— Что же делать? — спросил Изыльметьев.
— Ты и реку захватил краем, — подсказала Лада.
— Нет, у реки бомбить не нужно, — признал Ростик. — Если мы ее испачкаем нашей химией, то… И рыбу погубим, и в море вынесет эту гадость, а она и за десять лет не очень-то вымывается. Значит… — Он снова подумал и уже очень уверенно, сам не зная почему, обвел гораздо более мелкий овал к северо-востоку от центра большого. — Тут хватит бомб пятьдесят, думаю, за пару ходок Бабурин эту площадь накроет.
— От него это потребует почти по полторы тонны груза, — прикинула Лада, — если в две ходки бомбить.
— Много, — признал Изыльметьев, — трудно будет через полконтинента тащить, да еще и бомбиться. Может, мы ему поможем?
— Нет, пусть они нам помогают, — сказал Ростик резче, чем хотел бы. — Без нашего участия обойдутся, у нас другая задача. — И окинул взглядом пилотов. — И пусть сделают это быстро, иначе… Нам тут пурпурных в подчинении не удержать.
— Да что они могут сделать? — мельком спросила Лада и тут же посмотрела на Василису.
Изыльметьев, который все понимал, усмехнулся бледными, обветренными губами.
— Они и выяснять этого не станут, — объяснил он.
И с этим оставалось только согласиться.
— Да, — Рост снова потер лицо, оно оказалось еще более занемевшим, чем прежде.
— На обратном пути захватите, сколько можно, ножей и этих… мачете, кажется. — Он удивленно покачал головой. — И кто такое дурацкое название придумал?
— Ты же и придумал, кто же еще? — Твердо отставив кружку после чая, Лада кивнула Изыльметьеву, принимая командный вид. — Ладно, ужинать будем в полете, сухим пайком, может, в Боловске отъедимся… — Посмотрела на Ростика. — Вылетим через полчаса, если ты не возражаешь. — Рост ничего не хотел говорить. Она это поняла. Добавила: — Ты тут без нас — не очень-то. Так и думай, если захочешь лишний раз рисковать — мол, пригодишься еще в будущем. — Она попробовала улыбнуться, но определенно беспокойно. — И скорее всего еще не раз пригодишься.
— Ладно — Изыльметьев тоже был готов, застегивал куртку. — Он и сам все знает, пошли уже.
Когда они вышли, Ростик понял. Вот его и отставили от практического участия в делах, к которым он привык. И так это незаметно, но неизбежно произошло, что оставалось только диву даваться.
Глава 21
Лада с Изыльметьевым вернулись только на третий день, после дневного привала, который с легкой руки людей почему-то все пурпурные называли «об'ед». Лада выглядела усталой, хотя и пыталась бодриться. Но под глазами у нее залегли глубокие тени, лицо еще больше покрылось морщинками, на этот раз не от морозов, а от того, что кожа стала почему-то сухой. Хотя и от морозов, наверное, тоже, ведь в Боловске стояла зима, и не в Белом доме они просидели все время, наверное. Серый Изыльметьев был поуверенней, только стал еще моложе на вид, совсем мальчишка, едва ли старше Ромки. Между собой они переглядывались как-то смущенно, но Ростика не интересовало, что между ними произошло. Он просто встретил их антиграв, провел к себе в палатку и терпеливо ждал доклада.
— Значит, так, — начала Лада как старшая по званию. — Мечей мы привезли около трехсот штук, ножей с сотню, больше не нашли, не кухонной же утварью их вооружать для такого дела.
— Какого дела? — не понял Смага. Но ему никто ничего не объяснил.
— Привезли еще с полсотни нагрудных доспехов и боевых касок, — продолжила Лада. — У тамошних начальников от наших докладов сложилось мнение, что боноки не нападают на тех, на ком много железа. Мол, медузам тяжело с металлом иметь дело… Вот Пестель и предложил попробовать, посоветовал пока водружать эти каски на малышню как на самых уязвимых.
— Это они-то уязвимые? — почти возопил Смага. — Да их всем лагерем охраняют, они сейчас…
— Господин офицер, — Ростик был вполне официален, — помолчи, пожалуйста.
— Вообще-то я капитан, — буркнул разобиженный зам Ростика, — как и ты.
— Виноват, — тут же признал свою ошибку Рост. Но Лада озорно блеснула глазами, поняла, что психологически Ростик уже выиграл, причем по всем статьям. — Что слышно от Бабурина?
— Он получил наше целеуказание, сказал, что за неделю подготовится и сделает.
— Неделю? Я правильно расслышал? — Рост начинал, кажется, кипеть, но показывать еще не хотел, сдерживался. — Они не понимают, что за неделю мы потеряем более двухсот человек или даже больше, если что-то пойдет не так, как хочется?
— Они, кажется, вообще не рассматривают потери пурпурных на марше как большую беду, — грустно высказался Серый. — Почему-то не принимают этого в расчет.
— А если у нас тут восстание снова вспыхнет? — поинтересовался Смага. — Теперь-то они аглоров не слишком боятся, привыкли, да и выбора у них особого нет.
— Теперь-то они аглоров не слишком боятся, привыкли, да и выбора у них особого нет…
Ростик пристально посмотрел на него, Смага замахал руками, показывая, что больше не будет.
— Ну, может, пораньше справится, — не слишком уверенно отозвалась Лада. — Он же все-таки твой друг, и общую ситуацию до него донесли, вдруг постарается поспешить?
— Как он планирует меня подхватить, чтобы я показал ему?.. — начал Ростик.
— Он прислал послание в Белый дом, где утверждает, что от мороза стекло капсул стало слишком хрупким, что бомбить тут придется на специальной машине, уже зараженной всякими ядами, и экипаж должен быть в войсковых химкомплектах. — Изыльметьев был этому, кажется, даже рад. — Назвал на всякий случай свою частоту для связи и сообщил, что тебя они подхватывать не собираются. Якобы эта операция требует экипажа с особыми навыками, которыми ты, командир, не обладаешь.
— У нас и радио нет, — все-таки не сумел смолчать Смага.
— Рация у нас имеется, — отрезала Лада, — на всякий случай. Только слабенькая и… как всегда, тут бесполезная.
— Та-ак. — Ростик был удручен. — Кажется, ребята, нас задвинули за угол.
— Может, к лучшему? — спросил Катериничев. — Ты же обозначил им район, где бомбиться.
— Надо бы слетать туда, — вздохнул Ростик. — Просто торопился очень, и целый день не хотелось тратить… Но лучше бы все-таки слетал.
— Да, еще они требуют, чтобы во время бомбежки ты там не показывался, чтобы вообще никто из наших там не крутился, — добавила Лада. — Эти бомбы стали слишком опасны, а высоты в три-четыре сотни метров может не хватить, чтобы мы не наглотались этой гадости.
— Что-то слишком уж Бабурин развел… безопасность. Ладно, не хотят — не надо. Главное, чтобы все-таки сделали свое. Что еще?
— От Таисии Васильевны тебе привет, — неожиданно грустно сказала Лада. — И от твоей прежней жены тоже, спрашивает, как Ромка, я ее уверила, что парень — молодец и что я из него настоящего пилота сделаю.
— Что еще?
— Лекарства от простуды привезли, — буркнул Изыльметьев. — Я уже попросил ребят Марты их перегрузить на платформу к больным.
— Так-таки от простуды? — не поверил Ростик.
— Ну, они сказали, что оно от переохлаждения и обморожения тоже помогает. Правда, что и как — не уточнили. Только назвали дозу — две таблетки в течение суток взрослым и по половинке — детям.
— Ладно, отдыхайте, завтра в вычисленный район смотаемся, пока его не разбомбили, — решил Ростик.
