— Тогда… продолжаем двигаться на юг и собирать информацию, — принял решение Грон, — варианты будем обсуждать, когда соберем ее достаточно. Либо… — он усмехнулся, — когда все решится само собой.
— Как это? — не понял Пург.
— Бывает, — несколько туманно заметил Грон…
Звуки схватки они услышали уже перед закатом. Торговый тракт, ведущий в Насию, они пересекли сразу после полудня. Двигаться по тракту было опасно. Судя по следам, в сторону Бректа все еще двигались войска, и существовала большая опасность наткнуться на какой-нибудь припозднившийся отряд или на патруль. А с тремя вооруженными людьми, не принадлежавшими к собственным либо союзным войскам, разговор у патруля должен был быть коротким… Поэтому единогласно приняли решение двигаться лесом, но так, чтобы дорога оставалась в поле зрения. Потому что местности никто не знал, и заплутать было очень просто. Но на ночевку следовало отъехать подальше и поискать овраг или низину, чтобы огонь от костра с дороги было не увидеть. Так что они уже как раз собирались сворачивать, как вдруг впереди, чуть ближе к дороге, послышались крики, хрип и звон клинков. Грон остановил коня и оглянулся на Пурга и Батилея. Пург качнул головой. Это не их дело. Батилей тоже, хотя было видно, что он делает это нехотя. Грон криво усмехнулся и, соскользнув с коня, принялся привязывать повод к суку.
— Ты хочешь ввязаться? — несколько удивленно спросил Пург.
— Пока только посмотреть.
— Глупо, — буркнул Пург, тем не менее перекидывая ногу через луку седла.
Грон почувствовал удовлетворение. Похоже, его статус старшего в походе постепенно переходит в статус командира. И это было хорошо. Если бы на должность командира претендовал кто-то из его попутчиков, он, скорее всего, отошел бы в сторону. Командир должен быть один. Два начальника в отряде куда хуже, чем один, даже если этот один и идиот. На любого идиота можно так или иначе повлиять. А вот когда в низкой стойке сцепляются два пусть и вполне умных и талантливых человека — туши свет. Но, если честно, из их тройки он считал себя наиболее подготовленным для того, чтобы играть первую скрипку. Несмотря на свое все еще гораздо худшее, чем у товарищей, знание этого мира.
Когда они приблизились к месту боя, оборонявшихся осталось всего трое. Причем двое из них были ранены. Один — серьезно. Он лежал на земле, тяжело дыша и держась за грудь рукой, сквозь пальцы которой толчками сочилась кровь. Двое отчаянно рубились с шестью нападавшими, но было видно, что долго им не продержаться. Рука одного из них висела плетью, а второй, похоже, самый искусный из всех, пока был только слегка оцарапан. Но, судя по тому, как судорожно вздымалась при дыхании его грудь, до первой серьезной раны ему было уже недалеко. Ну а на шляпах нападавших были кокарды насинцев.
Грон внимательно огляделся. Кроме шестерых нападающих, наседавших на двоих, на поляне, на которой развязалась схватка, лежало около дюжины тел, и более никого не было видно. Он поправил перчатку на правой руке, перехватил поудобнее ангилот и мотнул головой. Пург и Батилей молча двинулись вперед.
Их удар оказался решающим. Пург и Грон завалили по выбранному врагу с первого же укола. Противник Батилея, как видно, что-то почувствовал и успел качнуться в сторону, получив укол не в сердце, а в бок, что, впрочем, ему не очень-то помогло. Батилей заколол его уже следующим выпадом. А трое оставшихся явно были ошеломлены тем, что, еще совсем недавно обладая троекратным численным преимуществом, они вдруг оказались не только в меньшинстве, но и против свежих сил противника. Так что все закончилось раньше, чем они трое успели вспотеть. Этакая мини Куликовская битва…
— Могу ли я узнать ваши имена, господа? — когда все было кончено, хрипло произнес тот из обороняющихся, который сумел избежать серьезных ран.
— Грон. Батилей. Пург, — по очереди представились все трое.
— Барон Экарт, — учтиво представился их собеседник и, переведя взгляд с Пурга на Батилея и обратно, решил обратиться к Батилею: — Не соблаговолите ли пояснить мне, чем было вызвано несомненно спасшее нас решение вступить в схватку на нашей стороне?
Батилей повернулся к Грону. Мол, твое решение, ты и отвечай. Барон с некоторым недоумением перевел взгляд на Грона. Да, наверное, в его понимании это выглядело очень необычно. Уж слишком явно бросалась в глаза юность Грона.
— Люди с подобными значками пытались убить нас минувшей ночью, — Грон улыбнулся краешком губ, — а мне как-то не очень нравится, когда меня пытаются убить.
В глазах барона мелькнула легкая усмешка.
— Несомненно, мы с вами в этом совпадаем, молодой человек. — Он повернулся к своим спутникам. — Позвольте представить вам графа Эгерита, личного посланника короля Агбера. Вне всякого сомнения, он также искренне благодарен вам за крайне своевременное вмешательство. Во всяком случае, — барон усмехнулся, — с нашей точки зрения.
Грон учтиво поклонился графу и, повернувшись, бросил насмешливый взгляд на Пурга. Тот понимающе кивнул. Бывает…
Часть II
ОНОТЬЕР
1
— Эй, ты, сопляк, а ну поди сюда.
Тот понимающе кивнул. Бывает…
Часть II
ОНОТЬЕР
1
— Эй, ты, сопляк, а ну поди сюда.
Грон приподнял пальцем шляпу и посмотрел, кто это обращается к нему так неуважительно. То, что обращаются именно к нему, было совершенно неоспоримо. Во-первых, самый молодой после него член оноты был старше его — в нынешнем теле — на восемь лет, и, во-вторых, на дворе казармы он сейчас околачивался в полном одиночестве.
В проеме ворот маячили трое всадников. Все трое были в потертых кожаных колетах, добротных, но явно знавших лучшие времена, и очень неплохо вооружены. Ангилот у пояса болтался только у одного, но кроме него к его седлу был приторочен прямо-таки роскошный двуручный боевой топор. За спинами двух других болтались замотанные в тряпки гуры, массивные двуручные мечи, формой клинка и изгибом лезвия смахивающие на японские нодачи. На двух подменных лошадях были навьючены объемистые мешки, в которых явно угадывались тяжелые доспехи. Грон довольно улыбнулся. Если уж в их оноту, как здесь именовались команды наемников, стягиваются гризли (так назывались бойцы, владеющие двуручным оружием, несомненно самая элита пешей рукопашной схватки), значит, дело действительно пошло.
В Агбер-порт, столицу королевства Агбер, они прибыли неделю назад…
Сразу после того как барон Экарт представил им графа Эгерита, все трое обнажили голову и отвесили графу самый учтивый поклон.
— Рады засвидетельствовать вам свое почтение, — озвучил требуемую форму вежливости Грон.
Граф в ответ лишь тяжело махнул рукой и закашлялся. На его губах выступила кровь. Грон вскинул тревожный взгляд на барона. Экарт улыбнулся.
— Не беспокойтесь, господа, ваши усилия не пропали даром. Пока вы сходите за своими лошадьми, мы справимся со всеми своими затруднениями.
Намек был более чем прозрачным, поэтому Грон, не говоря ни слова, еще раз поклонился графу, развернулся и двинулся к месту, где они привязали коней. Батилей и Пург последовали за ним.
Когда они отошли на несколько десятков шагов, Пург не выдержал.
— Как думаете, кто из них жемчужник?
— Наверное, третий. Ну которого барон не представил, — отозвался Батилей.
