— Весьма признателен… — начал было говорить милорд Джеймс, но его перебил фашист Ишшилайо: — Эй ты, грязный сейлемский чел… как там тебя! Если ты думаешь, что меня…
— Заткнись, ублюдок, — спокойно, слегка повернув голову к террористу, бросил сержант, — я с джентльменом разговариваю. Жди очереди. Твой номер первый с конца.
Жди очереди. Твой номер первый с конца.
Ишшилайо от такой наглости действительно заткнулся. Засопел разъярённо. Переступил через Номи, встал над нею, и… в руках его что-то ослепительно сверкнуло красным! Свет Клинок превратился в самый что ни на есть взаправдашний лучевой клинок, и, воздев его, долговязый реваншист вызывающе спросил коренастого сейлемца:
— Ты сам подойдёшь, или у тебя ноги отсохли, чел?
— А вот я тебе сейчас отвечу… — произнёс освобождённый Сол, и сделал шаг к ложу, но его остановил голос Ррри: — Малыш, стоять!!!
— Не-е, Ба, я этому мутноглазому уроду счас…
— Парень, приказы необходимо выполнять, если они отданы хорошим командиром, — наставительно сказал Луиджи Мустафа Торричелли и придержал Сола рукой. Повернул лицо к ревмагу и сказал: — Ты, гнус. Я б тебя в один момент уделал, кабы не одна закавыка. Мы с покойниками не воюем.
— С покойниками?.. — ревмаг даже сверкающий клинок приопустил. — Это я покойник?! Да ты сам кто, виртуальный мо…
Сержант пожал плечами. Невозмутимо перебил:
— Кто я, это моё личное горе. А ты — покойник. Реальность покажет, вот увидишь… Уходим, ребята. — Велел он своим коммандос, и освояки начали один за одним мерцать, как запорченное голо, и растворяться в воздухе. Раздался голос Бабушки:
— Сержант, мы покуда там в запределье скакали, парочку планет присмотрели классных. Как посмотришь на то, чтобы отправиться их осваивать? Вы нас два раза здорово выручили, а мы не любим оставаться в долгу.
— Сливай координаты, Бабуля, — кивнул эС-Ин Луиджи Мустафа, — на одном корыте двум командам тесно. Я понял намёк…
И он исчез.
В ту же секунду в апартаменте появился Ург. РЕАЛЬНО.
— А вот и я, десятилапый жук, — проинформировал. Показал допотопный ревалвер: — Ты за этой штуковиной припёрся, да? — и, вежливо Бою: — Сол, отойди, пожалуйста. Мои профессиональные обязанности — это мои обязанности. Твоя функция — бережно принимать освобождённую заложницу…
И флоллуэец так быстро метнулся к ревмагу, что успел опередить сверкающее лезвие, опускавшееся вниз с явным намерением воткнуться Номи в спину, и перехватил руку Ишши. Замерев от ужаса, девушка вжалась в ложе, а прямо над нею развернулась яростная схватка. Она мало что поняла, сквозь боль обрушившихся сверху ударов ног и лап успела только ощутить, как Ург оттеснил ревмага прочь, и когда схватка переместилась с кровати на пол каюты, позволила себе отрубиться.
В обмороке она пробыла недолго. Очнувшись, успела увидеть, как Свет Лезвия, воплотившийся в энергетический луч, которым сражался террорист, вдруг исчез из его руки, и Ишшилайо отпрянул от сверкающих ланцетов Урга. На лице фашиста было
написано изумлённое отчаяние… «Ага-а, расист проклятый. — злорадно подумала Номи, — бросил тебя Свет..», — и снова вырубилась.
Но опять ненадолго. Очнувшись, почувствовала руки Сола, обнимающие её, и успела услышать комментарий Десса:
— В замкнутых пространствах возрастает эффективность холодного оружия, а я сам весь из себя, между прочим, это самое оружие. Бой, позаботься о девочке, я пройдусь по базе, вдруг тварь какая недобитая краснозвёздная прячется где…
Номи, глотая слёзы, прижималась к Солу, и с трудом верилось, что всё произошедшее — не приснившийся кошмар.
Расчленённый труп Ишшилайно выглядел его порождением, но вонял омерзительно натурально. Предсказание сейлемца сбылось… «А мы все живы, — подумала Номи, — и это — главное.»
Закрыла глаза, и вновь позволила себе отключиться.
Потом Тити сообщила, что первой ощутилА появление ревмагов Зигги… и вопль, спасший жизни Номи и Душечки, был воплем проснувшейся Зигги. Во сне она почуяла опасность и резко проснулась.
Неудивительно — беременные они вообще такие, чувствительные, всё, что угрожает потомству, чуют похлеще самых чувствительных паранормалов. Новость, что Зигзаг на самом деле самочка м'ба, и полуспячка её на самом деле была вызвана интересным положением, никого не удивила. На фоне всех приключений, казалось, уже никто ничему не удивлялся.
Детёныш родился спустя несколько часов, никто не знал, в срок ли, или недоношенным, с перепугу, но выглядел он достаточно здоровеньким, с первых же минут жизни начал проявлять признаки бурной активности, как и положено м'ба.
Вопрос, ОТ КОГО «залетела» Зигги, завис неотвеченным. Шутить на тему «залетела от Света» никто и не подумал, хотя, судя по всему, это могло оказаться вовсе и не шуткой…
Очнувшаяся Номи покинула свой многострадальный апартамент немедля. С ощущением, что если останется, то непременно вновь что-нибудь этакое гадкое произойдёт.
Останки Ишшилайо убрали ещё до этого, но ей казалось, что запах смерти пропитал стены и особенно ложе…
И очень болел затылок, на котором стоял сапог. Это было самое ужасное.
Номи знала, что нет-нет, да и будет вспоминать это ощущение. Даже многие годы спустя. Как и жуткий вкус ревалверного ствола во рту…
* * *
…Таким образом, полностью рассчитавшись по всем взятым (и не взятым, но присовокупившимся) на себя обязательствам, Экипаж в полном составе мог преспокойно возвращаться на свой Вольный Торговец.
Что Экипаж и проделал — в полном составе загрузившись в прибывший с орбиты ТП-модуль и вознёсшись в небо.
Домой…
Правда, степень преспокойствия некоторых членов членов экипажа оставляла желать лучшего. Но это уже входило в прерогативу профессиональных обязанностей целительницы Душечки.
Однако если Перебору, донельзя утомлённому контрреволюционной деятельностью, Тити ещё могла как-то помочь, то Номи — вряд ли.
Попрощавшись со Стюартами и прочими знакомыми экскалибурцами, втайне радуясь тому, что наконец-то «здЫхались» (цитируя Бабушку) чересчур надоедливых клиентов, одиннадцать вольных торговцев, плюс корабельные змеи Зигзаг и её дитё, благополучно прибыли в отправную точку этого сумасшедшего рейса Вольного Торговца «Пожиратель Пространства»: в порт космобазы Танжер-Бета.
По случаю возвращения: сообща было решено устроить вечеринку для товарок и товарищей, буде таковые сыщутся поблизости. Таковые, ясный пень, сыскались — что это за порт хотя бы без одного корыта фри-трейдеров?! Но вечеринка, как ей и положено, намечалась на вечер, а до вечера оставалось несколько часов…
Номи не сошла на «берег». Не имелось ни малейшего желания. Она маялась в своей пустынной каюте и печально вспоминала недавние (и уже такие далёкие-предалёкие…) дни и ночи, когда её апартамент в подземельях Ти Рэкса был средоточием активности, осью вращения жизней вольных торговцев и реставраторов. На недолгое время — так вообще штабом реставрации…
Да, были времена. Были и прошлИ. Стали светлым воспоминаньем.
На недолгое время — так вообще штабом реставрации…
Да, были времена. Были и прошлИ. Стали светлым воспоминаньем. «Как часто мы не удовлетворены сегодняшним днём, забывая, что всё минует, и хорошее и плохое, и в наших светлых воспоминаниях непременно превратится в «старые добрые времена…»»
