Какое тут холодное оружие, какое фехтование, стрельба из лука, рукопашный бой?! Действующий сотрудник просто не имеет времени и возможности поддерживать высокий уровень специфической подготовки.
Нет, конечно, можно найти человека, выделить ему достав точно времени на тренировки. На это уйдет как минимум три-четыре месяца. А если поставить задачу — дойти до полуфинала (гарантия попадания на бал), — то и больше. Кто на это пойдет? Никто…
«Нет, Навруцкий не сотрудник спецслужб, — рассуждали Эрвуд. — Видимо, нанятый агент. Тогда становится понятно его поведение. Опыта для более тонкой игры не хватает. Действует топорно, напрямую. Но то, что он наемник, — хорошо! Наемника можно перевербовать, дать другую работу. Не против прежних нанимателей, а вообще в иной сфере. Предложить высокий гонорар, показать перспективу, намекнуть о возможностях. А то и устроить демонстрацию. Навруцкий — профи, этого не заметит только слепой. Он по достоинству оценит увиденное и даст согласие. Должен дать. А если нет… То останется с носом. И его наниматели тоже…»
Придя к такому выводу, Эрвуд повеселел. Шаг обрел былую упругость, голова вскинулась вверх.
План действий в отношении Навруцкого ясен — сначала подослать к нему «гостью», потом провести беседу. Но агенты редко когда работают по одному. Значит, есть и второй. Наиболее вероятная кандидатура — Глеб Щеглов. Тоже русский, служил в армии и скорее всего тоже воевал. В КГБ (или МВД) сделали ошибку, послав сразу двух солдат. Правда, есть еще Грегор Нортон. С этими имеет смысл говорить после беседы с Навруцким.
«Я возьму паузу, — менял на ходу план действий Эрвуд. — Если Навруцкий ждет от меня ответного хода, то… пусть ждет. Завтра подошлю «гостью» и посмотрю на его реакцию. А там видно будет…»
5
О задании пришлось на какое-то время забыть. Дэна атаковали журналисты. Видимо, заранее подгадав удачный момент, они подловили его на выходе из верхнего зала и насели толпой. Пятеро журналистов, три оператора, кто-то от организационного комитета. Чуть позже подоспели еще трое журналистов. Вопросы посыпались как из рога изобилия.
— Мистер Стас, какое самое яркое впечатление от игры?..
— Кого бы из знаменитостей вы хотели видеть на балу?..
— Анна Тирра сказала, что вы прилично танцуете и что у вас очень сильные руки. Вам она понравилась?..
— Как вы расцените тот факт, что некоторые геймеры негативно отзывались об используемых вами в игре бомбах?
— Рюрик сказал, что вы нарушили правила честной борьбы, и хочет вызвать вас на бой…
Дэн, несколько растерянный и удивленный таким напором, вертел головой, не зная, что делать. Послать всех и уйти, конечно, было бы здорово, но как-то по-детски. Вступать в перепалку, спорить, оправдываться — глупо.
Хорошую свинью ему подложили организаторы. А ведь он предупреждал их, чтобы никаких интервью. Выставили на посмешище, гады!
От злости на них, на журналистов, на самого себя он пришел в состояние холодной ярости. Ушли ненужные мысли, мозг заработал быстро и четко, от неуверенности не осталось и следа.
Один из сотрудников оргкомитета хотел что-то сказать, но Дэн наставил на него указательный палец и приглушенно рявкнул:
— Заткнись!
Потом перевел взгляд на ближнего репортера. Набрал воз духа в грудь. И устроил то, что в последующем средства массовой информации назвали блиц-отбивом.
— Самое яркое впечатление — полуденное солнце в степи.
— Видеть хотел бы многих, но вряд ли они хотели бы видеть меня!..
— Рядом с такой партнершей, как Анна, любое бревно научилось бы танцевать в два счета!..
— Я не выходил за рамки дозволенного! Геймеры могут говорить что им вздумается!..
— Если Рюрик хочет сесть в тюрьму за покушение на убийство, то пусть обойдется без меня!..
Он отлично запомнил, кто из репортеров какой вопрос задал. Чуть поворачиваясь к тому корпусом, брал его на прицел указательного пальца и, глядя в глаза, отвечал.
— …Вы выступали в маске. Это вызвано желанием создать вокруг себя ореол таинственности?
— Желанием скрыть лицо.
— С вами в игре в качестве пленного находился тролль. С какой целью вы его захватили?
— Переносчик грузов, помощник.
— Как вы потратите призовые деньги?
— С пользой.
— Вы играли очень жестко, можно сказать — жестоко. Чем вызвано такое поведение?
— Желанием победить с наименьшими потерями времени, сил и средств.
— Некоторые компании и фирмы в открытую борются за право предложить вам рекламные контракты. Несколько телеканалов хотят видеть вас своим ведущим. А Джеймс Метранс готов предложить вам главную роль в блокбастере «Тевтонский орден».
— Подобные предложения меня не интересуют.
— Вам легко было убивать кибер-модели и био-копии? Не испытывали ли вы внутренних терзаний и сомнений?
— Не больше, чем вы, нарезая огурцы и помидоры.
— Общество защиты искусственных созданий готовит акцию протеста против жестокого обращения с ними. Вы готовы выступить их оппонентом?
— Меня их акции не волнуют. Если хотят — пусть не терзают телевизоры и компьютеры, не используют самолеты и машины, оставят в покое лифты и эскалаторы. И забудут об электричестве.
Немного смущенные его четкостью и скоростью ответов репортеры снизили напор.
И Дэн немедленно этим воспользовался.
— Благодарю за внимание, дамы и господа! Было очень приятно пообщаться! А сейчас прошу меня извинить — я хочу утолить жажду. Всего доброго!
Он развернулся, чтобы ступить на эскалатор. И услышал еще один вопрос, заданный в спину:
— Вы снимете маску, как обещали?
— Не сейчас.
— Уф-ф!.. — откинулся на спинку кресла режиссер бала. — Я уж думал, он их пошлет куда подальше.
— Я тоже, — признался помощник. — А он здорово отвечал.
— Да. Взять его на испуг не вышло. И смутить напором — тоже. Отбить атаку репортеров так, чтобы не вызвать их раздражения, многого стоит.
— Скорее они довольны! — заметил помощник. — Стас приобрел поклонников в их среде. Вот увидите, завтра пресса будет взахлеб хвалить находчивость и общительность, а также лаконичность ответов геймера. Только вот что он будет делать с маской?
— Снимет, — уверенно сказал режиссер. — Он свое слово держит, я успел это понять. А вот как снимет — вопрос.
— Думаю, мы об этом узнаем, только когда все произойдет.
— Пожалуй. Подготовь запись интервью к утреннему выпуску. Мы должны показать это первыми.
Программа бала предусматривала большой перерыв в череде номеров, выступлений, представлений. Дабы не «перегрузить» геймеров, непривычных к таким мероприятиям, и не утомить звезд, слегка уставших от них.
Участники шоу постепенно разошлись по десяткам комнат, малых залов, покоев. Где к их услугам были накрытые столы, удобные диваны и кресла.
К этому времени общая съемка бала тоже прекратилась. Журналисты и репортеры могли взять паузу и просто поговорить с героями игры.
Перед перерывом граф Дракула объявил о наступлении «времени чудес», когда исполнялись все желания игроков, какие только могли прийти им в голову. Конечно, они не должны были выходить за рамки разумного.
Кто-то сейчас примерял роль восточного шейха — его обслуживали полтора десятка наложниц (девочек взяли из борделей). Кто-то разговаривал со знаменитой актрисой, с которой в обычной жизни никогда бы не встретился.
