Но… случилось невероятное. Когда специальные представители принялись выяснять отношение Государя, правителя той планетки к возможному вхождению ее в состав самой могучей державы Галактики, тот, услышав осторожно сформулированное предложение, мягко, но решительно отказался обсуждать этот вопрос.
Тогда решено было сделать ставку на недовольных, которые есть в любом государстве. Если помочь им прийти к власти, то они из чувства благодарности согласятся на любые предложения.
Но, как выяснилось, на этой планетке никакой оппозиции нет! Нет, недовольные были. Но, по большей части, собой. Иногда соседями, а бывало, и кем-то еще. Но Государем… На осторожные вопросы люди только изумленно качали головой и с жалостью смотрели на вопрошающих. Как будто те несли совершеннейший бред…
Так что ничего не оставалось, как отправить к этой планетке флот. Многие считали, что решение было необдуманным, даже истерическим, но после того, как провалились все уже не раз опробованные и потому уже до блеска отшлифованные способы решения проблемы, ничего иного они придумать не могли. В принципе, никто не собирался сразу же подвергать планетку ковровой бомбардировке. Тем более что, как выяснилось, часть населения планетки обладает способностями к перемещению в пространстве. И что еще выскочит из рукава у ее жителей — никто не мог даже предположить. Так что флот послали скорее на всякий случай. Чтобы просто продемонстрировать… чего — и сами не знали. Просто все уже привыкли, что пушки — «последний довод королей». А ничего иного в запасе уже не осталось.
Но когда флот появился в системе той планетки, в столицу могучей державы внезапно прибыл Государь и… попросил убрать флот. Президент и сенат вежливо выслушали и развели руками, затеяв словоблудие по поводу того, что они, конечно, уважают волю жителей и всеми силами стремятся к миру. Но в сложившихся обстоятельствах, выражая волю своих сограждан, и от имени всех свободных людей Галактики… Государь выслушал и, печально улыбнувшись, сообщил собравшимся, что в таком случае ему и его подданным придется сделать это своими силами.
Все СМИ встали на дыбы. Политологи, депутаты, сенаторы, военные и журналисты, скотоводы и домохозяйки, нефтепромышленники и водители-дальнобойщики, все, кого смогла затащить на экран причудливая фантазия журналистов, вещали, что не позволят, не допустят, никогда не встанут на колени и не предадут священных заветов предков. Общество в едином порыве соединилось перед лицом страшной угрозы злобных внешних сил. И за всем этим как-то забылось, что страшной угрозой оказалась одна маленькая планетка, над которой грозно навис самый могучий военный флот Галактики… До тех пор, пока флот не вернулся.
А он вернулся не с победой. Не повергнув врага в молниеносной битве или хотя бы в долгой и тяжелой войне. Просто одним ярким весенним утром на столичной планете появилось шестнадцать миллионов человек — экипажи боевых и десантных кораблей и личный состав десантных корпусов. Без кораблей. Без техники. Без оружия. Даже без знаков различия. И без внятного объяснения того, как это произошло.
Для великой и могучей страны это было катастрофой. Потому что все внешние враги, до сих пор трусливо поджимавшие хвосты перед мощью самого могучего флота Галактики, вдруг подняли голову и решили, что настал их час. А встретить их было нечем. И граждане могучей и великой страны, особенно ее окраинных звездных систем, замерли в ужасе перед, казалось бы, неизбежной резней.
Но тут вновь появились посланцы Государя и сообщили, что войны не будет, — либо все продемонстрируют приверженность миру, либо Государю придется остановить войну своими силами…
И войны действительно не произошло. Но большего унижения могучая держава и представить себе не могла. И она… запомнила это унижение. Тем более что с того момента жизнь в обитаемой части Галактики серьезно поменялось. Как выяснилось, те жители маленькой планетки работали все-таки не бесплатно. Нет, никаких денег или иных стоимостных эквивалентов они по-прежнему за работу не брали. И вообще никакой платы не требовали. Плата возникала после. Потому что многие из тех, кто как-то столкнулся с ними, вдруг стали задумываться о разнице между свободой «делать то, что тебе хочется» и свободой «поступать по своей воле». И обнаружили, что свобода «поступать по своей воле» больше соответствует истинному понятию свободы, чем потакание своим инстинктам.
Более того, все эти загадочные возможности жителей этой планетки как раз и связаны с тем, что они обладают этой самой своей волей. И… страна начала хиреть. Потому что вдруг выяснилось, что очень многое из «модного» и «самого современного», что может предложить индустрия по производству этого самого «модного» и «современного», никому из тех, кто овладел своей волей, неинтересно. Ибо все это суррогаты. А разве интересны суррогаты тому, кто познал себя и владеет целой вселенной?
И тогда в умах правителей могучей и богатой страны возник план вернуть ей эту силу и влияние.
Рат вздохнул и покачал головой.
— Они верили в себя и в то, что им удастся повернуть время вспять. Они долго ждали и упорно готовились. Они собрали все доступные сведения, тщательно изучили историю и точно рассчитали, что и как надо сделать. Они поняли, что должны нанести удар в ключевую точку. В то время и место, которое изменило жителей этой окраинной планетки. И сделало их теми, кто они есть…
Он замолчал.
— Значит… они пойдут на все, — глухо сказал Данька.
— Я думаю, да, — кивнул Рат.
— Но… при чем здесь мы?
Рат улыбнулся и, вытянув руку вперед, попросил:
— Дай.
— Что? — не понял Данька.
— Пророчество.
— Что?! А-а-а, — Данька потянул со спины рюкзачок. — Я уж и думать забыл о нем, — смущенно пробормотал он, доставая пеналец.
Рат раскрыл его, развернул листок и, окинув всех веселым взглядом, спросил:
— Хотите узнать, что здесь написано?
Рат развернул листок.
— Здесь, как вы уже знаете, на старогреческом. Так что я сразу буду переводить, постаравшись сохранить стилистику, конечно, но уж тут как получится… — и, после короткой паузы начал:
«И соберется великая земля.
— Здесь, как вы уже знаете, на старогреческом. Так что я сразу буду переводить, постаравшись сохранить стилистику, конечно, но уж тут как получится… — и, после короткой паузы начал:
«И соберется великая земля. И раскинется она сразу и на востоке, и на западе, и на юге, и на севере. И будет она зваться землей Рус. И весь народ, коий ее населяет — и кривичи, и вятичи, и радимичи, и древляне, и поляне, и чудь, мерь, весь и мордва, и козары, и все другие племена и рода будут зваться так средь иных племен и чужих народов. И воссияет над нею благодать Божия. И станет она больше всех других земель. И самые большие из них будут перед ней малыми. Но настанет день, когда людей той земли охватит гордыня и безумие. И отринут они Господа нашего. И принесут в жертву себе царя своего, и жену его, и детей его. И разорвут они договор свой с Господом нашим. И устроят в святых стенах, кои хранили Храмы Господни от поругания, погост. И поклоняться будут мертвецу неупокоенному. И прийде на ту землю разор и смерть. И мор. И война. И зависть черная поселится в их сердцах.
