— Ой не могу… Я сейчас представила… — Лана делала глубокие вздохи, пытаясь успокоиться. — Представила, как мы… в наших… костюмчиках вылезаем посреди города из этой «вагонетки»… Вылезаем, будто так и надо. Причем не просто в камзолах, а в драных камзолах и порванных платьях. Я босиком. Этакие поизносившиеся маркиз с маркизой, приехавшие домой на «Геландвагене»…
С беспокойством поглядывая на Лану — не начнет ли стучаться головой о руль, — Сварог наугад вытащил из бардачка книжку в мягком переплете, что лежала поверх всего остального барахла. Посмотрел на обложку, прочитал название… и обмер.
Нет…
Не может быть!
Он вдруг почувствовал, как голова стремительно пошла кругом.
— Почти приехали, — услышал он неожиданно спокойный голос Ланы, но теперь с ним самим отнюдь не все было в порядке: голос донесся словно бы откуда-то из-за стены.
Сварог поднял голову, невидяще глянул сквозь лобовое стекло на дорогу. Свет мощных фар выхватил установленный на обочине синий прямоугольник дорожного указателя. На нем, как и положено, белым по синему было написано, причем по-русски: «ШАНТАРСК. 75 км».
Глава пятая
ПРОВЕРКИ НА ДОРОГАХ
Шантарск? Шантарск! Написано по-русски!
— … — невольно вырвалось у Сварога.
— Что еще не слава богу? — спросила Лана.
— Да так… просто свои мысли.
Сварог теребил в руках растрепанную книжонку небольшого формата — поместится и в кармане, с отклеивающейся бумажной обложкой. Называлась книжонка опять же по-русски — «Каналья готовится к нырку», а под названием имелся и рисунок: один аквалангист сосредоточенно целится из подводного автомата, причем совершенно нереальной системы, в другого аквалангиста, мирно проплывающего неподалеку сквозь сине-зеленую муть…
Сварог перевел дыхание и вытер отчего-то вспотевший лоб. Так, значит, что… Значит, он вернулся? В смысле — не на Талар вернулся, а на…
На Землю?! И не просто на Землю — а конкретно в родную Россию!
Ну ничего себе…
У него словно глаза открылись. Только сейчас Сварог сообразил, почему прекрасно понимает жителей этого мира. Да по причине насквозь банальнейшей! Все, исключительно все, с кем он успел здесь пообщаться, разговаривали на обыкновенном, нормальном, знакомом до слез русском языке!.. (Наверное, кто-нибудь из высокоумных психологов сможет объяснить, как это получилось, что Сварог не узнал родной язык, хотя сам же на нем и беседовал. Может быть, всему виной то обстоятельство, что он просто привык понимать многочисленные чужеземные наречия — начиная с Талара и заканчивая Короной, вот и тут принял это понимание как должное, не вдаваясь в лингвистические дебри… А может, дело в том, что Сварог после демонического судилища рассчитывал оказаться где угодно, но только не там, откуда начал свое странствие по вселенным; потому и не узнал Землю, не захотел признавать, подсознательно заместил родину новым, неведомым миром. Кто знает?..)
А с другой стороны… С другой стороны, ведь вполне могло статься так, что это никакая не Земля, а планета очень на нее похожая. Земля-параллельная, Земля-альтернативная, Земля-прим — называйте, как хотите. И судя по тому, что он увидел здесь, именно таким образом все и обстояло. Или же это далекое будущее родной Земли?
Нет, ну надо же…
И вот эту мою Землю хотят уничтожить бесы?!
Он открыл рот, чтобы незамедлительно приступить к рекогносцировке, но Лана, уже успокоившаяся и снова сосредоточенная, погруженная в дорогу, опередила его.
— А эти твои мысли, — спросила она, продолжая прерванный разговор, — они случайно не насчет того, кто именно устроил нам кровавую баньку?.. Помимо господина И. Ага, я угадала?
— Почти… — выдохнул Сварог. — Просто появились кое-какие соображения.
— У меня тоже кое-какие появились. И понимаю, почему ты темнишь. Думаешь: «Я не знаю, кто это девочка и на кого работает». Так?
— Примерно, — сказал Сварог, который думал совсем о другом.
— Мне тоже такие мысли приходили… только касательно тебя, — похоже, эмоциональный взрыв у Ланы сопровождался словесным поносом. А что делать — кровушка прямо-таки кипит от адреналина… — Никаких обид, мы ж друг друга не знаем, а вокруг заповедника в Аркаиме возится столько народу…
И тут Сварог во второй раз за последние две минуты испытал чувство, сравнимое с катарсисом. Что она сказала? Аркаим? Нет, ребята, в самом деле Аркаим, тот самый, о котором упоминали бесы?!
Он открыл было рот, но тут Лана громко протянула:
— Нет, ну елы-палы! — и принялась притормаживать. — Ну, эти как всегда. Вот ведь уроды, а? В самом неподходящем месте и в самое неподходящее время.
Вот ведь уроды, а? В самом неподходящем месте и в самое неподходящее время. Хотя у них должна быть связь…
— Кто? — вырвалось у Сварога.
— Кто-кто… Гибэдэдэ.
Последнее, совершенно незнакомое слово у Сварога отчего-то сассоциировалось с «ёпэрэсэтэ» — наверное, из-за интонации, с которой его произнесла Лана. Словно сплевывала волосок, прилипший к губе.
Он посмотрел в лобовое стекло. И на время напрочь забыл об Аркаиме.
Метрах в пятидесяти впереди вращалась синяя мигалка, укрепленная на крыше автомобиля незнакомой марки, посылая в ночь тревожные сигналы: «Внимание, всем стоять!» Этот, стоящий у обочины автомобиль с мигалкой врубил фары и осветил вышедшего на дорогу человека. В руках у человека был до боли знакомый полосатый жезл — вот только этот еще и светился в темноте. Причем светился не только жезл, но и надетая поверх серой милицейской формы жилетка — желто-зеленым химическим колером.
Гаишник!
У Сварога возникло двойственное и оттого неприятное ощущение. С одной стороны, видеть родного, строгого, но бесхитростного повелителя полосатой палки, не обладающего ни темными, ни светлыми — никакими! — колдовскими способностями, было хорошо. Тепло и уютно, будто вернулся в любимую тихую квартиру после долгой и утомительной командировки куда-нибудь на север… А с другой стороны — накатывала непонятная тоска. По приключениям, что ли? По дворцовым интригам, черт побери, по благородным, коварным лордам и не менее благородным, коварным дамам… Да и… что греха таить-то: тоска по миру, где он, Сварог, был нужен, был властен, был влиятелен…
Он на мгновенье зажмурился, по-детски мечтая, чтобы реальность превратилась в сон. Если, конечно, ему снится тот самый мир и та самая страна, а не что-нибудь параллельное или иллюзорное.
Сварог открыл глаза.
Ничего не изменилось. Лишь укрепилось подозрение, что это все ж таки не настоящая Земля: с плеча гаишника свисал автомат (чего просто-напросто быть не могло), причем явно автомат Калашникова, но какой-то… уменьшенный, что ли? Словно детская игрушка.
Тем временем страж дорог яростно замахал своим волшебным жезлом, приказывая пришвартовываться. В общем, понятно. К какой бы параллельности этот мир ни принадлежал, скорость они однозначно превысили, по любым правилам дорожного движения.
— У тебя деньги есть? — быстро спросила Лана.
Ха-ха.
— Нет, — сказал Сварог.
— Вот и у меня остались в сумочке, — не удивилась Лана, — а сумочка там, где и пальто, и телефон — в Розовом павильоне… Ладно… Прорвемся, не впервой.
Машина остановилась.
Лениво обозначив отдание чести, сержант подошел к водительской дверце. Покрутил пальцем, показывая, чтобы опустили стекло. Лана нажала какую-то кнопку, стекло отъехало с тихим шорохом. Сержант наклонился к окну, колюче осмотрел людей в салоне и внятно представился:
