— Даже твое? — изумился мальчик, оглядывая высокого эльфа с ног до головы.
Его тело, казалось, было сплетено из корабельных канатов, такое же жесткое и бесчувственное.
— Даже мое.
— Но ты не дергаешься.
— Это всего лишь сила привычки. Я знаю, что успею уклониться от удара при определенной скорости, даже если не блокирую чужой клинок. А ты, твердо зная, что в любом случае острие моего меча остановится за волосок от твоей кожи, все равно инстинктивно отскакиваешь. Это — страх твоего тела.
— Но я смогу его преодолеть?
— Да, но не сразу и не скоро.
— Это потому что я человек, а ты эльф? Правильно?
— Нет.
— Почему?
— Потому что, когда мне было тринадцать, как сейчас тебе, я дергался точно так же.
По глазам было видно, что принц не поверил. Ему вообще с трудом верилось, что грозный и непобедимый Мастер Альс мог когда-то быть ребенком, маленьким, уязвимым и, возможно, даже беззащитным.
— Как звали твоего учителя? — спросил мальчик.
— Мастер Фьеритири из Шассфорской цитадели, — улыбнулся Альс.
Если начать припоминать, то Фьер учил его спустя рукава, больше полагаясь на самостоятельность Ириена и на его чувство ответственности, чем на муштру. Великому мечнику было скучно повторять одно и то же, тратить время на тренировки. Он делал проще. Он раз или два, не больше, показывал, как движение, выпад или пируэт выглядят в идеале, и оставлял ученика исходить завистью и желанием повторить увиденное. Затем через какое-то время принимал то, что получалось в результате самостоятельных тренировок, исправлял ошибки, ставил руки и ноги и дальше предоставлял Ириену возможность для собственных вариаций. В конце концов, меч будет в руках Альса, и враг будет не Фьеров, а Ириенов.
Пояснить эту методику Хальдару было сложновато, но Альс честно попытался донести хотя бы суть.
— Он тебя не ругал и не хвалил, просто показывал и уходил в сторону, — сделал вывод принц.
— Ну примерно так.
Хальдар покачал головой:
— Я бы, наверное, так не смог.
«Это верно, — согласился с ним мысленно Альс. — Здесь у тебя столько соблазнов, развлечений и впечатлений, что до меча руки бы точно не дошли».
— Я жил на маленьком островке в компании с тремя Мастерами, и у меня всегда было чем заняться.
— А твои родители?
— Я не видел их с тех пор, как мне исполнилось восемь лет, — пояснил эльф.
— Я понимаю, — вздохнул мальчик.
— Я понимаю, — вздохнул мальчик.
— Вряд ли… Что ж, вернемся к нашим контратакам.
— Вернемся.
Тренировка вышла на редкость продуктивная, и Альс в конце занятий выглядел крайне довольным, что с ним случалось редко. Довольство не входило в число расточаемых им направо и налево чувств.
— Вы сегодня просто молодчина, Хальдар. Я обязательно замолвлю за вас словечко перед его величеством, — пообещал он, вогнав отрока в краску смущения.
Все-таки принц был ребенком на редкость неиспорченным. Во всяком случае, пока.
— Спасибо, Мастер. Вы зайдете сегодня вечером ко мне доделать лодку?
— Обязательно, — заверил Альс мальчика.
Хальдар бредил морем и кораблями, а Ириен не придумал ничего лучше, как научить принца строить миниатюрные кораблики и лодочки. Точно такие, как настоящие, из тех же материалов, только не более локтя в длину. Когда-то Альс делал настоящие корабли на верфях Арнахиара, дослужившись до бригадира-корабельщика и спустив на воду не одну шикку. Ведь преимущество эльфийского долгожительства на самом деле заключалось в том, что можно было научиться очень многому, практически всему, чего душа желала.
«Попробуйте извлечь кого-нибудь из обитателей Красного замка, и вы гарантированно заработаете сердечный приступ», — решил мысленно Шонн Носташ, прежде чем впал в ярость и учинил в приемной коменданта форменный скандал. Королевский указ гарантировал дознавателю всецелую помощь любого представителя монаршей власти, и нигде, ни в едином пункте указа не было сказано, что тупые головы вояк являются точно таким же препятствием к правосудию, как и наглухо закрытые ворота какого-нибудь обывателя. Достучаться до разума капитана Пирри оказалось делом сложным. Тот никак не мог взять в толк, каким образом в королевский дворец может запросто явиться какой-то чиновник и чего-то там требовать. Дело сдвинулось с мертвой точки, только когда Носташ заявил, что желает видеть Ириена Альса. А так как пояснять капитану Пирри, зачем ему понадобился эльф и по какому делу, королевский дознаватель не собирался, капитан сильно обиделся и не хотел ни пускать господина Носташа во дворец, ни посылать кого-либо за эльфом. Шонн пообещал подать жалобу через свое начальство на имя самого короля. Пирри в ответ посоветовал расцеловать его задницу. И если бы разговор продолжался в том же ключе, то кровопролития было бы не избежать. И еще неизвестно, кому бы больше досталось. Шонн Носташ владел мечом не хуже многих профессиональных воинов. И все благодаря отцу — старому наемнику, воевавшему во всех войнах, которые вел Игергард последние сорок лет. К счастью, свидетелем препирательств стал постельничий его величества лорд Баккар. Он-то и положил конец бесчинствам капитана Пирри.
— Раздери вас демоны, Пирри! Вы же видите, что человек исполняет указ его величества! Пропустите его немедленно!
— Спасибо, милорд, — облегченно вздохнул Носташ, кланяясь чуть ли не до самой земли. Он уже успел смириться, что придется писать жалобу, чего ему сильно не хотелось делать.
Дверь в зал распахнулась совершенно неожиданно и для принца и для Альса.
— Его высочество нельзя беспокоить! — взвился голос слуги.
— Простите, ваше высочество! — кланяясь, проговорил капитан Дэссарин. — У нас неотложное дело к Мастеру Альсу.
За его спиной маячило донельзя довольная морда Ксанри, что означало большие неприятности для эльфа.
— Какое дело? — удивился Альс.
— Какое дело? — удивился Альс.
— Его величество срочно требует вас в свои апартаменты. Следуйте за мной, Мастер.
Альса не нужно было просить дважды, он беспрекословно подчинился, гадая лишь о причине такого внезапного вызова. Раз в дюжину дней он отчитывался перед королем об успехах наследника, в случае же когда Витор желал побеседовать с эльфом лично, то посылал за ним своего постельничего лорда Баккара. Капитан Дэссарин командовал личной охраной короля, и время от времени Альс, по просьбе Витора, спарринговался с его телохранителями.
— А в чем дело, капитан? — тихонько спросил эльф.
— С вами хочет побеседовать королевский дознаватель господин Носташ. Он очень умный человек. Не сбрасывайте его со счетов, — пробормотал Дэссарин, стараясь сделать свое предупреждение незаметно.
Больше Ириен вопросов не задавал. Хотя так и не смог догадаться о причинах интереса законников к своей особе.
— Сдайте свое оружие, Мастер, — приказал капитан.
Мечи перекочевали в его руки без всякого сопротивления.
Кроме раздраженного до предела Витора в кабинете находился высокий молодой человек в синем форменном плаще с гербом на пряжке. Он не слишком робел в присутствии короля, хотя Витор при желании мог нагнать страху на любого из своих подданных. Принц Хальдар унаследовал его пшенично-золотые волосы и яркие глаза, и, видимо, могучим телосложением потомственного воина мальчик тоже пойдет в отца.
