Пообедав, колдунья поднялась из-за стола.
— Я собиралась пойти в лес. Сейчас как раз время собирать земную энгарию. Не хочешь со мной?
Я кивнула и поднялась следом.
— Да. По пути и поговорим. Утром я буду вынуждена уехать.
Эмпатия всплеснула руками.
— Но почему?! Ты же всегда приезжаешь на неделю, а то и на две. Эдель, тебе надоело общество старой Лесты?
Приобняв пожилую эмпатию за плечи, я повела ее на улицу.
— Ты же знаешь, если бы моя воля, я бы жила здесь, вместе с тобой. Но через три дня мы с Солеей уезжаем в Драгонию.
— Как? — Эта новость не могла оставить ее равнодушной. — Ты же поклялась никогда не возвращаться домой? И тут такие перемены!
Мы вышли за калитку и неторопливо побрели к опушке леса. Солнце ласково играло в золотых волосах колдуньи, заплетенным в тугую косу, делая ее похожей на молоденькую девушку. Взяв ее под руку, я ответила:
— Дело не в том, чего я хочу. Седрик приказал мне. А ты же знаешь, я дала ему клятву верности.
— И чем он объяснил свое желание отправить тебя в Драгонию?
— Сказал, что если я не хочу допустить начала войны, то должна убедить в этом брата.
Но и дураку ясно, что Дорриэн ни за что не послушает свою младшую сестру.
Мы подошли к лесу, где росла земная энгария. Оказавшись под сенью деревьев, я жадно вдохнула пьянящий лесной воздух. Как же хорошо! Приятная прохлада ласкала лицо, помогая мне забыть об утомительной дороге и предстоящей поездке в Драгонию.
— Думаешь, Седрик сказал правду? — осторожно поинтересовалась эмпатия.
— Наоборот, думаю, соврал. Но я все равно хочу попытаться убедить Дора отказаться от этой глупой затеи… А потом уеду.
Леста с грустью посмотрела мне в глаза. Раньше она пыталась уговорить меня вернуться в Темное Королевство навсегда, но поняв бессмысленность своих попыток, смирилась.
— Леста, — вот и настало время рассказать ей о последних событиях, — я приехала не только навестить тебя. Кое-что случилось, когда я возвращалась в Долину.
Она слушала не перебивая. Когда я дошла до разговора с Воллэном, мой голос дрогнул. К сожалению, это не ускользнуло от внимания колдуньи.
— Я хотела бы встретиться с этой девушкой… Как ты сказала, Нарин?
— Да, она должна была уже приехать в Драгонию. Если, конечно, Дорриэн вообще впустил посланницу… Леста, ты знаешь, кто были эти твари?
Она с задумчивым видом сорвала еще один корешок и осторожно положила его в корзину.
— Нет. Я слышала, что во времена войны Эрота с другими королевствами было оживлено много всякой нечести, но таких тварей не было. Кстати, их называют гарпиями.
Я радостно вскрикнула.
— Так ты слышала о них?
— Да, я читала об этих существах. Они принадлежат к демонам высшего ранга, и я не представляю, кто мог их вызвать. Гарпии — посланницы смерти. Своим криком они вытягивают жизнь из всего живого.
— Но мы же остались живы! — Я сорвала корень земляной энергии и подала его колдунье. — Но надо признать, крик их определенно действует на нервы.
— Не могу точно сказать, почему вы остались живы. Вероятнее всего их силы слабеют в чужой для них среде. Этара не создана для таких существ. Но все-таки некоторое воздействие на вас их крик оказал. Мальчики заснули беспробудным сном, а ты просто подошла позже. Наверное, твое стремление спасти девушку придало тебе сил. Поэтому ты и не заснула.
— Но Нарин тоже не спала. Почему?
— А вот на этот вопрос я смогу тебе ответить только когда встречусь с этой девочкой. Ты говоришь ее спутников разбудил крик красного феникса?
— Да.
Мы вышли на ромашковое поле и сели в цветах, как две подружки решившие посекретничать наедине, вдали от чужих ушей.
— Поразительно! — тем временем продолжала колдунья. — Красный феникс — необыкновенное существо. Его нельзя причислять к рангу простых птиц. Любой феникс, пусть даже и не красный — это борец. Я думаю, если бы феникс Нарин был постарше, он бы с легкостью справился с этими тварями без твоего вмешательства. — Она усмехнулась и задумчиво протянула. — Крик света против крика тьмы.
Некоторое время мы сидели, наслаждаясь ароматами цветов. Я сплела венок и украсила им голову колдуньи. Леста весело рассмеялась, а потом вдруг став серьезной, произнесла:
— Знаешь, красные фениксы — самые непокорные из своего семейства. Я знаю лишь одного эмпата, которому его феникс подчинялся беспрекословно. Это был Эрот. Угдар был для него верным слугой и ни разу не проявил ни протеста, ни неповиновения. Шерэтт тоже неплохо справлялся со своим. Но иногда его феникс наотрез отказывался подчиняться своему хозяину.
Угдар был для него верным слугой и ни разу не проявил ни протеста, ни неповиновения. Шерэтт тоже неплохо справлялся со своим. Но иногда его феникс наотрез отказывался подчиняться своему хозяину. Это очень злило Владыку, и порой он бывал слишком жесток с птицей. — Она сорвала цветок и повертела его возле носа. — А тут красный птенец и подчиняется человеческой девушке. Неслыханно!
Пробыв в лесу до заката, мы отправились в деревню.
— Эдель, а как ты собираешься вести себя с Воллэном?
Вот она и спросила о нем!
— Как он заслуживает. Буду считать его пустым местом.
От воспоминаний о советнике брата я вновь почувствовала, как сердце заполняет едкая горечь.
— Дети, — Леста погладила меня по голове. — И нравится же вам причинять друг другу боль. Нет бы сесть, и спокойно во всем разобраться.
— И так все ясно, — проворчала я, желая как можно скорее закончить неприятный для меня разговор. — Он предал меня! Предал нашу любовь! Наше будущее! К тому же он неплохо себя чувствует рядом с этой посланницей.
— Ты ревнуешь. — В глазах колдуньи засверкали лукавые искорки. — Эдель, когда ты перестанешь принимать несуществующее как существующее?
Мы приблизились к дому и остановились возле калитки.
— Ты не пойдешь в деревню?
Я отрицательно покачала головой.
— Нет, хочу отдохнуть. Как только приеду в Неаль, придется сразу же начинать собираться в дорогу.
— Тогда иди ложись. А я пока заварю облепиховый чай.
Забравшись на кровать, я с нетерпением стала ждать свой любимый напиток. Взяв в руки кружку, вновь почувствовала себя маленькой девочкой. Мне вдруг захотелось вернуться в детство, когда мир казался прекрасным, окружающие добрее, а ужасные чудовища из рассказов колдуньи — просто сказочными персонажами.
На следующее утро меня разбудил аппетитный аромат свежей выпечки. Быстро собравшись, я отправилась помогать Лесте. Однако как оказалось, колдунья в моей помощи не нуждалась. Когда я вышла к столу, все уже было готово. А она тем временем складывала в сумки свои сокровища — мешочки с травами.
— Зачем ты собираешься? Ты же хотела пробыть в Катоне еще три недели.
Я подошла к столу и налила себе чашку чая.
— Собиралась. Вот только боюсь, посланницы к этому времени в Драгонии уже не будет, а мне обязательно надо с ней встретиться.
— Значит, когда я приеду в Эсферон, ты уже будешь дома, — начала рассуждать я. — Можно пожить у тебя? Не хочу оставаться в Ирриэтоне.
Колдунья приблизилась ко мне и коснулась губами моего лба.
— Нет, Эдель, даже не проси. Ты же знаешь, я люблю тебя больше всех на свете, но ты должна побыть с братом. Дорриэн места себе не находил, когда ты исчезла. И он ведь ни в чем не виноват.
