— Собаки не пресмыкающиеся, они млекопитающие…, — не к месту пробормотал крестьянин. Мартин изумился: ничего себе, уровень образования в деревне!
— Он меня еще учить будет! — огрызнулся Всеволод. — Сначала запомни, как выглядит настоящий волк, академик самопальный!
— Как тебя звать, несчастная жертва близорукости? — поинтересовался Мартин.
— Жданек! — ответил парень.
Почему-то в его глазах не было огня, присущего молодым, вместо этого — тусклый взгляд затравленного или всю жизнь чего-то опасающегося человека.
— Так вот, Жданек. Ты верно подметил про собак, — произнес Мартин, — однако не учел, что волки не только млеко- и яйко-, но и курко-, мяско- и кровопитающиеся звери! Так что молчи, пока тебя самого не использовали в кулинарных целях! Всеволод, волчище разлюбезный, я прошу тебя: угомонись! Жданек признает свою ошибку и верит, что ты на самом деле доброе и мирное существо, а не какая-то там вредная и злобная собака. Не клацай зубами, а то не услышишь, как Жданек извинится перед тобой. Жданек, а ты чего молчишь? Проси прощения! Тебе жизнь дорога или смерть?
— Я признаю! — заголосил парень. — Ошибался, слепой, не видел! Но вы потревожили запретную воду, вы могли разбудить прожорливого Нагати. Перед его пробуждением мы обязаны принести ему в жертву несколько человек, иначе он отправится в деревни и выберет жертвы самостоятельно. И тогда он уничтожит нас и разрушит наши дома! Он… нет! Вот он! Он проснулся! Нагати! Нам конец!!!
Жданек указал рукой вниз и повалился на ковер без сознания. Волк не поверил избитому приему, но что-то во взгляде Мартина заставило его усомниться в том, что Жданек — обманщик.
Мартин сглотнул: земля содрогалась — дрожали одинокие деревья и кустарники, и нечто громадное выбиралось на поверхность, выдавливая перед собой горы почвы. Длинная полоса потревоженной земли протянулась на двести метров, и потрясенные зрители увидели, что на землю выползло нечто напоминавшее огромного дождевого червя.
Ковер остановился, и волк догнал его. Но общее внимание было приковано к происходящему на земле, и волк решил оставить Жданека в живых. Форс-мажорные обстоятельства сыграли за него, и стало ясно, что парень кричал не потому, что желал оскорбить или унизить, а потому что боялся за жителей деревни.
— Без проблем. И с червяком справимся, — пробормотал Мартин. — Сейчас отыщем рыболова величиной с гору, он этого червячка на крючок насадит и в океан забросит.
— Переключаемся на поиски великанов? — уточнил Всеволод.
— Господи, за что мне такое наказание? — ужаснулся Мартин. — Мне всего-навсего нужен литр живой воды, я не собирался переворачивать планету вверх дном.
— У тебя хорошо получается, — сказал волк.
— А польза?
— Отправь своему Богу письмо с резюме: мол, предлагаю высококачественные услуги по уничтожению мира в конце времен. Начальный опыт есть.
— Издеваешься?
— «Шутю».
— Жданек, — воскликнул Мартин, обращаясь к лежавшему без сознания пареньку, — объясни, что к чему, пока еще не поздно! Откуда этот… эта… это Нагати взялся-лась-лось на вашу голову? Жда… тьфу, ты!
— Мартин! — напомнило о себе зеркальце. — Маг на связи, он ждет!
— Я не забыл, — отозвался Мартин. — Григорий, у нас проблемы.
— Я слышал, — кивнул маг. — Что у вас, очередной мордобой, или чего посущественнее?
— Смотри сам, — ответил Мартин, поворачивая зеркальце в сторону выбравшегося из земли червяка. Нагати по очереди приближался к колодцам, водил по воде длинным раздвоенным языком, ничего не находил и передвигался к следующему в поисках жертвы. Изумленный возглас мага показал, что увиденное потрясло Григория не меньше Мартина и волка.
— Ты где откопал эту гадость?! — воскликнул маг. — Немедленно закопай ее обратно! Мы ищем воду, а не доисторических монстров.
— А я виноват, что оно выползло?
— Виноват! — подтвердил очнувшийся Жданек. Он встал на четвереньки и посмотрел вниз. Червяк извивался кольцами и зверски сминал растительность. — Вы трогали воду и разбудили его! А я заставил вас отбежать и тем самым спас вам жизнь. Но теперь Нагати не получит положенной жертвы — колодцы пусты, а пустая вода для него — страшное оскорбление! Теперь он направится в деревни выбирать себе жертвы по вкусу и съест намного больше людей, чем при добровольном пожертвовании! Я спас вам жизнь, но подставил под удар деревни! Нагати не остановить!
Жданек схватил себя за волосы и отчаянно задергал их, желая вырвать с корнем, но волосы оказались крепкими и не вырвались.
— Мама родная, — забормотал он, — я не хочу видеть, как погибнут мои друзья и родные! Я не смогу жить с чувством вины, я… Простите меня, я не хотел!
Жданек перекрестился и внезапно спрыгнул с ковра.
— Куда?! — вскрикнул Мартин. — Да что за нервный народ пошел?!
Ковер-самолет спикировал вслед за самоубийцей.
— Не лови меня, мне незачем жить! — вопил парень, отбиваясь от рук Мартина. — Я проморгал ваше появление, я позволил вам разбудить Нагати, я должен принести себя в жертву, тогда он успокоится и…
Мартин встал перед ним, скрестив руки на груди, и замолчавший Жданек понял, что давно уже не падает, а снова лежит на ковре.
— Не вздумай выпрыгивать, получишь по зубам! — предупредил Мартин, показывая парню кулак. — Григорий, что скажешь насчет червяка?
— Хрень какая-то! — отозвался маг. — Червяки такого размера существовать не могут, их раздавит собственным весом. И скорость у него превышает теоретически возможную при подобной массе. Либо законы физики к его телу неприменимы, либо внутри он пуст.
— Далеко до деревни? — спросил Мартин у Жданека.
— Полтора часа ходьбы.
— Восемь километров, — перевел Мартин расстояние на язык математики. — Григорий, ты можешь избавить нас от этого червяка?
— Разве что натравить на него птицу Рух? — предположил маг. — Но она обитает черте где, и не успеет вовремя долететь. А ты спроси у волка: он со своей стаей такое чудо не желает съесть? Это же чистое мясо, сплошное филе и никаких костей!
Мартин посмотрел на Всеволода, но тот ответил мрачным взглядом, что и без слов стало ясно: волк скорее накормит червяком самого мага, чем съест его сам.
— Не думаю, — ответил он за Всеволода.
— Жаль, — заметил маг, — столько вкусного пропадает.
— Сам ешь! — все-таки буркнул волк.
— Спустись к Нагати, — попросил Григорий, — мне надо посмотреть на него поближе. С высоты трудно определить, что это за зверь.
Обнаружив, что колодцы пусты, тварь на самом деле поползла в сторону деревень. Темно-фиолетовое тело переливалось в лучах солнца матовыми шестигранниками чешуи, и только белая полоска с желтыми точками на том месте, где пасть переходила в туловище, оставалась однотонной. По телу монстра располагались острые пластинки, переливающиеся всеми цветами радуги. Они непрерывно шевелились и оставляли на земле глубокие бороздки. Глаз у Нагати Мартин не обнаружил, но этого следовало ожидать: мало кому из подземных существ они необходимы. А вот пасть у Нагати оказалась выше всяких похвал. Четыре губы позволяли быстро проглотить большое количество еды, а располагавшиеся в несколько рядов толстые зубы могли перемолоть в мелкий песок даже прочный гранит.
Будь Нагати размером с дождевого червячка, ученые признали бы его самым красивым представителем подземного мира, но пока что он лидировал в номинации «самое жуткое чудище подземелий».
