— Смешно, — сказал Эхс.
— Не смешно, а очень грустно, — возразила Чекс.
— Смешно, потому что и я иду к Хамфри с тем же вопросом: как укротить демона? — пояснил Эхс.
— Смешно, потому что и я иду к Хамфри с тем же вопросом: как укротить демона? — пояснил Эхс. — Эта демонесса говорила, что там, где она раньше жила, начало твориться что?то плохое. Поэтому она решила оттуда уйти.
— Ты думаешь, она пришла именно из Долины Прокопиев? — спросила Чекс.
— Да, она упоминала Долину.., а может быть, Люблю?реку. В общем, я не сомневаюсь, что она пришла из Долины. Не сомневаюсь, потому что ясно помню, что она… — тут Эхс замялся. Ему не хотелось упоминать о поцелуях, которыми демонесса жаждала его одарить. Честно говоря, не поцелуями, а чем?то совсем другим она хотела его одарить.
— Может, эта демонеффа такая фтрашная, что другие демоны не выдержали и прогнали ее? — предположил копуша.
— Нет, она очень красивая, — возразил Эхс. — То есть я хочу сказать, что она может превращаться в кого угодно, и в красотку тоже.., соблазнительную, то есть.., в общем, ну это…
— Нам все понятно, — сухо заметила Чекс. — Она совратила тебя, так, да?
— Ну, она предлагала, но.., но я.., я всеми силами пытался от нее избавиться… Демонесса сказала, что ушла из?за жужу зуммеров.
— Это еще кто такие? — удивилась Чекс.
— Жужузуммеры издают звук, который до ушей смертных не доходит, а вот демонов сводит с ума.
Поэтому демонесса и ушла. Но мне кажется, жизнь посмеялась над демонами: реку они выпрямили, а счастья все равно не нашли.
— Жужузуммеры, — задумчиво повторил копуша. — А мы ведь флыхали о них. Один из наф подфлушал, как демон говорил, что речушку выпрямили именно для того, чтобы избавитфя от жужжалок. Только мы не знаем, кто такие эти жужузуммеры.
— Наверное, если бы копуши нашли этих самых жужузуммеров, то с их помощью смогли бы выгнать демонов? — предположила Чекс. — Потом опять закрутили бы реку и зажили по?прежнему, мирно и счастливо, в своей Долине Прокопиев.
— Может, Добрый Волшебник и фкажет, как это фделать, — мечтательно произнес копуша.
Они шли по тропе на юг, а над ними шумели своими кронами высокие деревья. Потратив много времени на отдых и разговоры, они шли теперь среди наползающих со всех сторон сумерек.
— Предлагаю разбить лагерь, — сказал Эхс. — Понатыкаем возле места ночевки палок, и дракон не прорвется…
Вдали прогремел гром.
— Промокнем! — обеспокоилась Чекс.
Эхс, прищурившись, всмотрелся в приближающиеся тучи.
— Не промокнем, — заверил он, — На нас надвигается не дождь, а цветной сбитень. Сбитень на лету сбивает с веток все, что на них растет, а потом несет в другое место и там обрушивает…
— Значит, надо спрятаться, — озабоченно произнесла Чекс.
— Фбитень опафен? — поинтересовался копуша.
— Да кто его знает, что он сбил на этот раз — вдруг что?нибудь крупное и тяжелое, — сказала Чекс. — Хижину строить уже поздно, остается укрыться с подветренной стороны дерева.
— А почему не под?
— Под чем? — не сообразил Эхс.
— Под землей. Когда нам, копушам, наверху грозит опафнофть, мы уходим под землю.
— Но я под землей не помещусь! — возразила Чекс.
Действительно, для кентаврицы пришлось бы прокопать просто гигантский тоннель!
А сбитень тем временем все приближался, и вокруг становилось все цветное. Нужны были решительные действия.
Взгляд Эхса упал на ствол поваленного дерева. И тут же огрья сила пробудилась в нем. Он поднял ствол и хрястнул им о ближайшее толстенное дерево.
Ствол расщепился на несколько кусков. Эхс подобрал их и связал — получилось нечто похожее на плоскую крышу. Куски поменьше огр вбил в землю и на эти колья положил крышу.
Но его сила как появилась внезапно, так внезапно и исчезла, оставив после себя лишь усталость.
— Тебе самой придется закончить строительство, — тяжело дыша, обратился он к Чекс. — Это ведь только скелет.
— Ничего, достаточно! — воскликнула Чекс и, набрав охапку ветвей, бросила ее сверху на крышу. — Через такой слой сбитню не пробиться. Если сбитое и растает, то не беда — побуду немного мокрой. Спасибо, Эхс.
Тем временем копуша копал. Над тем местом, где он трудился, уже возвышалась куча земли и в поверхности зияла дыра. Что?что, а копал он проворно.
Сбитень грянул. Желтые кругляши посыпались сквозь листву. Ударяясь о землю, они оставляли в поверхности круглые ямки.
Чекс укрылась под крышей. Ей пришлось сначала наклонить голову, а потом лечь — крыша не особенно возвышалась над землей, но зато спасала от града.
Рыльце копуши высунулось из норы:
— Эхв! Фкорей фуда! Готово!
Желтые кругляши так густо падали вокруг Эхса, что он поскорее поспешил на голос.
Среди желтых кругляшей все чаще стали попадаться синие. Они были мягче желтых и даже как будто теплее.
Эхс спускался в нору, все глубже и глубже, а цветные градины летели за ним. Он начал пробираться по тоннелю, который вел куда?то вверх и постепенно расширялся. Но это Эхс лишь чувствовал, потому что вокруг было темным?темно. Пробираясь вперед, он наконец уткнулся в лохматый теплый мех.
— Ничего, помефтимфя, — произнес в темноте копуша. — И не промокнем.
Копуша и в самом деле мастерски проложил тоннель. Желтые и синие кругляши падали в дыру, таяли, но тоннель при этом нисколько не страдал от влаги.
— А вдруг дракон заявится? — на всякий случай спросил Эхс.
— Тогда я уберу опоры, и тоннель обвалитфя, — охотно пояснил копуша. — Ни один хищник не дофтанет копушу в его норе.
«Так драконы же во время бури не охотятся, — вспомнил Эхс. — Кому понравится получать затрещины от градин. А раз драконов сейчас можно не бояться, значит, и Чекс там, наверху, ничего не угрожает».
Прошло еще немного времени и буря утихла.
Эхс попытался выбраться из тоннеля, но дорогу ему преградили целые кучи желтых и синих шариков.
— Не волнуйфя, — успокоил его копуша. — Я пророю новый проход.
Прокалывание заняло всего лишь несколько минут. Стремительно, не сбавляя темпа, копуша рыл куда?то вниз, потом вокруг, потом наверх…
Эхс двигался следом за копушей и все время удивлялся скорости, с которой тот копал.
— Как тебе удается так быстро прорываться вперед? — спросил он наконец.
Копуша во тьме на секунду прервал копание и повернулся (хотя тоннель был очень узкий, не шире его собственного тела, повернуться копуше все же удалось).
— Феребренные когти, — объяснил он. — На, потрогай.
Эхс осторожно прикоснулся и почувствовал холод металла. Получалось, что копуши в случае необходимости надевали когти, как всадники надевают шпоры.
— Где же ты хранишь свои инструменты? — спросил Эхс.
— В офобой фумке, — пояснил копуша. Потом развернулся и продолжил копку. Отработанная порода летела вправо, поэтому Эхсу все время приходилось отклоняться влево.
Вскоре они дошли до поверхности. Куча полурастаявших желтых пломбирин и синих сбитых сливок обрушилась вниз. Цветные сугробы доставали Эхсу до колен, копуше до пояса. Да, буря оказалась краткой, но сильной!
Чекс по прежнему пряталась под навесом, но цветные сугробы, образовавшиеся вокруг и сверху, почти скрыли ее.
— Я боялась, как бы вас там, внизу, не затопило! — крикнула она.
— Ну что ты, копуша устроил отличную нору, — сообщил Эхс. — Он просто гениальный Прокопий!
— Ну что ты, я профто делал фвое дело, — скромно возразил копуша. — Таков наш, копуш, жребий.
