— Думаю, да, — хмуро бросила она.
— Отлично. Пусть пугается. А вот и наш друг.
Я проследил, как Ксефон бросился следом за Алешей. Просто великолепно. То, что в таком состоянии Лешка поделится с ним своей бедой, я не сомневался. Ксефон, может, и дурак, но все же черт. И вытянуть у человека то, что его интересует, сможет.
Я покосился на мешочек с деньгами.
— Слушай, ты не проголодалась? Я ужасно хочу жрать. Пошли в кафе.
Альена отшатнулась.
— Я не прикоснусь к этим деньгам, что ты получил обманным путем!!!
— Так что, мне вернуть их? — удивился я. — Они обокрали других, я обокрал их. Все честно.
— Нечестно!
Я пожал плечами.
— Как хочешь. Разве я заставляю?
Я невозмутимо перебрался на другую сторону улицы и вошел в довольно приличное кафе. Альене ничего не оставалось, как пристроится за столиком рядом со мной. К нам подошел официант и с сомнением оглядел обоих.
— Вам что, молодые люди? — довольно недружелюбно поинтересовался он. Я молча достал из кармана пачку только что выигранных сторублевок.
— Меню, пожалуйста.
При виде денег официант мгновенно изменился и расцвел.
— Конечно. Вот, пожалуйста.
Я пробежал глазами список и надиктовал блюда. Официант протянул меню Альене. Та надулась и отвернулась.
— Она на диете, — сообщил я. — Худеет, понимаете ли.
Официант с сомнением посмотрел на довольно стройную девочку, сидящую перед ним, и пожал плечами. Мол, у богатых свои причуды. Вскоре принесли заказ. Я разложил все перед собой, заметив, как Альена сглотнула. Видно, кушать ей тоже хотелось. Я пододвинул к себе тушеную картошку с грибами и попробовал.
— А ты знаешь, — сообщил я, — очень недурственно. Сочно. У-у-у! Блеск.
Искоса наблюдая за все мрачнеющей Альеной, я довольно аппетитно поедал свой обед, комментируя каждое блюдо.
— А ты знаешь, пирожки вообще отпад. Зря ты отказалась.
Это уже было последней каплей. Альена вскочила с места и запустила в меня салфеткой со стола.
— Ты!!! Ты!!! — задохнулась она от возмущения. — Ты невоспитанный, грубый, нахальный!!! Эгоист!!! Вот!!!
Всхлипывая, она выскочила из кафе. Я невозмутимо обвел взглядом зал, где немногочисленные посетители смотрели на меня. Потом пожал плечами.
— Ох, уж эти женщины.
Кто-то хихикнул. Я же уткнулся в свой обед. Настроение почему-то испортилось. И ведь она сама от обеда отказалась! Разве не так? И что теперь возмущаться? И что я такого сказал?
Уже без особого аппетита доев обед, я расплатился и вышел. Альену я нашел в сквере, недалеко от того кафе, где я только что был. Она сидела на траве под деревом, уткнув лицо в колени. Я молча подошел к ней и присел рядом. Она меня не заметила. Или сделала вид, что не заметила. Я пододвинулся к ней поближе и пихнул локтем.
— Слушай, ну что ты разозлилась? Я ведь не хотел ничего плохого. Просто подзадоривал тебя, чтобы ты согласилась поесть. Нельзя же быть такой принципиальной.
— Болван!!! — буркнула Альена, не поднимая головы.
— Ладно, пусть болван. Ну, стукни меня. Только давай не будем сейчас ссориться? Альена, мне ведь нужна твоя помощь, чтобы помочь этим людям. Ну, давай помиримся?
Альена подняла заплаканное лицо и посмотрела на меня.
— Бесчувственный нахал!!! Только о себе и думаешь!
Я смиренно склонил голову.
— Можешь треснуть меня за это.
Но мне что теперь, провалиться сквозь землю? И вообще, в конце концов, я же черт! Я и не обязан быть не эгоистом и не хамом. А вот ты должна быть всепрощающей и доброй. Ну что тебе стоит простить меня? Ты ведь добрая, — изображая кота, я замурлыкал и потерся щекой о ее руку. Альена расхохоталась и отпихнула меня.
— Отвали, подлиза. Твое счастье, что я добрая.
— Ну просто ангел, — заметил я с улыбкой. Альена тоже улыбнулась. Потом достала зеркальце и посмотрелась в него.
— Ох! Я выгляжу кошмарно! — Она достала платок из кармана и стала вытирать лицо.
Женщины! Я возвел глаза к небу. Пусть ей всего сто двадцать лет, но… ладно, будем терпеливы и снисходительны. Как будущий мужчина, я должен прощать им эти слабости… но порой эти слабости так достают!!!
Дождавшись, когда Альена приведет себя в порядок, я встал и подал ей руку.
— Не понимаю, зачем все это. По-моему, ты в любом виде отлично выглядишь. Одним словом, ангел.
— Ты хочешь сказать, что я выгляжу хорошо только потому, что я ангел?! — с угрозой поинтересовалась Альена. Я счел за лучшее промолчать. Сейчас я что не так сказал?!!! Я думал, этот комплимент ей понравится. Хотел сделать приятное.
— Ты нашла нужного человека? — я поспешно перевел разговор на другое. — О котором мы вчера вечером говорили. Типа, кто может послужить примером для мальчика.
— Да. — Альена тут же приняла деловой вид. — Художник. Почти всю ночь разыскивала его в архивах. Все-таки, блокнот — не самая лучшая поисковая система. Короче, я выдала нужные нам характеристики и попросила блокнот отыскать подходящего человека. Его зовут Григорий Иванович Рогожев. Как я уже сказала, художник. Рисует картины и продает на улице. Написано было, что у него талант.
— А он нам точно подходит?
— Я сама проверяла, пока ты там в карты мухлевал! — даже обиделась Альена. — Он почти святой. Ходит в церковь.
— Это не аргумент, — вмешался я. На «мухлевал в карты» я благоразумно не стал заострять внимание.
— Не аргумент, — согласилась Альена. — Но верит он искренне. Если кто и сможет наставить на путь истинный нашего оболтуса, так это он.
Я поморщился.
— Альена, мне не нужен кто-то, кто наставит оболтуса на путь истинный. Я хочу, чтобы сам оболтус наставил себя на этот путь. Иначе все напрасно. Только он сам может помочь себе. Иначе все обман. Сейчас на него повлияет этот святой, а через десять лет совсем не святой. Я же хочу, чтобы мальчишка сам научился думать и решать. И отвечать за свои поступки. И лучше всего сделать это так, чтобы он видел, к чему ведут его поступки. Реально.
Альена вздохнула.
— И что ты предлагаешь?
— Пока отправиться к твоему художнику. Ты не возражаешь, если я его проверю?
Девчонка насупилась.
— Ты не веришь мне? Между прочим, подобные люди — это моя епархия.
— Будет твоя, когда ты станешь совершеннолетней и тебе стукнет сто восемьдесят лет. А сейчас ты всего лишь ученица средней школы, причем далеко не самая лучшая.
— Тебе обязательно надо напоминать мне об этом?!
— Прости. Тем не менее, ты всего лишь девчонка. По человеческим меркам тебе двенадцать лет сейчас.
Тем не менее, ты всего лишь девчонка. По человеческим меркам тебе двенадцать лет сейчас.
— Как и тебе! — отпарировала Альена.
— Не забывай об опыте! Я все же живу на этом свете не двенадцать лет, а сто двадцать! Так что опыта у меня побольше, чем у иного взрослого из людей.
— Как и у меня, — опять отпарировала Альена.
Я вздохнул. Хм, а девчонка действительно учится.
— Тогда ты понимаешь, что мы должны подстраховывать друг друга? Ты проверяешь меня, я тебя. Тогда меньше вероятность ошибки. Ты согласна?
Альена задумалась. Потом подозрительно уставилась на меня.
— Я вот чувствую, что где-то ты опять меня надуваешь. Только вот никак не могу понять где.
— У нас, между прочим, презумпция невиновности. Если ты не видишь, что я где-то тебя обманываю, значит, я тебя не обманываю. — Я честными глазами посмотрел на нее.
