— Иногда я ощущаю себя мячиком, который перекидывают туда?сюда. А как ты себя чувствуешь?
— Послушай, я заказал нам секс?хижину, на всякий случай.
(Никто, кроме заведующего развлечениями, не называл их саунами с нулевой гравитацией.)
— Спасибо, что предупредил заранее.
— Да я так, на всякий случай.
— Я не в настроении, Дэн. То есть я в настроении, но не в том, которое годится для этого.
— О'кей, о'кей. — Он отыскал свою одежду и натянул трусы. — Ну так о чем же ты болтала со своим «любимым» профессором?
— Не могу тебе сказать.
Я закончила раздеваться. Смешно, но мне не хотелось снимать трусики, пока он не наденет свои. И все это в помещении, в котором находились еще пятьдесят мужчин, причем абсолютно голых, которые не были моими мужьями.
— А, кажется, понимаю.
— Думаю, тебе это не сложно. — Я пыталась говорить ровным, спокойным голосом. Если мы стали расходиться во взглядах, то я не подам виду и буду держать полученную мною информацию в тайне. — Мне было рекомендовано не обсуждать эту тему ни с кем, пока я опять не поговорю с ним в четверг. Вероятно, именно тогда будет заключено тайное перемирие.
Дэн улыбнулся и слегка хлопнул меня по спине.
— Я буду наверху, в комнате.
— Я тоже скоро поднимусь, но сначала окунусь. Возьми с собой вино.
Может, заснет к тому времени, как я вернусь.
Интересно наблюдать за выражением глаз окружающих, когда ты только появляешься в бассейне. Большинство женщин смотрят на лицо, впрочем, как и некоторые мужчины — стеснительные, воспитанные и, наверное, те, которых больше интересуют мальчики. Глаза же большинства представителей мужского пола совершают настоящий танец: скользят по промежности, потом по ногам, примерно до уровня голени, опять вверх, через пупок, задерживаются на уровне груди и наконец изучающе сосредоточенно разглядывают лицо. Впрочем, и сама я поступала точно так же. Можно пройти мимо кого?то, с кем работаешь целый день, и не знать его или ее. Лица выглядят иначе, когда тела с головы до ног упакованы в одежду.
Я поздоровалась с парой человек, почти мне не знакомых, и отрицательно покачала головой на немой вопрос мужчины, озабоченно крутившего дрожащими пальцами кольцо. Теперь этот «знак внимания» увидишь не часто, в отличие от того времени, когда я была девчонкой. А может, это именно передо мной такие знаки выказывают не часто? (На Земле существовали места, вроде стран Магриба, где у вас были бы все шансы распрощаться с жизнью, если бы вы сделали подобные жесты при чужой жене. Я возненавидела это место — в невыносимом пекле пустыни меня заставили надеть тяжеленный балахон, открывающий только глаза. Память с готовностью воскресила запах, оскорбивший обоняние, когда мы завернули за угол одной из узеньких улочек и вышли на людную площадь, — резкий запах застоявшегося пота моего предшественника, бравшего балахон напрокат, смешанный с тошнотворным зловонием разлагающейся плоти — рук и голов воров и прелюбодеев, гниющих на кольях.)
— Марианна, как дела? У тебя все в порядке?
— О, привет, Сэм… Все в порядке, просто устала. — Сэмюэль Вассерман, историк и слащавый любовничек.
— Ты смотрела прямо на меня и не заметила.
— Думаю о своем. Поплаваем? — Я взяла его под руку и потащила к мелководью.
Вода, как обычно, была слишком теплой. Я бы могла распорядиться, чтобы ее охладили, но знала, что большинство предпочитают именно такую. Может, стоит провести новый опрос и подтасовать результаты? Медленно, плечом к плечу, мы отплыли от стенки бассейна.
— Как тебе маленький сюрприз Парселла?
Я еще не разговаривала с Сэмом после заседания.
— У него своего рода нюх на драматические события, — заметила я. — Он вел у тебя когда?нибудь экономику?
— Нет, у нас были Бионди и Уолпол.
— Тебе повезло.
— Я вызван к нему на завтра для разговора. Не знаю, как себя вести. Новость о его болезни меня вдруг почему?то огорчила.
— Не подавай виду, что об этом знаешь или о том, что он умирает. Думаю, так будет разумнее с твоей стороны. Просто оказывай ему почтение, достойное пожилого академика, который может заставить тебя копаться в козьем дерьме, если ты начнешь ему противоречить.
— Спасибо за совет.
— В сущности, он неплохой человек. Он добр, просто семьдесят лет интеллектуального труда наложили свой отпечаток на его характер. Большую часть своей жизни он прожил в Ново?Йорке, который трудно было бы назвать колыбелью вялотекущего капитализма.
— Поневоле задумаешься, как ему удалось подняться на такую высоту.
— Личность. — Мы подплыли к другому краю, и я оттолкнулась от бортика. — Давай наперегонки!
Сэм не был хорошим пловцом, но и я не классный мастер, а разница в двенадцать лет и его длинные руки… На середине бассейна он догнал меня и, фыркая, пролетел мимо.
Мы сделали еще пару заплывов, а потом сели обсыхать, перемывая косточки Парселлу и другим коллегам. Кажется, во мне перемешались нежелание и надежда на сексуальное предложение со стороны Сэма, за которое я могла либо поблагодарить его, либо отложить на потом. Но, наверное, он просто убивал время, беседуя со мной, а может, ждал, когда же я уйду, чтобы выказать свои симпатии кому?нибудь другому. Я сказала Сэму, что Дэн меня, наверное, уже заждался, и пошла переодеваться.
Выходя из помещения, я почувствовала на себе его оценивающий взгляд и вдруг остро осознала, что, с тех пор как мы были любовниками, я прилично прибавила в весе, причем в основном ниже талии. Он, вероятно, набрал не меньше, но лишь в мышцах торса, и это делало его еще красивее, чем прежде. Я ощутила секундную вспышку отвращения к мужчинам вообще, и к молодым в частности.
Быстрее было бы доехать на лифте до четвертого уровня и пойти прямо к Дэну, но я снова обошла кругом дрожжевую ферму и ступила в темную неизвестность агро?отсека. Это меня немного развеселило.
Дэн лежал в постели, еще не спал, а смотрел телекуб, на экране которого мужчина и женщина катались на коньках. Я узнала музыку, под которую они танцевали: кажется, что?то германское, смутно напоминающее польку?бабочку.
— Старое?
Сэм кивнул:
— Кажется, зимние Олимпийские игры 2012 года.
— Программа поиска?
— Угу.
Это была развлекательная программа, в которой давались пяти, десятисекундные отрывки из различных передач. Своеобразное развлечение заключалось в том, чтобы включить программу поиска, получая на экране мелькающую мозаику из спорта, искусства, драмы, секса, шоу и телевизионных игр. Сэм переключил на другой канал.
— Хорошо поплавала?
— Нормально. Мне бы не мешало сбросить лишний вес.
— Что, предложений не поступило?
— От тех, кого бы ты хотел видеть у нас дома, нет. — Я заглянула в пакет с вином и достала из мойки свой бокал. — Был один субъект, который показал мне палец, но я его не захотела. Он был похож на Будду средних лет, с обритым наголо черепом.
— А, это Ради — полное имя, кажется, Радимачер… не помню. Джон его знает, он из Материального.
— Может, я бы его поцеловала. Но он мог неправильно это истолковать.
— Что? — Дэн оторвался от экрана, на котором старомодный автомобиль запылал ярким пламенем.
— Хочу сказать, что, по крайней мере, хоть кто?то проявил ко мне интерес. Мальчишки, одна мелюзга, их мужчинами?то не назовешь.
