Барон метнул на десятника недовольный взгляд, и тот замолчал, склонив голову и отступив на шаг. Жермен посмотрел на Сабину и раздельно произнес:
— Пусть она снимет капюшон. Я хочу видеть ее лицо!
Вот и добрались до сути. Дэн давно ждал этого и был готов. Дернув плечами, словно его окатила дрожь, он предостерегающе сказал:
— Господин барон, может, не стоит? Этого… лучше не видеть. Реглас — умелый палач…
— Ничего, сэр Томак. Я видел и не такое…
Дворяне, чувствуя возникшее напряжение, подвинулись вперед, готовые обнажить оружие. Они хорошо знали своего сюзерена и знали, когда тот готов пойти до конца, невзирая на последствия.
— Хорошо, — сказал Дэн.
Он подошел к Сабине, склонился к капюшону и что-то зашептал.
Шептал он: «Все нормально, снимай». Сабина повела плечами, показывая, что ее учить и успокаивать не надо. Как-никак она клон профессиональной актрисы и играть умеет.
Ковач сделала шаг вперед, обеими руками подхватила края капюшона и резким движением отбросила его назад. При этом выпрямив спину и подняв голову.
Дружный возглас ужаса и изумления пронесся по залу. Дворяне застыли на месте, расширенными от ужаса глазами глядя на женщину.
А привставший от любопытства барон замер в нелепой позе. На его губах замерзала едкая усмешка.
…Планируя взять Ковач с собой, Дэн понимал, что в натуральном, так сказать, виде той появляться в местном обществе довольно опасно. Красота и обаяние звезды могут свести барона с ума и заставить делать глупости. Дэн не хотел, чтобы Жермен или кто-то иной попросту забрал ее себе. Во всяком случае, он учитывал такой вариант.
И он попросил Замятина сделать для Сабины маску из псевдоплоти, какую используют при создании киберов. Тот понял замысел капитана и за один день сделал по слепку специальную маску. Она целиком закрывала лицо, лоб и подбородок.
Замятин расстарался. Когда Сабина первый раз ее надела, она чуть не упала в обморок. Из зеркала на нее смотрела до предела изуродованная женщина, словно побывавшая в пыточной камере.
Лицо пересекал жуткий извилистый шрам иссиня-багрового цвета. Он разрезал лоб, нос, рот и уходил к шее. Второй шрам шел почти перпендикулярно первому, от левого уха через нижнюю губу к мочке правого уха. Щеки и скулы покрыты многочисленными рваными ранами, едва зажившими, с нарывающими краями.
Дэна самого пробрало, когда он увидел Сабину в таком виде. Та сперва категорически отказалась надевать это. Но Дэн и не думал спорить.
— Хочешь угодить в постель к барону? Утех захотелось? Станешь его игрушкой, весь план полетит к черту!
И Сабина отступила. Два дня носила маску, привыкая к жуткому виду. На ночь снимала. Дэн пару раз слышал, как она плакала. Но с успокоениями не лез. Пусть утихнет сама. И поймет, что это не шутки.
Нужные слова он произносил ночью. Начавшая привыкать к его постоянному присутствию Сабина слушала и приходили в себя. Теперь, после того, как она узнала, кто есть на самом деле, после первых ужасных дней «снятия» маски личности, Дэн становился для нее единственным близким человеком.
В день начала операции она демонстративно вышла во двор базы в маске. Повергая всех в шок своим видом. Это вызывало у нее нерадостную усмешку. Она наглядно видела, какой будет реакция аборигенов на ее внешность…
Барон пришел в себя довольно быстро. С шумом выдохнул воздух и торопливо перекрестился. Его примеру последовали остальные. На их лицах вслед за страхом и отвращением проступило выражение жалости. Сабина это видела и подыграла.
Из ее глаз вдруг покатились слезы. Она стояла, гордо подняв голову, глядя перед собой, и беззвучно плакала. Дэн подошел к ней и аккуратно накинул капюшон обратно. Повернулся к Жермену.
— Черти меня раздери! — раздраженно выпалил тот, пряча смущенный взгляд. — За одно только это Реглас заслуживает смерти! Изуродовать женщину!
Он перевел взгляд на Дэна.
— Вы мои гости. Приглашаю отдохнуть с дороги и разделить с нами трапезу. Заодно обговорим планы. Похоже, нам надо спешить…
3
Утром барон развил активную деятельность. Были отправлены гонцы к соседям с посланиями от Жермена, где тот описывал последние новости и настаивал на встрече. Дружину барон приказал собрать воедино. До того часть воинов вела разведку на окраинах владений барона. Также велел быть на месте и наемникам из отряда Шарле. Сам Шарле временно отсутствовал. Уехали и большинство вассалов — собирать своих людей. Каждый мог привести человек по пять-шесть, а то и меньше. Но барон и этому рад.
Жермен решил устроить смотр своих вооруженных сил. Дэн на правах наемника и дворянина сопровождал его. Сабина сидела в комнате, отведенной ей для проживания. Опеку над ней взяла жена барона, так что здесь все было нормально.
Старший сын барона, двенадцатилетний парень, всюду ходил с отцом.
Старший сын барона, двенадцатилетний парень, всюду ходил с отцом. По местным меркам он уже был почти взрослым. Носил оружие и доспехи, специально сделанные под его рост. Как оценил Дэн, юный баронет — паренек хваткий, ловкий и сообразительный. С повадками опытного воина. Здесь рано взрослеют…
* * *
Дружина барона была огромна — насчитывала около ста воинов. Отряд наемников состоял из тридцати человек. Вассалы в общей сложности приведут тоже человек тридцать. Еще Жермен взял в дружину десяток крестьян — самых сильных, владеющих дубиной, топором, цепом. [5]
Итого барон мог рассчитывать почти на сто семьдесят — сто восемьдесят воинов. Было больше, но недавние стычки в лесу Трессе здорово убавили численность дружины. Об этом барон мимолетно поведал Дэну. Тот про себя хмыкнул. Два с лишним десятка воинов, отправленных в небытие, — его рук дело.
…Барон осматривал оружие и доспехи недавно принятых в дружину крестьян. Повертел в руках цеп, пощупал стеганый зипун с нашитыми спереди полосками толстой кожи. Опробовал топор — тяжеловат для боевого, но удобно сидит в руке! Владелец оружия — плечистый среднего роста парень лет двадцати, затаив дыхание, смотрел на хозяина. Нижняя губа подрагивала.
— Убивал кого-нибудь им? — спросил барон парня, возвращая топор.
Тот отрицательно замотал головой. Потом вдруг растянул губы в глуповатой усмешке.
— Только ножиком, господин. Разбойничка одного на дороге.
Барон кивнул и повернулся к стоящему неподалеку Дэну.
— Что за доспехи у воинов Регласа?
— Они называют это кирасой, — словно вспоминая незнакомые слова, сказал Дэн. — Это как панцирь, только металлический. Очень крепкая броня. Шлемы сильно вытянуты вверх. На вооружении палаши — такие мечи, длинные, заточенные с одной стороны. Ими хорошо разрубать доспехи. Еще кинжалы, копья, цагры. [6] Владеют оружием очень хорошо. Я слышал, они несколько раз схватывались в лесу с чьими-то воинами. Может, и с вашими.
Барон поморщился, но ответил:
— Я потерял в том проклятом лесу два десятка своих людей. Исчезли бесследно.
— Стражники говорили, что Реглас потерял несколько человек…
— А что на тебе за доспех?
Вчера барон спрашивать не стал, не до того было. Но сейчас внимательно рассматривал бахтерец и висящий на поясе меч.
— Этот доспех я купил на юге. Там его называют бахтерец. Надежная броня, хорошо защищает от ударов, на среднем расстоянии может выдержать стрелу. Не очень тяжелый…
