— Извините, Рат, а вы почему не едите?
И все тут же прекратили жевать и уставились на бомжа. Тем более что для всех остальных его имя прозвучало впервые. Тот улыбнулся.
— Не обращайте на меня внимания.
Катя, которая тоже с царственным видом закусывала водку сыром, удовлетворенно кивнула и пододвинула ему тарелку с сыром.
— Понимаю. Вы тоже не употребляете в пищу живых существ.
— Да, что-то вроде… — согласился бомж.
Хозяйка квартиры с торжествующим видом воздела вверх палец:
— Вот, хоть один приличный человек на всю компанию. Я сразу поняла…
Но проинформировать окружающих, что же такое она поняла, Катя так и не успела. Потому что бом… то есть Рат, на губах которого все так же играла легкая улыбка, добавил:
— Если не добыл их сам.
Хозяйка квартиры запнулась, икнула и… зашлась отчаянным кашлем. Барабанщица несколько мгновений с нескрываемым удовольствием любовалась на кашляющую сестру, а затем подалась вперед и крепко заехала ей ладошкой по спине.
— Ох, Катька, учит тебя жизнь, учит, а без толку — все равно все время подставляешься…
Удар подействовал. Хозяйка квартиры кашлянула еще пару раз, а затем судорожно втянула воздух и остановилась. Держась за горло, она повернулась к Рату и, гневно сверкнув глазами, просипела:
— Убийца, — после чего демонстративно встала и переместилась на противоположную сторону столика.
Кот понимающе хмыкнул и снова разлил водку по емкостям.
— Ну, теперь за… нашу победу!
Похоже, Кот что-то процитировал, но никто так и не понял что. Однако получилось прикольно (как будто первый раз пили не за нашу), и все заржали, сдвигая стаканы…
Что было дальше, Данька помнил смутно. Вроде как пили еще, потом Немоляеву опять затошнило и Кот ей выговаривал по поводу того, что нечего было жрать всякую дрянь. Это ж надо было додуматься, после «экстази» жрать «пуговицу»! А потом он окончательно уснул. И проснулся оттого, что на кухне жарили яичницу…
— Так что, все здесь и ночевали?
Рат покачал головой.
— Нет. Часа в три Сергей вызвал такси, и все разъехались.
— Сергей?.. — недоуменно переспросил Данька, а затем облегченно кивнул: а, понятно. Он уже забыл, что Кота звали Сергеем. Кот и Кот. — А ты остался?
Рат тщательно прожевал кусочек яичницы, который был у него во рту, положил вилку и в упор посмотрел на Даньку.
— Если хочешь, я могу уйти.
Данька покраснел. И действительно, ну чего это он… человек, можно сказать, уже трижды вытаскивал его задницу из очень крутых неприятностей…
В прихожей раздался звонок (Гаджет вчера починил). Данька дернулся было, но Рат жестом остановил его.
— Мне кажется, лучше к двери подойти мне.
Данька пожал плечами и остался на месте.
Минуту спустя из прихожей послышался голос Барабанщицы:
— О-о, привет, а чего это вы тут делаете?
— В данный момент я кормлю Даниила завтраком.
— Хм, понятно. Спасибо, конечно, но… разве вас дома никто не ждет?
И тут до Даньки дошло, что никто, кроме него, не знает, кто такой Рат. То есть и он сам ни черта не представляет, кто такой Рат, но остальные даже не догадываются о том, что тот самый бомж, о котором он им рассказывал, и Рат — одно и то же лицо. Он вскочил на ноги и ринулся в прихожую.
— Привет, Джавецкий, — Барабанщица покачала головой, — да уж, выглядишь ты неважнецки.
Данька, уже открывший рот, чтобы все объяснить, запнулся и, слегка покраснев, буркнул:
— На себя бы посмотрела.
Барабанщица тоже была не в лучшем виде. Синяк на скуле был щедро припудрен, но вот с распухшей губой ничего сделать было нельзя.
— Я поставлю чайник, — деликатно ретировался Рат.
Данька и Барабанщица остались одни в прихожей. Некоторое время в прихожей висела напряженная тишина, а затем, когда Данька уже набрал в легкие воздуха, приготовившись произнести то, зачем и выскочил в прихожую, опять раздался звонок.
Через пятнадцать минут в квартире собралась та же самая компания, что и прошлой ночью. Причем все прямо с порога заявили, что принесли Даньке еду. Мол, вчера вон как подожрали, потому и решили срочно восстановить, так сказать, кислотно-щелочной баланс. Или белково-углеводно-жировой. Все, как сговорившись приволокли нарезку и сосиски, и только Катя принесла сыр и фрукты, да еще Барабанщица и Немоляева — по вафельному торту.
Когда Рат удалился на кухню за заварочным чайником, Гаджет наклонился к Даньке и задал не дававший всем покоя вопрос:
— А он что, — кивнул Гаджет в сторону кухни, — здесь ночевал, что ли?
Данька молча кивнул.
— Круто.
— Круто. И че, он к себе домой не собирается?
Данька окинул взглядом четыре пары устремленных на него глаз, в которых читалось искреннее недоумение, и, вздохнув, произнес то, что давно уже собирался:
— Ребята — это он.
В глазах Барабанщицы тут же мелькнуло понимание, но Гаджет тупо переспросил:
— Кто он-то?
— Ну… тот самый бомж… о котором я вам рассказывал.
Гаджет вытаращил глаза, сморщил лоб, и тут его осенило:
— А-а-а, тот, который банкой пива, ну…
Данька кивнул.
— Ни хрена себе делишки… — нервно хмыкнул Гаджет.
Все настороженно переглянулись и дружно уставились на Рата, который как раз появился в комнате с заварочным чайником и сахарницей в руках. Улыбнувшись им, он спокойно налил всем чаю и, усевшись на пол, взял свою чашку в руки и сделал глоток.
— Да-а, чаек не очень. Видно, попортился от времени, — он поставил чашку на столик и, повернувшись к Барабанщице, спокойно посмотрел на нее.
— Я готов, спрашивайте.
— Чего? — непонятливо выпалил Гаджет.
Но Рат не обратил на него никакого внимания. Он продолжал молча смотреть на Барабанщицу. Та медленно разлепила губы и тихо спросила:
— Как это у вас получается?
— Что?
— Все время оказываться в нужном месте, причем в нужное время.
Рат улыбнулся.
— Нужное для чего?
Барабанщица непонимающе уставилась на него, и Рат вновь переспросил:
— Для чего нужное? Барабанщица нахмурилась.
— Для того, чтобы…
— Выручить Даниила? — предложил свой вариант Рат.
Барабанщица поджала губы.
— Ну, допустим…
— Для этого я и оказался здесь, — просто ответил Рат. — Тебя же не удивляет, что водитель автобуса в нужный момент поворачивает руль, нажимает на газ или тормоз и открывает и закрывает двери. Он выполняет то, что должен, то, для чего и стал водителем автобуса.
— Это ничего не объясняет, — отрубила Барабанщица.
Рат развел руками, будто говоря, что никакого другого объяснения не будет и, вновь взяв чашку, отхлебнул еще чая. На некоторое время в комнате повисла напряженная тишина, а затем голос подал Гаджет.
— Слушай, а это правда, что ты банкой пива пробил стекло БМВ?
Рат молча кивнул.
— Но это ж невозможно!
— Понимаешь, Борис, — улыбнулся Рат, — на самом деле это зависит от того, кто кинет.
Гаджет с минуту переваривал полученную информацию, а затем его лицо просветлело:
— Так это ж можно и стекло, скажем, «феррари»…
— Гаджет, а не заткнуться ли тебе? — с легкой досадой в голосе произнесла Барабанщица и вновь уставилась на Рата.
— То есть вы знаете, какая опасность угрожает Джа… Даниилу?
Рат покачал головой:
— Нет.
— То есть как нет?
Рат пожал плечами.
— Те, из-за кого я решил появиться… скажем так, недалеко от Даниила, могут попытаться устроить ему немало разных… каверз.
Какие конкретно — я не знаю.
— Но кто это делает, вы знаете?
