— Опусти нож, мамочка.
— Нет, — закричала она, хотя по лицу ее уже пробежала тень поражения.
Парракис закрыл дверь и направился, покачиваясь, к матери. Она метнулась в сторону.
— Ты должен выгнать его, сынок. Он — этот негодяй… тот самый Ричардс. Это кончится тюрьмой или чем-то похуже.
Элтон обнял ее и начал нежно убаюкивать.
— Я не иду в тюрьму, не плачь, мамочка, пожалуйста, не плачь.
Он — этот негодяй… тот самый Ричардс. Это кончится тюрьмой или чем-то похуже.
Элтон обнял ее и начал нежно убаюкивать.
— Я не иду в тюрьму, не плачь, мамочка, пожалуйста, не плачь. — Он улыбнулся Ричардсу через ее подрагивающее плечо застенчивой виноватой улыбкой. Ричардс ждал.
— Слушай, — сказал Парракис, когда рыдания стихли, — мистер Ричардс — добрый друг Брэдли Фронкмортона, и он останется у нас на несколько дней.
Она начала было пронзительно кричать, но тут же прикрыла рот рукой, содрогнувшись от того, что сделала.
— Да, мамочка. Да, это он. Я отгоню его машину в парк и поставлю на стоянку. А ты завтра утром отправишь посылку в Кливленд.
— Бостон, — автоматически поправил Ричардс, — пленки отправляются в Бостон.
— Теперь они идут в Кливленд, — сказал Парракис с терпеливой улыбкой, — Брэдли в бегах.
— О, Боже.
— Ты тоже будешь в бегах, — взвыла миссис Парракис, обращаясь к сыну, -и тебя они тоже поймают, ты слишком толстый!
— Пойду отведу мистера Ричардса наверх и покажу ему комнату, мамочка.
— Мистер Ричардс? Мистер Ричардс? Почему ты не называешь его настоящее имя? Отрава!
Элтон мягко отстранил мать, и Ричардс пошел за ним вверх по темной лестнице.
— Наверху много комнат, — сказал Парракис с легкой одышкой, — его ягодицы усиленно двигались, — эти комнаты сдавались давно, когда я был ребенком. Отсюда вы сможете видеть улицу.
— Может, мне лучше уйти, — сказал Ричардс, — если Брэдли проболтается, твоя мать окажется права.
— Вот ваша комната, — сказал он, распахнув дверь в грязную и сырую комнату, видавшую виды.
Он как будто не слышал замечания Ричардса.
— Не особенно уютно, конечно… Боюсь… — он обернулся к Ричардсу с любезной и терпеливой улыбкой. — Оставайтесь здесь, сколько хотите. Брэдли Фронкмортон — лучший мой друг… — улыбка чуть дрогнула. — Единственный… Я послежу за мамой. Не беспокойтесь.
Ричардс повторил:
— Мне лучше уйти.
— Вам нельзя, вы же знаете. Этим бинтом на голове вы даже маму недолго смогли дурачить. Я отгоню вашу машину в безопасное место, мистер Ричардс. Поговорим позже.
Он быстро и шумно удалился. Ричардс заметил дыру на его заднице. После него в комнате остался легкий неприятный душок.
Чуть раздвинув старые зеленые шторы, Ричардс увидел, как он спустился, громыхая, и сел в машину. Потом вылез из нее и пошел обратно к дому. Ричардс похолодел от страха. Снова скрип ступеней. Открылась дверь, и Элтон приветливо улыбнулся.
— Мама права, из меня вышел плохой секретный агент: я забыл ключи.
Ричардс отдал ключи и попытался сострить:
— Половина агента лучше, чем ничего.
Сказанное не произвело впечатления на Элтона. Он очевидно тяготился Ричардсом.
В голове Ричардса вновь возникли призрачные глумящиеся детские голоса. Они будут преследовать его всегда, как маленькие буксиры за большим лайнером.
— Спасибо, — мягко произнес Ричардс.
Парракис удалился, и маленькая машина, пригнанная Ричардсом из Нью-Гемпшира, отъехала в сторону парка.
Ричардс стянул с кровати грязное покрывало и улегся, неглубоко дыша и глядя в никуда, вернее, в потолок. Казалось, кровать заключила его в неисправимо сырые (несмотря на одеяло и верхнюю одежду) объятия. Запах плесени проникал в ноздри, как бессмысленная рифма. Внизу рыдала мать Элтона.
…Минус 050. Счет продолжается…
Он немного подремал, но не смог заснуть.
Было уже почти темно, когда он снова услышал тяжелые шаги Элтона и с облегчением спустил ноги на пол.
— Готово, — сказал Элтон, — она в парке.
— А ее не разденут?
— Нет. У меня есть одна штучка. Батарея и пара зажимов. Если кто-то коснется ее руками или ломом, последует удар и звук сирены. Работает идеально. Сам сделал.
Он уселся с тяжелым вздохом.
— Что там в Кливленде? — спросил Ричардс (это было легко, находил он, — спрашивать Элтона). Парракис пожал плечами:
— Такой же приятель, как я. Мы встретились в Бостоне, в библиотеке. Он был с Брэдли. Там был маленький клуб очистки… думаю, мама тебе уже рассказала.
Он потер руки и безрадостно улыбнулся.
— Да, она рассказывала, — признался Ричардс.
— Она… немного бестолковая, не очень хорошо понимает, что произошло за последние двадцать лет. Она все время боится. Я — все, что у нее есть.
— Брэдли поймают?
— Не знаю. Он создал… эх… разведывательную сеть, — его глаза спрятались.
— Ты…
Дверь распахнулась, и на пороге появилась миссис Парракис. Ее руки были сложены на груди, глаза бегали. Она улыбалась.
— Я позвонила в полицию, — сказала она, — теперь вам придется уйти.
Лицо Элтона изменилось в цвете.
— Ты врешь.
Ричардс пошатнулся и застыл на минуту, склонив голову и прислушиваясь. Слабый, но нарастающий звук сирен.
— Она не врет, — сказал Ричардс.
Его охватило мерзкое чувство тщетности всего. Исчезло.
— Отведи меня к машине.
— Она лжет, — настаивал Элтон. Он привстал, чуть коснулся руки Ричардса и отпрянул, как от огня, — у них стреляющие грузовики, катки.
— Отведи меня к машине. Быстро.
Сирены становились громче. Звук этот погружал Ричардса в сонное состояние ужаса… заперт здесь с этими двумя, идиотами…
— Мама! — умоляюще воскликнул Элтон.
— Да, я вызвала их! — она схватила сына за руку, — Я должна была это сделать! Для тебя! Эти черномазые тебя запутали! Мы скажем, что он ворвался к нам, и получим вознаграждение.
— Идем, — бросил Элтон Ричардсу, пытаясь освободиться от матери. Но она накрепко, как маленькая шавка, вцепилась в него.
— Я должна была это сделать. Тебе пора покончить с радикальными затеями. Элти! Тебе нужно… Элти!
Он закричал.
— Элти!
Он оттолкнул ее так, что, перелетев через комнату, она упала поперек кровати.
— Быстро, — произнес Элтон с испугом и горечью, — идем быстро.
Они скатились с лестницы. За дверью Элтон перешел на рысь и начал задыхаться.
Сверху, сквозь закрытое окно и распахнутую дверь первого этажа, доносился крик миссис Парракис, смешивавшийся и заглушавший звуки приближавшихся сирен:
— Я СДЕЛАЛА ЭТО ДЛЯ ТЕБЯ-Я-Я-Я.
…Минус 049. Счет продолжается…
Их тени бежали за ними вниз по холму в сторону парка, удлиняясь и сокращаясь в свете уличных, забранных в решетки фонарей «Джи Эй».
Элтон Парракис дышал, как паровоз, огромными глотками забирая воздух и выпуская его со свистом.
Они пересекли улицу и внезапно были выхвачены из темноты светом фар. Синие вспыхивавшие огни ползали по тротуару и стенам домов. Полицейская машина со скрипом затормозила в ста ярдах от них.
— Ричардс! Бен Ричардс, — голос, тысячекратно усиленный мегафоном.
— Видите свою машину? Там… прямо… — прохрипел Элтон.
— Видите свою машину? Там… прямо… — прохрипел Элтон. Машина была хорошо спрятана Элтоном в рощице рядом с прудом. Сам Ричардс мог и не заметить ее.
Полицейская машина снова дала о себе знать свистом горячих шин на участках разгона. Ее газолиновый двигатель подвывал на изменениях амплитуды. Машина наскочила на бордюр, покачнув небо, и направилась прямо на них.
