— Обойдемся без длительных прощаний. — Олейор, шедший замыкающим, обошел, остановившихся перед ним моего должника и своего начальника разведки, проходя мимо которого, словно ненароком коснулся его плеча и добавил, не оглядываясь и уже себе за спину, — Гадриэль, у тебя есть десять минут, чтобы сказать своей невесте все, что ты не успел произнести этой ночью.
Все, как я и предполагала: спал, но слышал и не преминул пусть и напоследок, но высказаться. Впрочем, возможно это было и к лучшему: смущение на лице девушки скрыло проблески отчаяния, которое прорывалось сквозь поразительное для ее возраста самообладание.
Нашего Лорда упрашивать долго не пришлось, он немедленно воспользовался предоставленным шансом и подхватив девушку под руку, отошел вместе с ней обратно по той тропинке, что и привела нас сюда. Мы же решили использовать небольшую передышку, для того, чтобы еще раз пройтись по тем действиям, которые нам предстояло выполнить. Правда, решение было принято моим мужем, а нам ничего не оставалось делать, как с ним согласиться. Но, похоже, для остальных эти последние минуты на Лилее тоже были тягостными, так что никто не только не высказался против, но и судя по облегчению, что отразилось на наших лицах, были рады такому повороту событий.
И даже Асия, которая нам этот порядок и устанавливала, на вопросительный взгляд принца ответила без обычной в таких случаях ироничной улыбки.
— Система выйдет из состояния нулевой активности, как только мы переступим через охранный контур. Сканер определит присутствие Даймона и выведет на панели внешней защиты входа блок идентификации. В моем случае опознавание будет продолжаться не менее тридцати секунд: мои данные, скорее всего, хранятся среди условно погибших, поэтому, не найдя моей идентификационной карты в основном составе система параллельно запустит режим 'вторжения'. В течение этого времени не должно быть ни малейшего движения, ни единого звука: на любое искажение сработает приказ на уничтожение.
— Нашпигуют стрелами или шарахнут магией? — Валиэль, несмотря на серьезность происходящего, продолжал удивлять всех лукавой улыбкой и пляшущими в глазах демонятами.
— Нам же было сказано, лучше этого не знать. — Не знаю, кто тянул меня за язык, но удержаться я не смогла, настолько задорно он смотрелся на фоне сосредоточенных Рамона и Ригана.
— Ты пользуешься тем, что твой муж тебя обратно в Тарикон не отправит. — Мой должничок сделал вид, что совершенно не замечает брошенного в его сторону резкого взгляда, которым одарил его Олейор, и отвернулся к Черной Жрице, вопросительно приподняв брось. — Должен же я знать, каким образом Черные Воины отваживают любителей совать свой нос в чужие дела.
— Сначала парализующее поле, а если еще через десять секунд не поступит команда на снятие защиты, за счет пришлых подзарядятся кристаллы настройки портала. И я очень надеюсь, что в нашем случае, этого не произойдет. Как только система меня опознает, произойдет открытие внешнего контура. Так сделано на тот случай, если пришедшему грозит опасность или он нуждается в помощи: полный переход в рабочее состояние занимает значительно большее время, а в том помещении, в которое мы попадем, есть все необходимое, чтобы переждать угрозу.
— Как-то все слишком просто.
— Как-то все слишком просто. — Выражение лица Ригана было… не столь восторженным, как у Валиэля, который ради возможности путешествовать был готов не помнить о тех последствиях, которыми эта прогулка могла обернуться, и не столь бесстрастным, как у мага, похоже замкнувшегося в себе после встречи с Даймоном-полукровкой.
— Если не брать во внимание, что как только я буду опознана, сведения об этом уйдут на базу контроля за внешними порталами и там в любое мгновение может быть принято решение перевести одну конкретную Черную Жрицу из списка условно погибших в другой, из которого уже никуда не попадешь.
— Ты об этом…
— А разве это хоть что-нибудь изменило?
Судя по всеобщему молчанию — не изменило бы, но неприятных мыслей добавило. Так что я согласилась с Асией, что о некоторых вещах лучше было умолчать. По крайней мере до тех пор, пока ничего другого не останется, как вскользь о них упомянуть.
— Есть еще что-то, о чем ты забыла рассказать? — Олейор, хоть и был согласен с остальными, но в отношении себя такую позицию не принимал.
— Нет. Но есть уточнение: мои приказы выполнять мгновенно. Я хоть и не заметила явных отличий от того, что помню по той своей жизни, но две тысячи лет довольно большой срок, чтобы получить сюрпризы там, где их и не ждешь.
— Хорошо. Гадриэль, — он не повысил голос, не оглянулся, но Лорд, к которому обратились наши взоры, тут же замер, потом на мгновение прижал к себе девушку и больше ни слова ей не сказав, решительно направился к нам и когда молча встал за его спиной, так, словно продолжал ни к чему не обязывающий разговор, добавил. — От Леры — ни на шаг.
Будем считать, что кому-то очень повезло и выражение его лица, на которым крупными рунами написано, что этот приказ он уже выучил наизусть, а даже если бы и не выучил, то вполне мог и сам догадаться, где ему находиться, не стало причиной их очередной перепалки. Впрочем, в этих обстоятельствах она вряд ли бы состоялась, но многозначными взглядами они бы точно обменялись.
Но, тем не менее, то напряжение, которое несмотря на внешнюю веселость Валиэля и кажущееся спокойствие остальных, витало в воздухе, стало хоть чуточку, но не столь мрачным. Правда, всего лишь на короткое мгновение, потому что уже следующая фраза нашего предводителя вернула все на свои места.
— У нас есть еще возможность отказаться от этой миссии. И если у кого-то есть сомнения…
— Не знаю как ты, дружище, но ввязавшись в такую авантюру, отказаться от нее теперь, когда нам осталось лишь активировать портал, чтобы надрать кое-кому их черные задницы…
Первой, как ни странно, фыркнула Асия. Оборотни сделали вид, что в глаза не замечают барышень, в присутствии которых некие подданные темноэльфийского Правителя позволили себе замечание, не очень лестно демонстрирующее их придворное воспитание. И даже в глазах Рамона мелькнул уже почти забытый шальной блеск.
Что ж, я уже давно сумела понять, что стало той ниточкой, что привязала всех нас друг к другу. И если глядя на них, я этому не очень-то и удивлялась, то копаясь в своей душе, в своем прошлом, мне трудно было найти истоки той тяги к приключениям, которая под влиянием моих друзей проявилась настолько ярко, что привела меня в эти горы и к этому странному сооружению, которое должно было открыть мне дорогу в другой мир.
— Если все с ним согласны, то не стоит больше задерживаться. — И вдруг, резко обернувшись, склонился в глубоком поклоне перед прислонившейся к дереву девушкой. — Мы скоро увидимся, моя воспитанница.
Не знаю, произнесла она это, или я, увидев как дернулись ее губы, ощутила то, что слетело с них.
Не знаю, произнесла она это, или я, увидев как дернулись ее губы, ощутила то, что слетело с них.
И это было одно единственное, очень короткое, но такое нужно для нас слово: 'Удачи'.
Олейор Д'Тар
Все было именно так, как и рассказала нам Асия: стоило нам выйти за грань деревьев, как вся площадка перед выступающим из горного склона сооружением окуталась слабо мерцающим серо-голубым сиянием. Жрица приподняла руку, похоже, одновременно и требуя от нас прекратить движение и привлекая к себе внимание той системы, что отслеживала происходящее вокруг базы.
