— Привыкнешь. Я понимаю, для тебя это нелегко. Ты считал, что твой долг — охранять людей. Так вот, ради всех людей твой долг сейчас — охранять эту границу и ваших детей.
— Ради… всех?..
— Да. Обычную нечисть можно одолеть и Клинками Боли, но для большой битвы с Силами Зла нужны иные мечи. Вашим детям, Наемник, предстоит ковать совсем другое оружие.
Вот теперь я понял все до конца. Я вспомнил, что сказали Тенаху его Боги. Оружие для битвы еще не выковано, и отношение к нему мы будем иметь лишь косвенное. Вестимо, так. Ковать его будут руки Тайона и Тенхаля. Не диво, что Силы Зла готовы были любой ценой помешать этому. Похитить. Убить. Да что угодно! Боги, мертвые мои Боги, какой же опасности мы избежали!
— Твоя взяла, эльф.
— Значит, вы готовы переехать? — в голосе эльфа звучала такая радость, что даже костер, казалось, запылал ярче.
— Хоть завтра, но куда? Жаль, конечно, оставлять дом и сад, да и прочее хозяйство, но я готов. Только надо сначала хоть времяночку какую выстроить. Не жить же с маленькими детьми в чистом поле.
Эльф усмехнулся.
— О доме не горюй, его бросать не придется.
— Как это? — оторопел я.
— Фундамент его еще Гимар закладывал, значит, все получится. Одним словом, там увидишь.
Я настаивал. Эльф опять засмеялся.
— Вы, люди, кажется, говорите, что мы любим загадочность напускать? Нет?
Я покраснел до кончиков ушей.
— А ведь это правда, между прочим.
— А ведь это правда, между прочим. Любим. Очень не хочется говорить тебе все сейчас.
— И не говори, — буркнул я, уступая.
Выражение лица у моего собеседника было такое, словно меня ожидает невероятный розыгрыш.
— Вот сад оставить придется. Ничего не поделаешь, Наемник. Деревьям место там, где они растут. Не горюй, Наемник. Тебя уже ждет новый сад. Он тебе понравится.
— Еще меду хочешь? — спросил я.
Я никак не мог найти нужных слов и сказал первое, что на язык пришло.
— С удовольствием, — ответил эльф и протянул мне ломоть своего хлеба. Я взял его. Хлеб был еще теплый. Нашим детям будет у эльфов хорошо. Впервые за долгое время, словно свет сквозь ветви, передо мной забрезжила надежда. На ум мне пришла отчего-то старая эльфийская песенка, которую я слышал от Гимара еще мальчишкой. Как там она звучала?
Давай разделим хлеб и мед,
Тепло и свет костра…
Эльф подхватил мой мысленный напев:
Мы будем ждать у этих вод,
Пока взойдут ветра…
— Здесь нет воды, — возразил я.
— Там, за холмом, — эльф махнул рукой в направлении недальнего холма, — ручеек. Не очень большой, но для песни сгодится. Как ты полагаешь?
— Полагаю, сгодится, — с самым серьезным видом, на какой только способен, согласился я, и мы запели напев вдвоем:
Твоим туманом мой клинок
Для боя закален…
И так далее…
Надо сказать, я провел время куда приятнее, чем мои домашние. Они терзались тревогой за детей и ничего не знали обо мне. Так что возвращение мое ознаменовалось упреками и слезами облегчения.
Предложение эльфа было встречено бурей восторга. Ахатани, снедаемая беспокойством за Тайона, была счастлива возможности поместить его в безопасное место. Халлис всю жизнь мечтала повидать эльфов. Тенах был рад удрать от нелегких обязанностей святого. К тому же теперь, когда слова его Богов получили разъяснение, ему и вовсе не на что жаловаться. Морайх перед отъездом признался, что завидует мне, и на прощанье опять расхвалил всех и вся по своему обыкновению.
Что же до эльфийского розыгрыша, то он состоялся. Ох уж мне это эльфийское чувство юмора. Я понял затаенную радость предвкушения, сиявшую в глазах моего ночного собеседника, когда мой собственный дом на моих глазах заворочался тяжко, вытащил из земли фундамент, потоптался немного на месте и, весело помахивая дверями, зашагал к границе трав. До сих пор помню, как содрогалась под его решительной поступью земля и, думаю, никогда этого не забуду.
Из песен о наемнике мертвых богов
Там за холмами мой дом —
Дом, где растут имена,
Где, не прикрытая льдом,
В реках струится весна.
Лето живем на холмах,
Осень — в плодовом саду,
Скоро забывшие страх
Дети по праву придут.
Сильных и ласковых рук
Ждет не дождется земля,
Молот кузнечный и плуг,
Реки, леса и поля.
В горне пылает огонь,
В небе пылает закат,
И с водопоя мой конь
Скоро вернется назад.
НЕ ВХОДИ В ЭТОТ ГОРОД
Жить и воспитывать детей бок о бок с эльфами — сущее удовольствие, но и сущее наказание.
НЕ ВХОДИ В ЭТОТ ГОРОД
Жить и воспитывать детей бок о бок с эльфами — сущее удовольствие, но и сущее наказание. Конечно, детки растут крепкие, веселые, нельзя похаять. Но время среди эльфов течет по-иному. Если бы Ахатани и Халлис не спрашивали у эльфов, мы бы напрочь запутались с днями рождения. Однажды мы дожидались праздничного пирога без малого два года, зато в другой раз я чуть не рехнулся, справляя два дня рождения Тайона с разрывом всего в полторы недели. Опять же, наблюдая за играми, никогда не знаешь, то ли похвалить мальчиков за несвойственную их возрасту смекалку и храбрость, то ли поругать за то, что в их возрасте проводить время за такими детскими забавами просто стыдно. Когда я спрашивал эльфов, они неизменно пожимали плечами и недоуменно спрашивали: «А какая разница?» В конце концов я перестал допытываться.
Вот, скажем, сегодня. Пристала ли Тайону и Тенхалю такая игра? А эльфы им потакают. Совсем разбаловали. Хотя стоит ли их винить? Лодочку-то вырезал я сам.
Тайон и Тенхаль, визжа от восторга, гоняли лодочку взад-вперед по ручью. Эррон, тот самый эльф, с которым мы так славно в свое время пели у костра, стоял в ручье с закатанными до колен штанами и присматривал, чтоб забава не зашла слишком далеко: в лодочке сидел молодой эльф и ловко справлялся с парусом к полному восторгу обоих сопляков. Опять же понять не могу: на самом деле эльфы могут менять свой рост по желанию, или оно только так кажется? Эррон в ответ на мои расспросы только смеялся: «Конечно, по-настоящему. Как же иначе мы могли бы переночевать в чашечке цветка, если иного крова нет?»
В чашечке цветка, как же! Что-то я ни разу не видел, чтобы хоть один эльф с утра пораньше или в какое иное время щеголял, измазанный пыльцой. Впрочем, а кто их знает? С ними никогда ничего не поймешь.
— Тайон! Тенхаль! Обедать!
Мальчики оторвались от игры с сожалением, но безропотно. Я даже зажмурился, когда Тайон едва не наступил мне на нос.
— Вылезай, Наемник, — окликнул меня Эррон. Я, ворча, поднялся во весь рост. Ума не приложу, зачем эльфам понадобился Страж Границы? Затаиться в их обществе совершенно невозможно. Я-то думал, что на сей раз мне удалось — оказывается, нет. Пора бы уже перестать и пробовать.
Молодой эльф шагнул с лодочки на берег, мгновенно обретая свой истинный рост. Во всяком случае, думаю, что истинный. Эррон сел рядом со мной и привел закатанные штаны в надлежащий вид.
— А я раньше думал, что вы не можете ступить в текучую воду, — вспомнились мне мои прежние представления об эльфах.
— Побасенки, — засмеялся Эррон. — Сам видишь.
— Вижу.
— Это Силы Зла не могут, но сплетни кого угодно с кем угодно перепутают.
— Тоже верно, — я сел и потянулся. — Искупаться, что ли?
— Да нет, — покачал головой Эррон. — Времени мало. Тебе сегодня будет не до купания.
— Отчего так?
