— Ладно, договорились. Я ее не обижаю, если она ко мне не лезет.
— Ей не понравится этот договор.
— А мне…
— Тебе нужен оберегатель.
— Нужен, так нужен…
Плащ взметнулся крыльями и сложился за спиной нортора. Пацан протянул ко мне руки. Не знаю, чего он прятал под плащом, но теперь в его руках ничего не было.
— Возьми меня и дай мне свой плащ.
Я смог выслушать эту бредятину без улыбки. Во второй раз даже самый смешной анекдот не таким смешным кажется.
— В общем?то, я не против. Насчет, взять. Вот только с плащом проблемка. Я его уже отдал.
— Оберегателю или слуге?
— А есть какая?то разница?
— Слуг может быть много. Оберегатель один.
— Значит, слуге.
— Кто он?
— Меченый.
Молчание. Нортору, явно, требовалось продолжение.
— Он победил на аукционе. Худой, выше меня, со шрамом через всю морду.
— Я видел его.
— Надеюсь, никаких проблем не будет?
— Он твой слуга.
— Вот и ладушки. А утром я куплю новый плащ и тогда…
— Не утром. Сейчас.
— И где я сейчас плащ возьму? У тебя, что ли одолжить?… Дашь?
— Нет!
— Почему?то я так и думал.
— Дай мне тот плащ, что на тебе сейчас.
— Сейчас? Ну?ну…
Посмотрел я на свою одежку: сапоги, штаны, пояс, рубашка, жилет на шнуровке, Нож в руке… (Все еще. Разжал пальцы. До пола Нож не долетел). Что там еще? Ну, шарф на шее. Без него ни один, уважающий себя миной, на люди не выходит. Вот, кажется, и все. А плаща нет. Ни короткого, летнего. Ни длинного, походного. И кто из нас дурак?
Не спросил я этого, но очень уж внимательно посмотрел на гостя. У того на физиономии стопроцентная невозмутимость.
— Закрой глаза, нутер, и ты увидишь свой плащ.
Издевается, гад? Ладно, будет ему воображаемый плащик. Сделаем.
Зажмурился и пошевелил плечами. Удобно мне в этом плаще или как? Оказалось, вполне удобно. И не тот плащ на мне, что я Меченому отдал. Другой совсем. Тут таких не носят. Длинный, теплый, на белом меху. А сам ярко?красный. С большим белым воротником. И клочки белого меха по красному. Блин, и где я такой прикид подсмотрел? На бабский немного смахивает.
Хотел открыть глаза, а нортор опять завел: возьми меня и дай…
— Сейчас дам, сейчас!
Застежка у плаща не на плече, а под горлом оказалась. Здоровенная такая блямба из белого металла. Пока расстегнул ее, чуть ногти не обломал. Снял, подержал в руках — тяжелый прикид! — и бросил на руки нортору. Как гардеробщице в театре.
— Бери и береги.
У пацана даже руки прогнулись под моим подарочком. И вид стал обалденно?растеряный. Это у нортора?то? Не?е, показалось мне. Наверное.
— От смерти и до смерти. Обещаю!
Чего?то еще он хотел сказать. Соответствующее моменту, но я влез со своими приколами.
— До чьей смерти: твоей или моей?
— Если я умру, то кто будет тебя оберегать?
Так, ясненько, моей, значится. Дальше развивать эту тему не будем. А то дашь, случайно, какую?нибудь идею и неизвестно, чего потом с этой идеей сделают.
В дверь постучали. Кулаком. Уверенно так, по?хозяйски.
Марла пришла.
Я открыл дверь. Сразу. Не задумываясь.
И увидел улыбку.
Когда Марла так улыбается, кому?то становится плохо. Очень. Надеюсь, не я вызвал у нее такую радость.
Воздух за спиной застонал. Какая?то сила отбросила меня от двери и впечатала в стену. Я только раз моргнул, а в комнате уже завертелся смерч. Красно?зеленый.
Марла… носит… зеленое…
— Всем стоять!!!
У меня в ушах зазвенело от собственного ора.
Хорошо, что стенка оказалась за спиной, сполз по ней на пол.
Смерч распался надвое. Темное и зеленое. Нортор и Марла. Блин, и почему мне красное приглючилось?
Хлопнул в ладоши. Тихо это у меня получилось, но внимание привлек. Гости перестали бодать друг друга взглядами, уставились на меня.
— Слушаем сюда! Говорю только один раз. Сначала тебе, Марла. Это… Кран. — Вдруг вспомнилось имя того, кто цеплялся за край плиты. Нортор вздрогнул и побледнел. Хотя, куда ему еще бледнее. — Я дал ему свой плащ. Теперь он мой оберегатель. Все понятно?
— Да.
Блин, я прям млею от голоса этой бабы.
— Теперь тебе, Крант. Это — Марла. Я д елю с ней завтрак, обед и постель. Понятно?
— Да, нутер.
— Когда она приходит, ты делаешь так, чтоб я тебя не видел. Это тоже понятно?
— Да?а…
Кажется, у моего телохранителя возникли какие?то сомнения. Я подождал немного — возражений не услышал.
— И еще одно. — Вдох?выдох, подняться, отлепиться от стены. Нет, от стены, пожалуй, рановато. Ладно, стоя тоже можно командовать. — Последнее. Чтобы больше такого бардака не?уст?ра?ива?ли! Мне несчастные случаи в быту не нужны. Все все поняли? Тогда свободны.
Еще одна попытка отойти от стены.
Еще одна попытка отойти от стены. Ладно, постоим, подождем. Все когда?нибудь проходит. И звон в ушах пройдет, и ноги дрожать перестанут.
— Марла, лапушка, дай мне попить.
Какое вкусное вино у Ранула! Язык проглотить можно Промочил пересохшее горло. Полегчало. И в глазах перестало двоиться. Хорошо. Марла рядом. Трется, мурлыкает…
А посреди комнаты стоит нортор.
— Крант! Я чего тебе сказал, сукин ты сын!…
— Я стараюсь, нутер.
— Иди, старайся за дверью!
Крант тихо вышел. Ни шелеста, ни вздоха. На миг показалось, что сквозь него я вижу засов на двери. Глюк, наверно. При легком сотрясении и не такое покажется.
— Ты лучше всех! — сообщает мне Марла.
— Ага. Вот только до кровати дойти не могу.
— Я тебя донесу!
Вас носили когда?нибудь женщины на руках?
Непередаваемые ощущения.
31
Когда говорят: ты лучше всех — не надо спрашивать, сколько этих всех было. И куда они подевались. Лучше промолчать. И усмехнуться. Гордо и снисходительно. Типа, я знаю, и ты не сомневайся. Лучше меня все равно не найдешь.
Вот я и не стал ничего спрашивать у Марлы. А у Снежаны спросил. Семь лет прошло, а я все думаю иногда, может, напрасно спорол горячку? Может, надо было усмехнуться и промолчать?
Я должна была сравнить. Чтобы не сомневаться, — сказала Снежана тогда.
Ну, сравнила. Так сравнение не в пользу того лоха получилось. Ко мне ведь вернулась. И рассказала. А мне обиженного из себя строить понадобилось. Тоже сравнивать стал. Ну, и досравнивался. Ни жены, ни ребенка.
Кто ж знал, что она беременна?…
Так и разошлись пути?дорожки. Не простила мне Снежа загула, и срыва своего не простила. А больше меня кольцеваться не тянуло. И мальков заводить тоже не хотелось.
А с Марлой… Ну, какие с ней могут быть разборки? Если она после тех двоих ко мне пришла. И с нортором из?за меня сцепилась. Защищала, типа. Тут гордиться надо, а не разбираться.
Я и с больной головой круче тех лохов оказался.
Перед самым Санутом Марла от меня ушла. Первый раз так задержалась. Сказала, утром еще один аукцион будет.
Ладно, доживем до утра, посмотрим. Может, и сходим с Меченым. Если он не слишком занят будет. Заодно и с нортором познакомится.
Кстати, как он там за дверью? Крант…
Вроде, завтракать пора идти.
32
Была у меня одна знакомая. Вроде, баба как баба, мой любимый размер, к тому же. И молчит — красавица, и говорит — кошки с заборов не падают. А до интима — так ее, как рояль, час настраивать надо. И очень ей сама настройка нравилась. Доходит дело до основного, а баба уже спит. Как недоросток какой, после конкретной случки. Здорово мне это анекдот напоминало. Когда мужик заваливает среди ночи домой, а на двери записка: Еда в холодильнике, холодильник на кухне, будешь иметь секс — не буди.
