адмирал указал взглядом на кресло. — Что с расследованием?
— Привлек лучших офицеров департамента, в работе — только свои люди, стократно проверенные. МВД и службу безопасности Министерства Двора отсекли.
— Операция прикрытия?
— «Карл Великий» с эскортом вылетел на Гермес вовремя, идентификационные сигналы соответствовали борту номер один. Командование гвардейским отрядом в Юргинской колонии предупреждено, будут действовать по разработанному нами сценарию. За свидетелями — строжайший надзор. Утечек не было.
— Предварительные выводы сделали? Или времени не хватило?
— Хватило с избытком. Вот протоколы вскрытия. — Я перебросил на стол красную папку. — Медицинский персонал также из нашего отдела, беспокоиться не стоит…
— Давай своими словами, — протянул Бибирев, без особого интереса пролистав бумаги. — Меня интересует общее заключение.
Таковое заключение гласило: гибель двадцати восьми человек на борту «Святого Владимира» и пилотов-штурмовиков сопровождения последовала в результате кратковременного воздействия ионизирующей радиации. Трое — два офицера гвардии и камердинер Императора, к моменту доставки на «Кронштадт» еще были живы, но скончались от острой лучевой болезни в течение получаса. С помощью биодозиметрии было выяснено, что суммарная дозовая нагрузка превысила 40 грэй при смертельной дозе в 7 грэй.
С помощью биодозиметрии было выяснено, что суммарная дозовая нагрузка превысила 40 грэй при смертельной дозе в 7 грэй. Шансов не было. Предварительный диагноз подтвержден при вскрытии. Тела незамедлительно кремированы, капсулы с прахом помещены в хранилище спецматериалов при отделе биологической безопасности — там надежнее всего.
— Кремация? — поднял бровь адмирал. — Кто принимал решение?
— Я. Оборудования для бальзамирования на «Кронштадте» нет, традицию пришлось нарушить. Консультироваться с вами не счел нужным — это был единственный разумный выход.
— Согласен. «Святого Владимира» обследовали?
— Очевидные следы внешнего воздействия. Два варианта: или поработала «аномалия», или использовались гамма-пушки, установленные на боевом космическом корабле. Диспетчерские службы зарегистрировали восемнадцать объектов, которые теоретически были способны нанести удар. Проверяем. Диверсия на борту исключена.
Бибирев помолчал, что-то неслышно шепнул под нос и наконец произнес слова, которых я ожидал больше всего:
— Правительство в полном составе соберется завтра. Тут, на базовой станции. Челнок канцлера сейчас подходит к причалу… Предусмотрителен наш премьер, ничего не скажу — дождался, пока Земля не совершит оборот вокруг оси, чтобы защитить свой корабль от рентгеновских импульсов сферой планеты. А мы с тобой — два дебила! Достаточно было сообразить, что «Владимир»…
— Но такая возможность оценивалась как один к ста тысячам!
— …И мы успешно проиграли вроде бы гарантированную ставку, поздравляю. Придется расхлебывать. В условиях военного положения решение о назначении правящего Регента Империи принимает кабинет министров. Большинством в две трети голосов. В состав кабинета, если ты не забыл, входят командующие родами войск и эскадр ВКК. А ВКК в свою очередь командует Император, которого сейчас нет. У меня будет около половины голосов, столько же у канцлера. На нашей стороне адмирал Юшков, а значит, и Космический Корпус, и Нина Назарова с ее ведомством по делам колоний. Канцлер Головин подмял под себя МВД, экономические министерства и снабжение — это очень важные направления! Армия пока колеблется, генерал-фельдмаршалу Слепцову необходима уверенность в завтрашнем дне и твердая рука. Похоже, он сам претендует на регентство или отдаст голос тому, кто окажется сильнее. Вот что, Миша… Гм…
— Говорите, не стесняйтесь. Николай Андреевич, за нашей спиной еще много резервов.
— Сколько сейчас времени? Половина третьего? Отлично. Через час собери здесь всех начальников департаментов и командиров дислоцированных на «Кронштадте» боевых подразделений Имперской Безопасности и ГРУ. Обговорим схему действий на экстренный случай.
— Переводя с русского на русский, устроим переворот?
— Именно. Если на заседании кабинета победят бюрократы и Головин получит права на регентство, мы с тобой в лучшем случае отправимся выращивать капусту на Гермес. Я и канцлер — давние соперники, почивший Михаил удерживал межклановое равновесие, но теперь надеяться будем только на себя.
— Хотите разумное предложение? Можно восстановить законную власть немедленно. Я вчера разговаривал с Гильгофом, «Франц» готов вылететь в Солнечную систему в любую минуту! К утру трон будет передан законной Императрице, а уж Земский собор мы соберем попозже! Через годик, когда обустроимся. А то и через пять лет…
