Самолет начинает медленно двигаться, и я, открыв кейс, любуюсь его содержимым. Жалко, конечно, но что делать, обойдусь в полете без «Трех Мушкетеров».
«Дамы и господа, — доносится до нас хорошо поставленный голос бортпроводницы. — Экипаж аэробуса Ил-86 авиакомпании «Аэрофлот» рад приветствовать вас на борту самолета…»
Текст её сольного выступления я уже слышал и, честно говоря, он мне не интересен, поэтому, покуда остальные пассажиры выслушивают ценные сведения о длительности полета и личных качествах пилота первого класса, я вытаскиваю из ячейки сотовый телефон и набираю номер Птахи.
— Алло, — слышится её грудной контральто из говорящей трубки. — Вас слушают.
— Анечка, это я.
— А, Саша! Привет! Куда ты запропастился?
Куда я запропастился? Честно сказать, я и сам точно не знаю, куда. Спустя час после того, как моя прелестная подруга картинно продефилировала мимо микроавтобуса у станции метро «Бабушкинская», я докладывался на Лубянке о прибытии в распоряжение генерала Баландина. А ещё спустя час ехал в неизвестном мне направлении в наглухо зашторенной служебной машине. Одно могу сказать точно, что база, на которую нас доставили, находилась на берегу озера, или скорее водохранилища, по водной глади которого мы устраивали гонки на мощных скоростных катерах. Учитывая, то Ницца — портовый город, это наводило на вполне определенные мысли.
Уловив паузу, Анна печально вздыхает.
— Понятно. Работа. Заграница не знает покоя.
— Горелов больше не появлялся? — спрашиваю я, чтобы поменять тему.
— Шутишь?! Звонил, цветы, между прочим, в отличии от некоторых, прислал. А с букетом перстенек — штуки эдак на три.
— Да, — тяну я, — химия, великая вещь!
— А ты зря смеешься. Он мне предложение сделал.
— Вот даже как? Вернусь, выпишу тебе ещё приворотного зелья.
— Откуда ты такой на мою голову взялся? — вздыхает Птаха.
— А если серьезно — не советую. Он свое уже отыграл.
— Я, в общем-то, и не собираюсь.
Надо мной склоняется давешняя стюардесса.
— Простите, но пользоваться сотовыми телефонами и компьютерами на борту лайнера запрещено. Это может помешать работе навигационных приборов.
— Девушка, милая, — я умоляюще смотрю на нее. — Еще три слова. Сейчас до рулежки доедем, и я заканчиваю.
— Ладно, три слова, — кивает хозяйка.
— Птаха, тут мне уже надо дробить [50] , потому — быстро: Наталья звонила? — торопливо произношу я.
— Звонила, — утешает меня Аня.
— Адрес оставила?
— Нет.
— То есть? — непонимающе запинаюсь я, удивленно глядя в трубку.
— Вчера вечером, Александр свет Васильевич, ваша ненаглядная Наталья отправилась в Монако на конкурс «Мисс Европа». Оттуда ещё не звонила, — воркующим голосом докладывает моя милая подруга.
— В Монако? — ошарашено переспрашиваю я, ловя на себе очередной укоризненный взгляд бортпроводницы.
— Все. Извини. Я заканчиваю, а то мне тут сейчас сделают «секир-башка». Целую нежно. Пока!
Под требовательным взглядом стоящей рядом со мной девушки я складываю телефон, прячу его в кейс.
— Сударыня, все, как мы и договаривались. Никаких проблем!
Получив в ответ очередную дежурную улыбку, я откидываюсь в кресле. Монако! Конкурс красоты «Мисс Европа». Во, как интересно!
— Будут какие-то новые вводные? — спрашивает Валера, глядя на мое озадаченное лицо.
— Да нет, все по старому. Наталья моя поехала вместо Вены, точнее, из Вены, на конкурс «Мисс Европа» в Монако.
— Да что ты?! Радоваться надо! Такую девушку отхватил! Когда ты успеваешь?
— Между делом, — отшучиваюсь я.
— Да что ты?! Радоваться надо! Такую девушку отхватил! Когда ты успеваешь?
— Между делом, — отшучиваюсь я. — А насчет радости…Не то, чтобы это меня совсем не радовало…Но, вот, как-то не греет. А то, что она прекрасна, я и без всякого жюри знаю.
— Ладно, старый ревнивец, не печалься, у меня тут имеется одна гениальная мысль.
— Выкладывай.
— Давай твоей ненаглядной Наталье сделаем гран-сюрприз.
— Что ты имеешь ввиду?
— А ты не догадываешься? Хорошо, тогда объясняю для особо одаренных. Мы сейчас куда летим?
— В Ниццу.
— Очень верно подмечено. От Ниццы до Монако по хорошему ветру доплюнуть можно. Если я что-то в чем-то понимаю, наш «пастух» встречает гостей в «Рено» возле аэропорта.
— Похоже, что так.
— Тогда я думаю, что нам может представиться возможность провести акцию по локализации нашего пастуха?
— Возможно, — неохотно соглашаюсь я.
— Оставшись без опеки, мы спокойно можем заехать по указанному адресу и подарить мисс наших зрительских симпатий самый большой букет роз, который только можно купить по золотой карточке «Америкэн Экспресс». Ну как тебе план?
— В качестве варианта потянет. В любом случае, адресок у Птахи я завтра возьму.
— Стоп, стоп, стоп, — обрывает меня Валера. — Вот на этот случай существует пятый принцип Глеба Жеглова, который он в фильме изречь не успел: «Везде ищи своих людей».
— Ты это о чем? — настораживаюсь я.
— Представь себе, — мечтательно закатывая глаза произносит Пластун. — Звонит твоя Наталья Птахе, а та ей отвечает: «После первого раза не звонил. Кто, что — неизвестно…».
— Ты что — рехнулся? Она с ума сойдет от волнения.
— С ума, я думаю, не сойдет. А волноваться будет, это точно. Но зато подумай. Появляемся мы, молодые и прекрасные, радостная встреча и все такое. В общем, контрастный душ. Как тебе?
— Не очень. А причем здесь свои люди?
— Да понимаешь, в чем дело, — с деланной задумчивостью тянет Валера. — У меня в Ницце однокурсник живет. Кореш, ещё с Рязани.
Я удивленно распахиваю глаза. Встретить здесь, за три девять земель выпускника Рязанского воздушно-десантного училища имени Ленинского комсомола, — в этом есть некий гусарский шик!
— Господи, чего его сюда занесло?!
— Тоже мне вопрос, — пожимает плечами бывший десантник. — Помыкался Пашка по городам и весям. Родом он из детдома, значит квартиры нет, денег — кот наплакал, семья — швах. В общем, вернулся из Афгана, подумал-подумал, сложил вещички и распрощался с великим и могучим Советским Союзом и его непобедимой и легендарной Красной Армией. Прилетел в Ниццу, явился на Дьяблес Блюс и сообщил: «В легион бы я пошел, пусть меня научат».
— Научили?
— Уж не сомневайся. Здесь этот процесс поставлен хорошо. Семь лет оттрубил во Втором парашютно-десантном полку. Не фунт изюма. Зато теперь он у нас уже не Павел Графов, а мсье Поль Лекомт. Зимой приезжал — такой фраер стал, куда там. Хозяин охранно-сыскного агентства. Такие вот дела, командир. Ну что, звонить Пашке или как?
— Звони, конечно. В любом случае, такое знакомство нам не повредит.
— А насчет адреса узнавать?
— Давай! Одно другому не мешает. Приземлимся и вперед — покуда из аэропорта выйдем — минут двадцать у нас есть.
* * *
Спустя некоторое время аэробус рассекает облака и заходит на посадку в международном аэропорту Кот д’Азур. Я слышу, как выползают шасси, и вскоре колеса касаются взлетно-посадочной полосы. Бонжур, милая Франция, привет, давно не виделись!
Мы не спеша покидаем аэрофлотовский лайнер и, пропустив вперед большую часть народа, вразвалочку направляемся в сторону таможни. Нам спешить некуда. Нас в любом случае дождутся.
Валера берет телефон и набирает известный номер.
