Ментат, с сожалением подумал Ростик, может быть, и получше, чем я. Аймихо все-таки… И понимай их, как знаешь, когда они вот так, с единого или со своего дословно на русский переводят.
— Понимаешь что-нибудь из этого? — Он кивнул на лист бумаги, который Баяпошка держала в руке.
— Тут нет ничего сложного. Только одно непонятно, где брать солому, чтобы молоть ее на питание для грибковой культуры.
— Стоп. А как же пурпурные на своих гидропонных фермах…
— Они выращивают массу разной растительности, которую и полагается молоть в муку — главное питание для грибков. Тут выигрыш в том, что клетчатку, которая не усваивается ни пурпурными, ни людьми, удается переформировать в клетчатку, которая может быть нашей пищей. Это и есть молдвун. А еще можно использовать рыбную муку, но тогда возникает не слишком приятный привкус… В общем, — она снова улыбнулась, — разбираюсь. Детали могу доложить, если захочешь, но тебе это ни к чему.
И тут его мягко, но решительно отстраняли. Баяпошка это внезапно почувствовала, а ведь Ростик не ощущал, что она его читает. Но хуже всего было то, что она попробовала его утешить:
— Ничего, командир, твое время придет. Вот доберемся до места, и никто лучше тебя с пауками справиться не сумеет.
— Уже, наверное, сумеют. Такие ребята — Квадратный, Изыльметьев, Футболист… К тому же и основную роль будет играть, наверное, Лада. Она теперь старшая среди них по званию.
Баяпошка с сомнением посмотрела на Ростика.
— Так ты не знаешь? — Вздохнула. — На юг направлен также и Мурат Сапаров. Кажется, он должен быть замом Смаги, но, принимая во внимание, что личность он сильная, скоро Смага станет его замом. — Она помолчала. — Неужели тебя не известили?
Рост криво улыбнулся.
— Что еще скажешь?
— Больше и сказать нечего… — Баяпошка, как ни старалась держать лицо, все-таки тоже немножко за него расстроилась. — Знаешь, загляни к Рындину, он где-то в трюмах у викрамов бродит. Пробует с ними общий язык найти, хотя ему для этого, — она делано хохотнула, — слишком многому научиться придется.
— Рындин у викрамов? — Рост забеспокоился. — А они на него не нападут? Черт, нужно предупредить лопуха…
— Не волнуйся. — Баяпошка уже отворачивалась, чтобы понять, что делают без нее пурпурные тетки внизу, у чанов для молдвуна. — Он тоже читал твою книгу и все сам знает. Ну, Рост, заглядывай… Чтобы мы твое командирское присутствие ощущали.
Она снова помахала рукой и стала спускаться по трапу, бережно придерживая лист со своими рисунками и заметками.
А Ростик почти опрометью бросился в трюмы, устроенные для викрамов. Он пробежал их почти все, пока не обнаружил в темноватом после машинного отделения углу Рындина, который задумчиво сидел на полу у самой воды, в которой, иногда показывая спины, бродило сразу с десяток викрамов.
— Стас! — закричал Ростик еще издали. — Ты слишком близко сидишь.
Рындин медленно поднял голову, оказывается, он медитировал. Или занимался чем-то схожим.
— Нет, они сытые. — Он говорил, почти не разжимая губ.
Неужели и я так выгляжу, когда пытаюсь ментатить? Эта мысль была Росту неприятна, пожалуй, выражение Баяпошки, что в его теле был не он, оказалось еще по-девчоночьи мягким и обтекаемым.
— Знаешь, командир, они волнуются. — Подняться на ноги Рындин так и не захотел. — Пожалуй, можно сказать, они не слишком надежны. Пока, во всяком случае, когда еще можно вернуться домой. — Он озабоченно почесал затылок. — Может, потом, когда выйдем в море и им некуда будет бежать, они станут решительнее?
— Ты бы все-таки отошел подальше.
— Не переживай, они любят знакомых людей, вот я… и знакомлюсь.
— Будешь тут сидеть, когда познакомишься как следует. А пока — отойди. И впредь в зону их возможной атаки не попадай, это приказ.
— Есть. Хотя на расстоянии и труднее с ними…
Убедившись, что и тут все, в общем-то, в порядке и Рындин занимается нужным и весьма полезным в перспективе делом, Рост отправился наверх. Поднимаясь по лестницам, проходя бесконечными коридорами, он думал с давно созревшим ожесточением, что у всех есть работа, все заняты делом… Кроме него.
И еще его злило, что наверняка подняться к капитанскому мостику можно было более коротким путем, куда более быстрым и надежным. Но он даже этого не знал, вот и выбирал знакомый путь, который был, вероятно, раза в три длиннее. Но главное — это дойти, не заблудиться, не оказаться там, где ему совсем не положено находиться.
К тому же иногда, помимо всей очевидности его путешествия по кораблю, казалось — еще чуть-чуть, и, возможно, из-за того поворота выйдет несущий смертельную опасность вас-смер, приготовившийся казнить на месте непослушного раба, сбежавшего с гидропонных ферм.
Глава 28
Пол коридора ощутимо покачивало, не слишком сильно, тренированные ребята, которые привыкли «кататься» на антигравах, могли примириться с этой качкой, но что касается других… А есть ли на борту этого корабля «другие», мрачно думал Ростик, пробираясь вдоль стенки в свою каюту. Стенка, как ни странно, казалась самой надежной опорой, почему-то она вовсе не раскачивалась, и держаться за нее было приятно. Хотя это нарушало все законы психологии, геометрии и… что там еще есть, относящееся к расстройствам вестибулярного аппарата у не слишком подготовленного к морским путешествиям командного состава? Может быть, такая наука, как теория механизмов и машин? В общем, то самое, что описывает способы крепления разных поверхностей, их конструкционное взаиморасположение и способность отдельного человека их понимать. Уже миновав круглосуточного охранника, который нес пост в коридоре, ведущем к офицерским кубрикам людей, на чем в свое время настоял Квадратный, Рост неожиданно встретил Ладу, которая тоже выглядела не слишком уверенной и бодрой. Она даже слегка злилась, хотя другому это было бы незаметно, но Рост отлично видел, как ее глаза полыхают беззвучными молниями. Злилась она, разумеется, на себя.
— Море, — проговорила она негромко, сразу ухвативши Ростика за руку. — Черт бы его брал.
— Значит, ты — тоже?
— Что — тоже? А-а… Да, тоже. Хотя кто бы мог подумать?
Качка, не очень ощутимая, но какая-то слишком влиятельная для такого огромного корабля, выматывала кишки, выворачивая наизнанку желудок.
— Турет сказал, это самый настоящий шторм, такого он не видел уже много лет, — добавила Лада.
— Турет сказал, это самый настоящий шторм, такого он не видел уже много лет, — добавила Лада. — Еще он утверждает, что скоро все прекратится, к счастью, тут длительных штормов не бывает, море, как он говорит, мелкое.
— Если тут такая… неприятность происходит, представляешь, что же выносят моряки у нас, на Земле?
— У нас? — Лада странно, чуть ли не плаксиво наморщилась. Потом взяла себя в руки. — Не знаю, на Земле я на море так ни разу и не побывала. Пойдем, я тебя провожу.
— Меня не надо провож…
— Тогда ты меня проводишь.
Рост едва-едва успел войти в каюту и помог Ладе скинуть офицерский бушлат, который был ей явно велик размера на три, как в дверь постучали.
— Открыто! — выкрикнула Лада. Тоже не вполне своим, а болезненным голосом. Но и это мог заметить только Ростик, другие не уловили бы изменений.
