Глава шестая
1
Самолёты — военные транспорты — сели без происшествий, как и полагалось, с положенными интервалами. Взводы и роты выгружались, отбегали к границам большого, недавно ещё расширенного аэродрома, строились, шла перекличка. Курилов, спустившись на землю, сладко потянулся. Встретивший его Лосев сказал, поздоровавшись:
— Вот жизнь пошла: то ты меня встречаешь, то я тебя.
— Служба, — усмехнулся комдив и повернулся к Котовскому, вышедшему последним:
— Поздравляю с прибытием.
— Спасибо. Но это ещё не Москва.
На это вместо Курилова ответил Лосев:
— Придётся обождать. В городе неясная обстановка. Командующий, на два слова.
— Извините, — проговорил Котовский, и отошёл подальше, чтобы не слышать секретов. Остановился, глубоко вдыхая подмосковный воздух.
Лосев сказал:
— В Москве стреляют. Генштаб требует навести порядок. Кроме тебя, сейчас некому. Не кремлёвскому же полку.
— Где сейчас Верховный? — поинтересовался начальник дивизии.
— Дома, не в городе. Твоя задача — обеспечить безопасность Кремля. Приказ Генштаба. Кремля! — подчеркнул Лосев голосом. — Вон, смотри вправо, правее вышки. Видишь?
— Вижу машины.
— Для тебя. Сажай войска. Но на выступление будет дана команда. А здесь — твоя исходная. Сиди и жди по готовности номер один.
— Понял. Вопрос: что делать с пассажиром? С его людьми? Ты не узнал его?
— Плохо обо мне думаешь. Его надо поместить где-нибудь здесь, в Москве и в самом деле опасно. Стихнет — тогда пусть едет.
Курилов сказал:
— Погоди, по соседству есть местечко — я его по пути туда заброшу, там, я считаю, будет надёжно.
— Тебе виднее. Но без промедления.
— Один вопрос: точка назначения — Кремль, это понятно. А там?
Лосев ответил, обозначив намёк на улыбку:
— Как говорит главковерх — обеспечить преемственность власти.
Курилов скомандовал стоявшему поодаль адъютанту:
— Командиров полков — ко мне! Войска — по машинам. — И заместителю, что подбежал первым: — Степан Маркелыч, командуй пока, я ненадолго, быстро вернусь. Мою машину выгрузили? Сюда её!
Ставилась боевая задача. И потому один полковник не спросил, а другой — не сказал, что видел девушку Настю, и она вполне в порядке.
2
Верховный и в самом деле находился уже дома, за городом, когда среди ночи пошли тревожные звонки. Вдруг позвонил Ладков. Был он аж во Владивостоке — проводил свою кампанию:
— Что там в Москве? У вас всё в порядке? Тут слухи ходят самые сумасшедшие… И газеты, и тиви… все каналы…
— Какие «все каналы»? Да ты где сейчас?
— Я? Да во Фриско — случайно, в общем, оказался тут…
Третий сердито шваркнул трубку на место.
Вдруг позвонил Ладков. Был он аж во Владивостоке — проводил свою кампанию:
— Что там в Москве? У вас всё в порядке? Тут слухи ходят самые сумасшедшие… И газеты, и тиви… все каналы…
— Какие «все каналы»? Да ты где сейчас?
— Я? Да во Фриско — случайно, в общем, оказался тут…
Третий сердито шваркнул трубку на место. Во Фриско вряд ли, но вот здесь уже и правда стало слышно, что стреляют. Не рядом, конечно, но и не так, чтобы очень далеко. Он потребовал машину. Начальник охраны сказал:
— Вы лучше прямо здесь меня убейте, потому что в Москву я вас только через мой труп выпущу!
— Нужна обстановка. Доложи.
— Город штурмуют с пяти направлений. И пути в центр практически перекрыты. Идёт стрельба, начинаются погромы.
— Глупости. Кто, откуда?
— Пока точно не известно. То ли банды, то ли наёмники какие-то, то ли просто толпа. Но вооружённая. Ночью сориентироваться точнее трудно. Рассветёт — увидим.
— А что же милиция, войска? Лопухину звонил?
Лопухин был нынешним министром внутренних дел, а перед тем руководил строительством Северо-Западного наливного терминала.
— Так точно, в первую очередь.
— Соедини с ним.
— На Житной только дежурный. От него и вся информация. С милицией там что-то не так, сейчас выясняют.
— Домой министру звони!
— Уже. Никто не отвечает.
«Вот именно, — подумал главнокомандующий. — Уже».
— Тогда в Генштаб. Или начальнику домой. Соедини. Здесь нужны войска.
Начальник Генштаба оказался на месте. На требование Верховного ответил достаточно спокойно:
— Меры приняты. К сожалению, ближе всего дислоцированные войска сейчас по вашему приказу задействованы на тактических в районе Смоленска. Для возвращения понадобится двое суток. Там погодные условия исключают полёты транспортных самолётов.
Верховный положил трубку. После паузы проговорил:
— Доберёмся до Кремля на вертолёте. Скомандуй там.
— Нет. Вы же слышали: идёт стрельба. Мы же не знаем — из чего. А вертолёт — мало ли их сбивают? Нельзя!
— Так. Что же посоветуешь? Подожди! — последнее слово было обращено к жене, появившейся на пороге. — Одевайся пока! — И собеседнику: — Итак?
— Ваш вертолёт готов.
— Ну, и куда же я на нём?
— К самолёту, конечно. Экипаж уже на месте.
— Вот, значит, как ты решаешь. А дальше?
— Главное — сейчас отсюда выбраться. Последняя информация: крупное воинское соединение приближается к столице… выходит, что без ведома Генштаба?
«Это Равиль, — понял Третий, и ему на секунды сделалось не по себе. — Это уже не толпа, пусть и вооружённая. Ах, сукин сын, улучил минуту…»
— Может, к казахам, — говорил тем временем начальник охраны. — Или в Германию?
— С ядерным ключом? — спросил Третий. — В качестве гостинца? Ну ты скажешь.
— В качестве гостинца? Ну ты скажешь.
— Оставить здесь.
— Глупеешь на глазах.
— Ну, не в доме же. Офицер доставит в Генштаб. Там надёжней. Вернёмся — заберём.
— А если не доставит?
— Я с ним лучших людей пошлю. Довезут.
— Его довезут. А меня, значит, нет?
— Им рискнуть я могу. Вами — не имею права.
— Ладно, — согласился Третий. — Действуй. Или на Лубянку? Хотя… нет. Давай его сюда — отдам ему приказание. Остальное решим в воздухе. Поехали!
3
Кого бы это ещё могло принести среди ночи, в такую неблагоприятную пору? Ре понимал уже, что дочери добраться не удалось. Ничего удивительного: поезда не ходят, дороги перекрыты. Скорее всего, кому-то понадобилась помощь. Как Тимофею, что, несколько захмелев, храпел сейчас на диванчике. И на всякий случай Ре спросил:
— Настя, ты?
Ответил мужской голос:
— Простите, вы её отец?
«Что-то с дочкой», — мелькнуло в голове. И старик решительно отодвинул засов, распахнул дверь.
— Что с ней?
Перед ним оказался военный. Средних лет. В камуфляже. С полковничьими погонами.
— Разрешите войти? Разрешите представиться: полковник Курилов.
Это было неожиданностью. Но скорее приятной, чем наоборот. Потому что на лице полковника никак не читалась информация о беде.
— Ага, — сказал Ре, отступая назад, предоставляя полковнику оперативное пространство. — Если не ошибаюсь, Артём… а по отчеству?
— Понял: вы в курсе. Сейчас связи с нею у меня нет. Простите, я не один, и у нас серьёзное дело. Вы разрешите войти моим спутникам? — И, повернув голову: — Входите, господа.
Вошло ещё трое: двое мужчин и женщина.
— Позвольте представить вам: господин Котовский…
Ре кивнул. Он успел уже узнать одного из трёх.
— Милости прошу. Извините за беспорядок. Итак, чем могу вам помочь?
— Приютите моих спутников. Ненадолго.
— Считайте, что вы у себя дома. Прошу за стол. Как раз к ужину.
— Боюсь, мы стесним вас… — начал было Котовский.
— Ни в коем случае.
Едва успели сесть, как снова в дверь застучали — на этот раз уверенно, сильно. Гости переглянулись. Ре встал. В руках его оказался АКМ. Курилов успокоил:
