— Там. До него метров триста.
— Я бы на их месте прихватил нас прямо здесь, — сказал Сварог, оглядываясь. — Но если до сих пор не прихватили…
— Хотите сказать, ждут у ворот, — понимающе кивнул Ключник. — Возможно, возможно… Ну мы туда и не пойдем! Перелезем здесь.
— Как перелезем? — быстро спросил Ольшанский. Похоже, он занервничал. — Высоко.
— Да уж как-нибудь осилим, — сказал Сварог. — Коли жить хотим. Возьмем ящики из палаток. Поставим друг на друга. Все, надо идти…
Их группа с Ольшанским в центре образованного охранниками кольца направилась к стене, передвигались настолько быстро, насколько получалось. Лесник и Ключник тащили пустые ящики, размером с телевизор, вытряхнув из них предварительно какие-то черепки и кости. Сварог держался чуть в стороне от группы, прикрывая собой Лану.
Вот и стена. Сложена из одинаковой величины шлифованных камней, обмазанных коричневатой, похожей на глину массой. Только это не глина, та бы за давностью лет отсохла и отвалилась, эта же — будто вчера намазали.
Ящики поставили друг на друга, придвинув вплотную к стене. Двое охранников первыми забрались на них и, сделав из рук упор, помогали подниматься остальным.
Сварог влез на стену одним из последних. И задержался на какой-то лишний миг, чтобы бросить взгляд на древний город Аркаим.
Как ни странно, за стеной, внутри города, тумана вообще не было. Ни единого намека на туман. Законы природы вообще и физики в частности, думается, здесь были ни при чем. Какие-то иные законы совсем иной природы распоряжались сегодня на этой земле…
Заветный город не поражал размерами, в радиусе был не более пятисот метров.
Ни единого намека на туман. Законы природы вообще и физики в частности, думается, здесь были ни при чем. Какие-то иные законы совсем иной природы распоряжались сегодня на этой земле…
Заветный город не поражал размерами, в радиусе был не более пятисот метров. Два вписанных друг в друга кольца, внешнее и внутреннее. Внутреннее кольцо радиусом было примерно метров сто пятьдесят — двести. И эта внутренняя стена вдобавок была заметно ниже внешней — той, на которой сейчас восседал Сварог.
Действительно, как где-то Сварог читал, город сверху походил на колесо. Все из-за невысоких (метра, наверное, полтора, вряд ли выше) стенок, берущих начало от центральной площади и идущих до внешней стены. Эти стенки делили город на равной площади сектора, в них были проделаны неширокие проходы из сектора в сектор. Внутри этих секторов, там и сям, на первый взгляд, совершенно хаотично, грибами торчат фундаменты — каменные тумбы разной высоты и ширины.
«И вправду все это здорово смахивает на гигантский ребус, — пришло в голову Сварогу. — Понятно, почему Аркаим не дает покоя…»
А вот чего так и не увидел со стены Сварог — так это макушек засадного полка и торчащих из-за стен стволов. Только стоит ли этому радоваться?
Ладно, пора вниз.
Его подхватили внизу крепкие руки. Ноги коснулись земли древнего города Аркаим…
Ба-а-а!
Это было похоже на щелчок. Будто кто-то с размаху хлопнул ладонью по выключателю и в комнате зажегся свет. И сразу осветились все углы памяти Сварога. До того лишь какие-то тени проступали сквозь комнатный мрак: поди скажи, что это там притаилось в углу — простой стул или чудовище. Теперь же стало отчетливо видно, что есть что. Вернее — кто есть кто…
Пелена вдруг упала, и, едва ступив на землю Аркаима, он понял, кто он есть, бес или подлинный Сварог.
«Оказывается, вот как просто…»
И у него появилось чувство такого облегчения, которое, пожалуй, он не испытывал ни разу в жизни.
— Что с тобой? — услышал Сварог голос Ланы.
— Нормально, — ответил он. И улыбнулся загадочно. — Голова закружилась. Пошли…
И тут же другое торкнуло: если я осознал себя, значит, и тот, второй, если он где-то рядом, тоже понял свою сущность?..
Растянувшись цепочкой, ощетинившись стволами, шаря взглядами во все стороны, они двинулись по Аркаиму. Сварог отметил, что несмотря на всю несыгранность группы, одновременное совместное продвижение у них получалось довольно грамотно. Может быть, всеми ощущаемая и без всяких детекторов с индикаторами близкая опасность мобилизовала всех без остатка.
…А в Аркаиме стояла поразительная тишина. Ни шорохов, ни шебуршания мелких зверьков, ни птичьего щебета… Кстати, вдруг обратил внимание Сварог, земля Аркаима цветом, твердостью и ровностью странно напоминала монгольскую степь. И точно так же лишь кое-где торчат редкие худосочные травинки. И так же, наверное, эту почву лопатой не возьмешь, надо ломом долбать, намучаешься, как с бетоном…
Сварог задрал голову — смерч монотонно кружил над долиной. Вроде бы несколько приблизился к городу. Или только кажется?
Добрались до второго, внутреннего радиуса. Вторая стена была чуть пониже первой — метра два с половиной от силы. Через нее перебрались быстро и без проблем.
Во втором круге Аркаима, как заметил Сварог, фундаментов было больше. Что уж стояло на них и стояло ли что-либо вообще, неизвестно, однако почему-то у Сварога сложилось стойкое убеждение, что никогда и ничего.
«Интересно, — подумал он, — а если это все же был нормальный город, то почему не сохранились фундаменты жилых домов?»
Сходящиеся к середине, как спицы в колесе, лучи обрывались перед центральной и единственной площадью Аркаима. Площадка была поразительно ровной, покрытой белым, похожим на бетон раствором. Посреди нее лежала серая гранитная плита, квадрат со стороной метра в полтора, с небольшим чашеобразным углублением…
— Стойте, шеф! — Ключник схватил за плечо попытавшегося сунуться на открытое пространство олигарха. — Так мы подставимся.
Ольшанский, резким движением вскинув руку, посмотрел на часы.
— У нас сорок минут, — сказал он леснику-тибетцу.
— Четверть часа в запасе есть, — ответил Донирчеммо Томба.
«Ну конечно! — вдруг догадался Сварог. — Есть некий ритуал, не может не быть. Как пить дать древний-предревний, может быть, позаимствованный ими в том самом монастыре. А иначе зачем наш богатенький буратино таскает за собой этого тибетца! Добавим сюда еще вещмешок за спиной у Томба, куда наверняка сложен ритуальный инвентарь, и все срастается наилучшим образом…»
— Мы успеем только на тот свет, шеф, если сейчас выйдем на площадь, — Ключник говорил, чеканя каждое слово. — Сперва я со своими ребятами должен зачистить землю. Если лесник и вот он, — показал пальцем на Сварога, — нам помогут, справимся минут за семь. После блокируем подходы, и вы сможете…
Поблизости раздался сухой хлопок, и один из охранников, пьяно шатнувшись, начал медленно падать. Что-то просвистело, и арбалетная стрела угодила в шею другому охраннику — тому, кого Ключник назвал Олегом. Хрипя, Олег упал, как подсеченный.
— К стенам! — рявкнул Ключник. — Прижаться к стенам! Живо!
— Оружие на землю! — раздался отчего-то вполне предугадываемый крик, откуда-то слева. То ли из-за невысокого фундамента, то ли из-за делящей город на сектора стенки. — Иначе смерть!
Очередь прошла по земле, потом по стене. Сварог увидел, откуда стреляют! Автоматчик засел за метровой высоты фундаментом. А была еще арбалетная стрела. Если даже предположить, что первый винтовочный выстрел и автоматная стрельба — дело рук одного человека, то стрелков все равно уже получается как минимум двое.
