— Странно, — удивился рыцарь. — Я своими глазами видел ее здесь.
— Угу, видел, — согласился с ним Рабинович. — Однако после твоего отъезда здесь была пара погромов. Куда книгу дели, сволочи?!
Некоторое время каждый из присутствующих рассматривал носки обуви своего соседа. А затем все до одного, словно спринтеры по сигналу стартового пистолета, бросились на поиски. Искали везде! Заглядывали даже в Мерлинов очаг и в жомовскую питейную емкость (Святой Грааль то есть!), однако найти книгу ритуалов никак не удавалось.
Попов пришел в отчаяние. То есть шел?то он к очередной куче мусора, вытащенного из шкафов и сброшенного с полок, но не дошел. Сел на пятую точку посреди пещеры и завыл, как старуха на похоронах. Таких слов, как «зачем ты нас покинула», «не увидеть нам твои голубые глазки» и «встань, посмотри, как нам без тебя плохо», там, конечно, не было, но в целом завывания получились очень похожими.
Мурзик, видимо, почувствовав, что в ближайшие пару секунд децибелы Попова будут идти вверх по нарастающей, бросился из пещеры прочь. Жомов остановился рядом с Андрюшей, раздумывая, как выключить звук. То ли по чайнику стукнуть, то ли в едалище сапог запихать.
Если бы Ваня соображал чуть быстрее, то наверняка смог бы применить
один из вышеупомянутых способов.
То ли по чайнику стукнуть, то ли в едалище сапог запихать.
Если бы Ваня соображал чуть быстрее, то наверняка смог бы применить
один из вышеупомянутых способов. Однако скоростью мышления Жомов отличался
от остальных, как счеты от компьютера. Поэтому?то Ровена смогла его
спокойно опередить и начать выключать громкость «святого причетника» путем
нежного поглаживания. Ласковыми уговорами принцесса тоже не гнушалась.
Жомову осталось только развести руками и отойти в сторону. Ваня подошел к поникшему Рабиновичу и дружески похлопал его по плечу. Сеня в ответ только отмахнулся и отвернулся в сторону.
— А идите вы все к Саре в Одессу! — буркнул Сеня и уселся на стол. — Доигрались, мать вашу… Все вам только хиханьки да хаханьки. А вещи никогда на место класть не можете…
Может быть, Рабинович бы перешел на более непарламентские выражения, если бы в этот момент в пещере не появился Мурзик. Никто, кроме Сени, его появления не заметил, поскольку каждый стоял, потупив голову и думая о своей горькой участи. Зато на Рабиновича это появление подействовало, как ушат холодной воды.
Мурзик царственной походкой, если только такой термин применим к большой черной собаке, спустился по лестнице, неся в зубах потрепанную книгу. Пес вошел в пещеру медленно и важно. И, подойдя к хозяину, опустил книгу на замызганный пол. Еще не подняв ее, Сеня понял, что ему принес верный пес — «Ритуалы и обряды».
Рабинович издал ликующий вопль оскальпированного гурона и поднял
книгу над головой. В первую секунду все вытаращились на Сеню, думая, что
он сошел с ума, а затем разразились не менее красноречивыми возгласами.
— Ах ты, умница! Ах ты, молодец! — бормотал Рабинович, теребя Мурзика за шкирку. — Умный пес!..
Сеня, видимо, от радости потерял остатки разума. В корне изменив
своим привычкам, он даже не устроил разбирательства по поводу того, каким
образом книга была вынесена из пещеры и кто в этом виноват. Вместо такого
вполне естественного и логичного шага, Сеня, не замечая ничего вокруг,
принялся листать потрепанный фолиант.
— Есть! — радостно заорал он, отыскав нужную страницу. — Вот он ритуал. Да и заклинание тут!
Описание ритуала переноса во времени совершенно совпало с мнением большинства по поводу технологии колдовства. Для того чтобы успешно переместиться из прошлого в будущее, нужно было нарисовать на полу довольно простую пентаграмму в виде пятиконечной звезды, пересекаемой двумя кругами: одним внутренним, а другим — почти по краю лучей звезды.
За внешним кругом, на самых краях пентаграммы, но не выходя за нее, должны были стоять пять человек и, держа в руках черные свечи, читать нараспев заклинание. Такими же свечами уставляли и весь внутренний круг. Судя по описанию, на это место приходилась концентрация космической энергии, и именно в нем должны были находиться те, кто собирался переместиться в иной мир.
О том, сколько сразу человек может переместиться и какой груз они с собой могут взять, ни в описании ритуала, ни в заклинании не говорилось ни слова. Прочитав все до конца, Сеня подозрительно посмотрел на Горыныча. У Рабиновича возникли вполне естественные сомнения по поводу того, так ли уж много знает трехглавый второгодник. Может быть, монстр и с подсчетом времени ошибся?
— Подождите, — пробормотал Попов, едва Сеня закончил читать ритуал. — Получается, что Мерлину и остальным придуркам кто?то помогал свалить в наше время. Откуда он набрал пятерых человек и почему они никому об этом не сказали?
— Не сказали, Андрюша, потому что не успели, — усмехнулся Рабинович.
— Подумай своей дырявой головой! Если мы возвращаемся назад, то разрываем петлю времени. Как мы попадем в город в тот же день и тот же час, когда из него исчезли, так и Мерлин вернется в пещеру чуть позже момента окончания ритуала.
Рабинович прокашлялся и торжествующе продолжил:
— Если те пятеро никому не рассказали о путешествии колдуна, значит, Мерлин вернулся назад благополучно. А это, в свою очередь, говорит о том, что и мы скоро окажемся в своем времени. О тех людях, которые были с Мерлином в момент совершения ритуала, могу только предположить. Скорее всего ему помогали монахи Вестминстерского аббатства. Поскольку в его бухгалтерской книге сказано, что он возвращает монастырю Святой Грааль после совершения переноса.
— Логично, — согласился с Сеней Попов и потребовал:
— Че ждем?то? Давайте это зелье дурацкое готовить!
В первую очередь оттестировали философский камень на предмет его профессиональной пригодности. Самым известным качеством этого разностороннего препарата была способность превращать любой металл в золото. И если Попов изготовил камень неверно, то проверить это было легко.
В первые секунды Рабиновича одолевали сомнения — проверять ли камень или плюнуть на него. Ведь если окажется, что Попов где?то намудрил, то весь ритуал становился бессмысленным. А Андрюша бы этого не пережил. Уж лучше, чтобы причина срыва так и осталась неизвестной. Но все же камень Сеня решил проверить. Может быть, из простого любопытства! Оказалось, что мистический препарат вполне справляется со своими обязанностями. Медная монета, потертая им, после недолгих раздумий решила все же сменить состав и стала золотой. Правда, по словам опытного Рабиновича, золото получилось далеко не высшей пробы. Но не в ювелирный же магазин они собирались.
— Эх, Ваня?Ваня, что же ты не изготовил кусочек побольше? — с тоской пробормотал Сеня, кидая философский камень в Святой Грааль. — Было бы на что жить и не работать…
— Да пошел ты, — отмахнулся от него Попов. — Если бы я знал, что из такой кучи дерьма получится такая малявка, то набрал бы всякой гадости в два раза больше. Но не для удовлетворения твоей жадности! Просто для того, чтобы зелье надежнее сработало.
Рабинович на эту издевку не ответил ничего, лишь стрельнул глазами в сторону язвительного Попова. Тяжело вздохнув, Сеня принялся собирать в Святой Грааль остальные компоненты. И вскоре Горыныч приступил к самому ответственному в своей жизни заданию — кипячению колдовской смеси, которая вернет его в родной мир и ненавистную школу, где, надо думать, монстр теперь будет учиться много прилежнее!
