Что нам и пришлось сделать. Причем, все с теми же предосторожностями, расточая направо и налево улыбки и не упуская из вида колоритную фигуру демона.
Блуждать по коридорам дворца, который при внимательном взгляде производил на меня впечатление хорошо укрепленной крепости, нам не пришлось. Как только мы оказались за дверью, Радмир активировал управляющий кристалл скрытого где-то поблизости портала и мы, сквозь серую дымку, прошли прямо к покоям Аарона.
Ну а там нас уже ждали. В небольшом коридорчике — дюжина личных гвардейцев, которые несмотря на то, что знали нас в лицо, не торопились пропустить без приказа принца. А уже за дверью — весьма представительная компания. Среди которой явно выделялись двое: я и дочь Арх'Онта. И не только потому, что условно нас можно было отнести к расе людей, но и благодаря своей молодости. Вряд ли ей было больше тридцати, хотя выглядела она при этом, хорошо если на двадцать.
Обмен приветствиями много времени не занял. Все прекрасно понимали, что не ради формальных поздравлений молодым собрались здесь самые значимые фигуры этого мира. И причина, по которой это произошло, была более чем понятна.
Но как же я чувствовал себя неуютно. Даже зная, что большинство из здесь присутствующих, испытывают ко мне определенные симпатии, позволяющие мне предполагать хотя бы какую-либо уверенность в отношении своего будущего. Я, конечно, еще долго буду помнить все те заставляющие сгорать от стыда слова, которыми Элильяр доказывал мне мою собственную глупость, но… мне не трудно было поверить во все, что он говорил, но… сложно осознать. Так что я одновременно и восторгался новыми для себя способностями, которые с каждым днем становились все более ощутимыми и… с ностальгией вспоминал о том времени, когда мог считать себя почти человеком.
Я кивнул Ролану, который в отличие от своего младшего брата присоединился к нам, улыбнулся Рае, поймав на себе ее внимательный взгляд, который лишь на мгновение коснулся меня, чтобы тут же, потеплев, вернуться к мужу.
Сам я, с любопытством, глянул в сторону стоящих за спиной Повелителя Наташи и Закираля. Отметив, насколько мощные щиты хранят его секреты. Скользнул глазами по обменивающимися любезностями Тахару, Ксандриэлю, моему деду и Элильяру, который сразу, как только мы вошли, посоветовал мне воспользоваться возможностью и попробовать знаменитые вина демонов. Этому совету, тем не менее, я не торопился следовать.
Да… собрание намечалась весьма представительное. И не трудно сказать почему глядя на них я испытывал огромное желание оказаться как можно дальше отсюда. Но… если бы я сделал это, вряд ли бы смог спокойно взглянуть в мамины глаза.
Когда она вернется.
А она — вернется.
Когда она вернется.
А она — вернется. Она обязательно вернется.
Повелитель что-то шепнул на ухо своей жене, получил в ответ кивок и улыбку и предложил всем присаживаться поудобнее. И первым, подавая пример, опустился в кресло рядом с камином, на подлокотник которого тут же легко присела Рае. Закираль передвинув стоящее рядом кресло поближе к демонам, усадил в него Наташу. Сам же так и остался стоять за ее спиной, машинально скашивая взгляд в сторону еще одного в этой компании даймона, лицо которого было открыто, словно бросая вызов принятому у них Кодексу.
Пока я отвлекся на внутренние переживания, стоящими остались лишь двое: коммандер и я. И если с первым было все понятно, то моя фигура явно привлекала к себе внимание.
И не успел я об этом подумать, как Аарон с улыбкой, которая совершенно не вязалось с черной бездной глаз, непринужденно обратился ко мне, возвращая к мысли о том, что я, по сравнению с ними, еще несмышленый сосунок.
Но… очень много знающий и умеющий сосунок. И это было одновременно и залогом моей безопасности, и основанием для беспокойства за собственную жизнь. Не столько потому, что кое-кто, из находящихся здесь, попытается ее укоротить, сколько потому, что могут не успеть помочь мне ее сберечь — уж больно запутанной стала ситуация.
— Похоже, у Советника Александра есть что нам сказать?
Его голос, несмотря на гулкие перекаты, был мягким и самую капельку насмешливым.
— Разве я могу позволить себе сделать это, не дав высказаться более этого достойным.
Элильяр, бросив на меня взгляд, с наигранным удивлением приподнял бровь. И… пожал плечами, словно говоря: 'Молодежь. Что с нее возьмешь'.
— Из последних значимых событий, о которых все здесь присутствующие хорошо осведомлены, Ваш, княжич, ученик не уступает по открывшимся перспективам разгрому базы. — Аарон не сводил с меня глаз и под его взглядом мне хотелось съежиться. И это несмотря на то, что окутывающие меня щиты ничем не уступали сотворенным Закиралем. — Но судя по тому, как блестят Ваши глаза, это не последнее, чем Вы могли бы нас порадовать. Или… удивить.
И ведь не скажешь, что всего несколько дней тому назад мы опускали излишне вежливые обращения. И отчего кажется, что это было совершенно в другой жизни?! Напряженной, наполненной сомнениями, тревогой, предчувствиями и надеждами. И, хотя, мало что изменилось… все стало совершенно иным и не столь знакомым и привычным.
— Вы правы, Повелитель. — Я бросил короткий взгляд в сторону Д'Тара словно в последний раз спрашивая, в силе ли остается наша договоренность о том, что стоит, а чего не стоит говорить здесь. Его ресницы опустились, благословляя меня, а губы дернулись в ободряющей улыбке.
Мое тело было расслабленным, а мысль удивительно четкой. Да и все, что происходило вокруг меня, осознавалось так, словно я видел все это через увеличительное стекло.
Вот Элильяр кинул быстрый взгляд в сторону Аарона и тот, в ответ, качнул головой.
Вот у моего деда раздулись ноздри, рука скользнула к кристаллу возврата, а глаза оценивая расстояние пробежали между мною и им. Вот Ксандриэль чуть дернул рукой и в его ладонь скользнула рукоять стилета. И если с князем вопросов у меня не возникало: он знал, какие вопросы прозвучат сегодня и, в случае необходимости был готов защищать меня даже ценой собственной жизни, то на кого было нацелено жало в руке светлого эльфа оставалось для меня секретом.
Вот Рае коснулась тонкими пальцами руки своего мужа, то ли успокаивая, то ли пытаясь что-то сказать этим жестом.
Вот, незнакомый мне даймон с удовлетворением опустил голову….
Вот…
— Мы слушаем тебя, Александр. — Внося свою долю в кипящий котел напряжения, повторил Аарон. И… подмигнул мне. Не пряча веселящихся в его глазах демонят.
— Как прикажете, Повелитель. — Не скажу, что я испытал облегчение после увиденного, но душа словно очнулась от сковывавших ее тисков. И благодаря этому мой голос, когда я заговорил, не сорвался. Как я того опасался. — Почти шесть лет тому назад, спасая Великого Мага Равновесия, моя мать, принцесса Лера, вернула к жизни Черную Жрицу, которая впоследствии стала ее подругой и женой человеческого мага Рамона Каре. И освободила одного из сыновей Властителя от влияния частицы души Черного Воина, мечом которого владел Риган.
И те, кто знал подробности той истории, и те, кто мог о них и не знать, не сводили с меня глаз. Понимая, что не стал бы я возвращаться к событиям прошлого, если бы это не было связано с тем, что происходило теперь.
