— Иногда в том, чтобы быть человеком, — тихо произнес вампир, но увлекшаяся полосатым желе Маша этой фразы не услышала.
… После ресторана они пошли в парк, хотя в принципе Марья презирала все эти качели?карусели, воздушные шарики и комнаты смеха, считая, что она уже вышла из возраста, в котором пышный клок сладкой ваты на липкой палочке является пределом мечтаний.
Но в парке было хорошо. Среди липовых аллей не так ощущалась жара, били фонтаны, отцветающие тюльпаны никли на клумбах… Марья понимала, что давно пора домой, что она выглядит смешно — с корзинкой роз в одной руке и авоськой с хлебом — в другой, но ее новый приятель оказался таким интересным собеседником!
(В самом деле, когда ты ходишь по этой земле уже двести лет, тебе есть что порассказать понравившейся девушке)
А девушка, поскольку была легкомысленной и на момент знакомства с вампиром никем не увлеченной, легко поддалась тому странному обаянию, которое все сильнее и сильнее проявлялось в субтильного вида парнишке. Ведь общеизвестно, что вампиры могут очаровывать своих… потенциальных жертв.
Впрочем, вряд ли Марья Белинская превратилась в потенциальную жертву вампира. Скорее, это очкастый вампир пал жертвой Машкиных худых коленок, длинных, обесцвеченных перекисью волос и такого выражения лица, про которое папа Авдей говорил с восторгом: «Вылитая Викка!»
— Маша, смотри, комната ужаса. Зайдем?
— Давай. — Марья рассмеялась, представив, как она будет пугаться нарисованных на картоне монстров, когда за руку ее держит вампир.
Монстры, подсвеченные красными лампами, не впечатляли. По комнате ужаса, кроме Маши и вампира, бродило с пяток пацанят мелкого возраста. Пацанята с видом знатоков поясняли друг другу:
— Скелет пластмассовый. Колька в прошлый раз у него какую?то фигнюшку отвертел, он с тех пор не двигается…
— Разве у настоящих мертвецов такие руки бывают? Налили краску и думают — похоже…
— Зырьте, пацаны, это, типа, вампир. Ха, клыки картонные! А внутри магнитофончик спрятан, чтобы выл!
Тут Роман притянул к себе Машу и прошептал ей на ухо:
— Хочешь, я их напугаю? Им же скучно… У них впечатлений будет потом на целую неделю… А ты мне подыграешь, ладно?
Машка тихо рассмеялась. Ей идея понравилась,
— Я кого буду изображать? — спросила она.
— Попавшуюся в мои безжалостные руки жертву!
— Ладно…
Роман ушел в самый дальний и темный угол комнаты, а Марья принялась старательно изображать свое одиночество и запуганность всякими монстрами. Пацанята вскоре обратили внимание на великовозрастную девицу, которая пищит от ужаса при виде свисающих с потолка резиновых летучих мышек.
— Во, дура здоровая, боится, — презрительно глянул на Марью пацанчик высотой с тумбочку.
Мальчишки развернулись, чтоб уходить, и Марья поняла, что ей надо проявить инициативу и задержать их.
— Ребята, — проскулила она, указывая на темноту, в которой скрылся Роман. — А в прошлый раз в том углу был настоящий вампир! Он как завоет, как напугает!
— Нету там никого, — авторитетно заявил мальчик?тумбочка. — Там только швабра и ведро. Мы все тут излазили. Нету вампира.
— Ах, говорите, меня нету?у?у?! — Замогильный, леденящий душу голос донесся из упомянутого угла. Мальчишки вздрогнули.
— Наверное, новую куклу поставили. С компьютером внутри, — с дрожью в голосе предположил все тот же мальчик.
… И тут Роман явился во всем своем ужасающем великолепии!
Глаза горели мертвенным голубым огнем. С длинных клыков капало нечто красное. На растопыренных пальцах выросли острые кривые когти.
Вампир, покачиваясь и вытянув руки, шел на публику.
— Кто потревожил мой сон?! — завывал он. — Я хочу крови! Дайте мне крови!
— Робот, наверное… — услышала Марья за спиной восхищенно?испуганный шепот.
Роман подошел к Маше и схватил ее за плечи:
— Дай мне крови! И шепотом:
— Изобрази обморок. Я тебя крепко держу… Машка вскрикнула:
— Ах! — и изобразила.
— Жертва! Моя жертва! — играл на публику Роман. Публика, отбежав поближе к двери, наблюдала и ужасалась.
Технически подкованный мальчик сказал было:
— Это просто трансформер…
Но в этот момент вампир выпустил крылья и взлетел к потолку, держа в объятиях «бесчувственную» Машу. Мальчики с писком и визгом дунули из комнаты ужаса. Только двери захлопали.
— Эх, — огорченно сказала Марья, опускаясь вместе с вампиром на пол. — Не дождались они момента, как ты меня кусать будешь.
Они расхохотались, глядя друг на друга. Потом вампир как?то посерьезнел, сложил крылья, надел очки и сказал, глядя куда?то в сторону:
— Извини. Глупости это, конечно. Тебе, наверное, неинтересно со мной…
Марья, в этот момент поймавшая себя на крамольной мысли о том, когда же они начнут целоваться, покраснела и выдавила какую?то глупую фразу типа «Да все нормально»…
Когда они вышли из комнаты ужаса, щурясь от яркого солнца, то увидели возле кассы огромную очередь и тех самых пацанят, взахлеб рассказывающих о том, что теперь появился новый аттракцион — голографический вампир. И выглядит совсем как настоящий!
— Тебе можно в кино играть, — сказала Маша.
— Пробовал.
— Серьезно?!
— Да. Только никуда, кроме «Ералаша», меня не принимают.
В конце концов Марья вспомнила, что ушла из дому полдня назад.
— Мне нужно домой, — сказала она. — Я же за хлебом пошла. А то сестра в милицию начнет звонить.
— Я понимаю, — кивнул вампир. Рядом с ними как по волшебству остановилось такси. — А ты скажи, что в магазине была очередь…
Вампир проводил Машу до дверей квартиры.
— Может, зайдешь? — из вежливости спросила Маша. На самом деле ей хотелось побыть одной. По естественной, но деликатной причине.
— В другой раз… — Роман наверняка прочитал ее мысли.
— А…
— Давай завтра съездим на пляж… Или сходим в кино. Куда хочешь.
— Ладно. Ты ведь придешь?
— Обязательно.
— Ну, пока… — Марья открыла дверь квартиры.
— Пока… — вампир, игнорируя лифт, зашагал вниз по ступенькам.
Когда за Машей захлопнулась дверь, он остановился, достал из кармана джинсов красный мелок и написал на стене лестничной площадки:
МАШЕНЬКА
Воровато огляделся, распустил крылья и спланировал вниз из открытого по случаю жары окна.
* * *
… Следующим вечером, ближе к шести, вампир снова ждал Машу у подъезда, предварительно позвонив по телефону. Марья, настроение которой было испорчено очередной нравоучительной беседой с Дарьей, вышла на прогулку с мрачным видом. Но настроение у нее сразу улучшилось, едва к ней подошел Роман и протянул букет цветов, на сей раз альпийских фиалок.
— У тебя очень красивое платье. И ты сама… тоже, — смущаясь, как положено смущаться шестнадцатилетнему неиспорченному мальчику, сказал вампир.
— Спасибо за комплимент! Куда мы идем сегодня?
— Если ты не против, то давай поедем в Измайловский сад.
— Не против. А что там особенного?
— Там красиво. И… неподалеку офис нашей фирмы. Если захочешь посмотреть…
Марья, до сего момента интересовавшаяся тусовками, экстремальным макияжем и последними сплетнями из жизни знаменитых диджеев, отчего?то согласилась на такое скромное времяпровождение.
Среди чистеньких березовых аллеек Измайловского парка бродила скромная публика, никто не пялился ни на Машу в ее сшитом из японского шелка легком платье, ни на Романа, распустившего по спине крылья как темный плащ.
