Нет… ты все еще не мой. И еще не скоро им будешь. Впрочем, разве этого я добиваюсь?
И снова — нет. Говоря с Саркатом я больше делаю, доверяя своим ощущениям, чем думаю.
— Ты…
— Я — человек, маг Равновесия и твой учитель. Если ты еще не передумал. — Немного резкости в голос, чтобы расставить все по своим местам.
Да, мой принцип — максимально возможная искренность. Да, я предпочитаю человечность там, где на это не ответят стилетом в бок. Да, из войны и любви я выберу второе.
Но это не значит, что я не обнажу оружие когда это будет необходимо.
И, похоже, он это сумел понять.
— Я — не передумал. Александр, позволь тебе представить моих теров: Араш, — тот, в ком я почувствовал магию, склонил голову. И пусть до нужного мне результата было еще очень далеко, но теперь я мог позволить себе хотя бы немного расслабиться, — и Торалар.
И этот воин повторил приветствие, словно признавая за мной право обращаться к нему именно так.
— Хорошо. Будем считать, что знакомство состоялось. На этом я вынужден вас покинуть — поручение Правителя Элильяра не позволяет мне задержаться. Занятия я начну завтра. Если у вас есть пожелания или просьбы…
Молчание в ответ. Три пары спокойных глаз, в которых нет ни тени враждебности, три чуть заметно расслабленных фигуры, словно говорящие пусть еще и не о доверии ко мне, так хотя бы о принятии меня не столько как неизбежное зло, а как того, чье присутствие не вызывает агрессии.
Вот только… глядя на них, мне не хочется называть счет этого раунда. Потому что вместо противостояния, я получил хоть еще и слабо ощущаемое, но родство. И не только кровное.
И, возможно, именно благодаря этому я выходил из гостевого домика более уравновешенным, чем входил в него.
А когда я вернулся в свои покои, чтобы перекусив отправиться к драконам, в гостиной меня ждал сюрприз. Но не в виде оборотня, увидеть которого я вполне ожидал.
Альена стояла на том же месте, где ранним утром вглядывался в лицо моей будущей невесты Саражэль и с болью во взгляде смотрела на саму себя, но улыбающуюся.
А у меня от боли сжалось сердце — она знала, что произошло с Валиэлем.
Глава 15
— Принцесса Д'Тар, — его глаза, похожие на две черные бездны в обрамлении мерцающих ресниц, смотрели на меня твердо, но с какой-то, исходящей из их глубин, нежностью, — Ваше появление на Дариане — приятная неожиданность, которая едва не была омрачена недоразумением, за которое я приношу Вам наши глубочайшие извинения.
Ялтар Вилдор был обескуражен тем, что Вас, вернувшую Дариане двух именитых воинов, приняли без подобающих почестей. И чтобы хотя бы как-то загладить нашу вину, Алтарилла Асия возьмет на себя заботу о Вас и сделает все, чтобы наше гостеприимстве оставило в Вашей памяти лишь самые трепетные воспоминания.
Интересно, и почему мне не хочется верить ни одному его слову? Вроде, и взгляд открытый, и слова источают едва ли не мед. Да и волна искренней доброжелательности мягко обволакивает измученную тревогой душу.
Но словно барьер опускается между мною и им, не давая мне раскрыться и принять.
Или… это, все-таки, предубеждение? Вот только… как тогда объяснить на мгновение отразившийся в его глазах хищный блеск, стоило ему упомянуть о трепетных воспоминаниях?
— Простите, но я не знаю даже Вашего имени, чтобы иметь возможность поблагодарить за теплые слова и заверить в том, что готова немедленно забыть про этот неприятный инцидент.
Я ответила самой обаятельной улыбкой, на которую только была способна. Пытаясь при этом заглянуть в глаза Черной Жрице, чтобы понять: правильно ли я поступаю. Но ее взгляд… был холоден и бесстрастен. А плотно сжатые в тонкую линию губы, очерченные придающим им четкую рельефность серебряным контуром, на открытом (в отличие от стоящего рядом с ней мужчины) лице, вторили черной пустыни глаз.
Что ж… буду действовать по собственному разумению, предполагая, что дальше может быть только хуже.
— Это я должен просить Вас меня простить за бестактность, принцесса Лера. — Я усмехнулась в глубине души: раскаиваться в одном, чтобы тут же допустить другое. — Мое имя Яланир. Я — старший сын нашего правителя, племянник Вашей подруги и Талтар ветви, которая обязана Вам воскрешением ее дочери.
— Благодарю Вас, Талтар Яланир. — Вновь порадовала я его нежной улыбкой, несмотря на то, что единственным моим желанием на этот момент было оказаться как можно дальше от него: ни один из интриганов Лилеи, с которым меня сводила судьба, не вызывал у меня такого безотчетного страха. — Могу ли я узнать о судьбе своих спутников?
В его мимолетной задумчивости мелькнула едва заметная тень. Похоже, мой последний вопрос ему не очень-то и понравился.
— Ваше Высочество, — с легкой укоризной, похожей на ту, с которой мужчина упрекает свою женщину во внимании к другому, начал он. И значит, допущенная им фамильярность не была простой оговоркой, — неужели кто-то из этих троих для Вас что-то значит?
Опять игры… опять взвешивать каждое слово и тщательно просчитывать следующий шаг. Я и раньше не особо блистала такого рода талантами, так что, по-видимому, придется учиться этому прямо по ходу пьесы.
— Я бы не сказала, что очень… — Я чуть смущенно опустила взгляд, чтобы тут же погасить улыбку и выпустить наружу стерву, что живет в каждой, даже самой миролюбивой женщине. — Но у меня к каждому из них есть кое-какие претензии. И уж если именно мое присутствие здесь вызывает у Вас такой отклик, мне хотелось бы воспользоваться возможностью и сделать их существование не столь безмятежным.
Наконец-то! Хоть какая-то реакция — Асия медленно опускает ресницы, словно говоря, что я взяла верный тон.
Ох, милая моя подруга! Я, конечно, добрая и ласковая… когда меня не трогают. Но то что счет, предъявленный по окончании этого спектакля будет очень большим, тебе стоит осознать как можно скорее.
— Я думаю… — Он сделал небольшую паузу и чуть повернулся в сторону Асии, словно уточняя ее отношение к моей просьбе. Но та, все с тем же спокойствием, встретила его взгляд, словно ее устраивало любое развитие событий, — это можно будет сделать.
Но та, все с тем же спокойствием, встретила его взгляд, словно ее устраивало любое развитие событий, — это можно будет сделать. Как только закончатся допросы, я передам пленников под ответственность своей тети. Мне кажется, она с радостью согласится Вам помочь, принцесса Лера.
Похоже, я начала входить в ситуацию настолько, что мне даже не пришлось сдерживать вздоха облегчения — его просто не было. Было столь острое ощущение тонкой грани, за которой скрывался тайный смысл этого разговора, что я (скорее интуитивно, чем осознанно), предпочла перевести разговор в иное русло.
— Я еще раз благодарю Вас, Талтар Яланир, за все, что Вы для меня делаете. Если бы Алтарилла Асия рассказала мне, какой прием меня здесь ожидает, вряд ли бы я испытывала страх, сопутствующий мне во время этого путешествия.
Счастливый взгляд, в котором поровну смешалось наивности и тщеславия, слегка притупил чувство опасности, которое пусть и продолжало ослепительным холодом обволакивать позвоночник, но хотя бы перестало жалить сердце.
— Я надеюсь, Вы поймете ее и простите. — Его низкий, чуть хрипловатый голос очаровывал и сводил с ума. Ему достаточно было только говорить, чтобы завоевать сердце женщины. И мне приходилось ежесекундно напоминать себе о том, кто он и на какой стороне баррикады находится. А уж в последнем, глядя на безжизненность Асии, сомневаться не приходилось. — А теперь я вынужден искренне просить у Вас прощения: мне необходимо доложить отцу о том, что недоразумение улажено и уточнить дату Большого приема, который он намерен провести в Вашу честь.
