— К своему стыду, — хмыкнул тан Тюрон, — я сам не знаю, на что способны Серебряные драконы.
— К своему стыду, — хмыкнул тан Тюрон, — я сам не знаю, на что способны Серебряные драконы.
Глава 18
Мы с таном Тюроном отошли немного в сторонку.
— Когда на моих родителей будем смотреть? — нейтрально поинтересовался я.
Тан Тюрон, в задумчивости, потер рукой подбородок.
— Давай пока устроимся, а потом, не спеша, пройдемся к твоему дому, — наконец принял решение он.
Я кивнул головой, соглашаясь, и повернулся к Вовке. Да где же он?
— Гариэль, а где Вовка?
Эльфийка, которая как раз, наклонившись над котлом, пыталась определить, что же там готовилось, выпрямилась, удивленно подняв брови.
— Он побежал известить своих ребят. А что?
Тан Тюрон, за моей спиной застонал:
— Вот только столпотворения местных аборигенов в нашем лагере сейчас и не хватало!
— Они хорошие мальчики! — улыбнулась Гариэль.
— Да, только едят много, — пробурчал Тартак, копаясь в своем мешке.
— Ничего не много! — возразила Аранта, откидывая прядь волос с лица.
— Особенно, если сравнить с тобой, — счел своим долгом поддакнуть Жерест, с интересом следя за процессом приготовления обеда.
— Троллей нельзя с кемто сравнивать! — важно заявил Тартак. — У них живот больше.
— Тебе сколько не дай — все мало! Ненасытный! — откликнулась Морита.
Полог одного из шатров откинулся, и оттуда вышли братья…, в парадных мундирах, с медалями на груди и мечами на боку. Тимон хрюкнул, стараясь сдержать смех, который самым неприличным образом рвался наружу.
— Харос, Фулос, куда это вы собрались? — грозно осведомился Тюрон.
— Так ведь у нас же гости будут, — поделился наболевшим Фулос.
Харос согласно кивнул головой.
— Они должны видеть, как выглядит настоящие наемники! — закончил свою мысль Фулос, горделиво выпрямляясь, положив левую руку на рукоять меча.
Харос встал рядом, в такой же горделивой позе.
— Даже так? — прищурился тан Тюрон. — Вопервых: вы уже не наемники, а студиозы Школы. Вовторых: ваш наряд не соответствует местной обстановке. Втретьих: марш переодеваться в нормальную одежду! Не сердите меня!
Братцы поспешно юркнули обратно в шатер.
Посреди поляны неспешно материализовались Викентий с Доном. Это маги, которые контролируют эту реальность. Викентий следит за тем, чтобы сюда без разрешения не пробирались маги из других реальностей. Но не только это. Дело в том, что и на Земле рождаются люди с Даром. Их необходимо изъять и отправить на Магир. Пусть там их Дар приносит пользу. Дон, соответственно, являясь «чистильщиком», убирал все следы деятельности Викентия и других магов. Причем, убирал буквально, вплоть до стирания памяти и разработки легенд, с соответствующими документами, установленного образца.
Викентий, придирчиво обозрев поляну и приветственно помахав нам рукой, сразу же прямиком направился к тану Тюрону. Ну, ясно, им надо обсудить вопросы по объему магического воздействия. Дон радостно начал обнимать всех, кто подвернулся ему под руки. Потом уже он попал под лапки Тартака. Короткое, придушенное «Хек!» засвидетельствовало, что Тартак тоже рад встрече. «Хек!», что характерно, издал Дон.
Обед прошел в радостном предвкушении встреч и отдыха. Ну, это у всех, кроме меня. Меня очень волновало желание Тюрона пообщаться с моими родными.
Меня очень волновало желание Тюрона пообщаться с моими родными. Както не возникало у меня желания выяснять, насколько они мне родные. Сама мысль о том, что папа и мама, да и братишка тоже, могут оказаться чужими мне людьми, отзывалась болью в душе.
Тартак быстро прикончил свою порцию и, украдкой поглядывая на замаскированный проход, уговаривал Мориту на выделение добавки, мотивируя это благое действие тем, что он большой и ему нужно больше. Морита в сомнении покачала головой, но все же, насыпала в миску Тартака еще одну порцию. Видимо умильнокурлыкающая модификация Тартака произвела на нее впечатление.
Очень вовремя! В проходе появился сияющий Вовка. Следом за ним протиснулись Иван — Гендальф и Сашка — Арагорн. Началась радостная суматоха. Вновь прибывших, усаживали у костра, предлагали угощение, спрашивали о новостях. Тюрон, со значением посмотрев на меня, поднялся.
— Мы с Колином сейчас ненадолго отлучимся, — сказал Тюрон, постучав ложкой по кружке, привлекая внимание присутствующих к своим словам. — Виктуан и Гариэль, на вас я возлагаю обязанность следить за порядком. Главное — не выпускайте этих архаровцев за пределы поляны! Рано им еще являть этому миру свое появление.
Заявление Тюрона было встречено неодобрительным гулом. Но, начальник — есть начальник. Видимо, тан Тюрон решил сразу пресечь любые проявления самодеятельности. Что, кстати, вызвало горячее одобрение у Викентия. Но в своем одобрении, он был так одинок!
Тюрон недолго скрывался в шатре. Через некоторое время. Из шатра появился молодой человек в джинсовом костюме. Светлые волосы, солнцезащитные очки. В общем, то, что и требовалось. Я спешно придал и себе соответствующий вид. Только бы не забыть придерживать рукой рапиру, а то вечно она норовит за чтонибудь зацепиться.
Невозмутимости тана Тюрона мог бы позавидовать и вождь ирокезов. А может быть он и бывал на Земле, недавно. Во всяком случае, у него ничто не вызывало удивления. Не то, что у ребят, когда мы тут были в прошлом году. Тогда все было им в диковинку. И автомобили (как это они ездят, если нет коней и нет магии), и телевизор (как умудрились без магии засунуть столько всего в эту коробку), и даже холодильник (не погреб, а смотри, морозит). Мы прошли в наш двор. Под бдительными взглядами старушек у подъезда, промаршировали к парадному, и вошли в прохладу лестничной клетки. Быстрый подъем на третий этаж и вот я уже у дверей моей квартиры. Или уже не моей?
Как же я соскучился по своим! В этот момент я решил: «Плевать, что это могут быть не родители биологически! Па и Ма дали мне все, что я сейчас имею. Они воспитали меня и вырастили. Они и есть мои самые, что ни на есть, родные родители! А Леха? Лешка, конечно же, мой самый родной братик!» В ответ на звонок, за дверью я услышал быстрые шаги брата.
— А я уверен, что это Колян! — прозвучал его голос, и дверь распахнулась.
— Привет Лешка!
— Ага! А я что говорил! Колька! — брат повис у меня на шее.
А тяжелый он, однако! «Для меня, в ипостасccи дракона, — он легче пушшшинки!» — прокомментировало мое второе «я». «Вот когда будешь в ипостаси дракона, тогда и вмешивайся!» — отреагировал мысленно я. «Так это когда ессще будет!» — безнадежно вздохнул мой двойник и замолк. Скорее бы произошло это слияние сознаний, а то так и в дурдом попасть недолго.
Из комнаты, с радостным, тихим визгом появилась мама. Я услышал, как заскрипел пружинами диван, с которого торопливо поднимался отец.
— Ма, разреши представить тебе, — сказал я, вырываясь из объятий Лешки. — Это мой преподаватель — тан Тюрон.
— Рад Вас приветствовать уважаемая Евгения Антоновна! — изысканно поклонился тан Тюрон.
Черт! Откуда он знает, как зовут мою маму? Я же никогда его на этот счет не просвещал!
— Рад, так же, лицезреть и Вас, уважаемы Петр Никитович, — самым непринужденным тоном обратился Тюрон к моему отцу, вышедшему в этот момент из комнаты.
