Итак, копье в упор и вперед. После привычно легкого хода моего Голиафа нынешняя его тяжелая поступь прям?таки бросалась в глаза. И тем не менее конь начал разгон уверенно, как будто для него такие мероприятия были не в новинку. Впрочем, кто его знает, того парня, который остался лежать в лесу,
— может, и он не раз принимал участие в этих игрищах. Ну… еще мгновение… БАМ?М?М!!!
И все?таки я промахнулся. Нет, до чего же тяжко управлять этим бревном — то ли дело нормальный привычный бластер.
Промахнулся на несколько сантиметров, а этот… увалень… очень даже точно влепил своей деревяшкой мне прямо в грудь. Если бы я больше думал о том, чтобы попасть, чем о необходимости держаться в седле, то сейчас наверняка валялся бы на арене — вон у него от удара даже копье развалилось. Так, друг мой Голиаф, притормози… сейчас будет та же сцена, дубль два. Черт, в ушах так и звенит…
— Благородный рыцарь, сэр Стас де Бург, благородный рыцарь, сэр Герин Толстый. Второй бой.
Итак, вперед! Интересно устроено это боевое седло — сзади такая надежная спинка, которая просто создана, чтобы не дать мне упасть. Так, моя радость, прибавь шагу, сейчас… БАМ?М?М?М!!!
Черт подери, ну что за невезение!
Опять промах… однако при этом я почувствовал, когда копье этого… толстого въехало мне в грудь, что за спиной что?то явственно хрустнуло. Надеюсь, это не мой позвоночник?
— Простите, сэр… — обратился ко мне паж, в обязанности которого входило подавать мне копье, если мое сломается… для этого как минимум нужно во что?нибудь попасть. Я, кажется, не попаду даже в сарай. — Простите, сэр… У вас сломано седло.
Ага, значит, все же не позвоночник. Это утешает.
— Ерунда, малыш.
Ну да, малыша мы утешили, а кто утешит нас? Следующий удар вышибет меня из седла за милую душу. Вы пробовали летать, десантник? Конечно. И как? Не понравилось. Значит, будете летать, пока не полюбите это дело…
— Благородный рыцарь, сэр Стас де Бург, благородный рыцарь, сэр Герин Толстый. Третий бой.
Итак, что мы имеем? Независимо от того, промахнется он в этот раз или нет, сэр Герин явно впереди по очкам. Значит, у меня два выхода: либо попасть по шлему… и при этом он должен промазать, либо… либо я должен сейчас его отрубить. Вылететь из седла мне уже не грозит… в том смысле что это на исход боя не повлияет. Значит, к черту мысли об усидчивости, начинаем думать о прицеливании. Как там у боевых истребителей? Либо скорость, либо оружие, либо защита. Скорость мы не контролируем, защита у нас треснула в задней части, остается только оружие. Ну, держись, толстый… Тем временем мой конь набрал скорость, и цель стремительно приближалась. Мое «бревно» было направлено в корпус противника, по крайней мере так всем должно было казаться со стороны.
Чертовски надеюсь, что ему тоже так покажется. Я отпустил поводья — сейчас мне понадобятся обе руки. В тот момент, когда копье сэра Герина собиралось с просто раздражающей точностью врезаться в мою многострадальную грудь, я резко наклонился вправо, принимая его удар на щит, поднимая неуклюжее копье и всеми мыслями и всеми силами направляя его в шлем моего оппонента.
БУМ?М?М!!!
Попадание! От удара сэр Герин откинулся в седле и… нет, в данном случае речь идет не о мастерстве, а лишь о банальном везении — у него лопнула подпруга, и в следующее мгновение он уже с грохотом рухнул наземь. Вместе с седлом. Его конь пролетел несколько метров вперед и резко встал, пытаясь разобраться, с чего бы ему вдруг так полегчало. Пажи бросились поднимать рыцаря
— что ж, надеюсь, парень не пострадал.
— Победителем объявляется сэр Стас де Бург!
До чего же приятно это слышать, черт подери. Впрочем, не стоит обольщаться, в данном случае победил я случайно, а такая случайность дважды не повторяется. Так что, как пить дать, лежать мне на арене…
— О, милорд, я так за вас волновалась…
— Вы мне льстите, Алия.
— Нисколько. Вы казались настолько беспомощным…
— Вы меня оскорбляете, Алия.
— Можно подумать. Ваши первые два боя вызвали в обществе нездоровый смех. Впрочем, финал был несколько поприличнее.
— Что толку спорить… я держал в руке копье первый раз в жизни…
— Между прочим, это было сильно заметно.
— Это банальное везение. Кстати, посоветуйте сэру Дункану не ставить на меня в следующем заезде.
— О, он опытный в этих делах человек. Хотя и ему вы доставили беспокойство.
— Он беспокоился о моих костях?
— Скорее о своей ставке. Не то чтобы его сильно волновала потеря денег, но выигрывать всегда гораздо приятнее, чем проигрывать. А ваши кости, как я уже объясняла, это ваше личное дело.
— Тут я с ним полностью согласен. И много он выиграл?
— Скажем так, этого выигрыша хватило бы на скромный замок где?нибудь в уютной долине.
— Ого… он так верил в мои силы?
— Скорее, доверял своей… интуиции.
— Ваш словарный запас растет прямо на глазах, маркиза.
— О да, я уже начинаю следить за своей речью, чтобы не подумали, что я, находясь в обществе, утонченно бранюсь.
— Что ж, и что у нас теперь по плану?
— Скоро закончится первый круг. Герольды составят пары победителей, если, конечно, победители захотят продолжить участие в турнире.
— А что, можно отказаться?
— А вам этого хочется? — Ее глаза взглянули на меня с плохо скрытым укором. Интересно, она что, шуток не понимает?
— Нет, но хотелось бы знать обстановку.
— Ну… можно. Не то чтобы это было позорно, но люди это запоминают.
— Поверьте, Алия, я и не планировал. Однако имейте в виду, следующий тур я закончу на земле.
— Верю… — вздохнула она.
В целом, все получилось почти так, как я и предполагал. Нет, второй тур я благополучно прошел, и опять за счет дурацкого везения. Мой противник, сэр Кларенс Каунас, вылетел из седла отнюдь не благодаря моей доблести — просто сила удара его копья о мой панцирь выбила его из равновесия. Конечно, если бы его копейный упор был на седле, как мой, а не на панцире, то скорее всего на земле оказался бы я. Но в данном случае мне все же удалось удержаться на коне, хотя и с огромным трудом — удар был страшный. А мой противник грохнулся на землю — вызвав на трибунах смешки, кстати, еще неясно, в чей адрес. Поскольку я снова промазал самым паскудным образом.
Сэр Дункан сиял, как новенькая монетка, — он снова поставил на меня, наперекор мнению Алии и, что особо приятно, мнению местного тотализатора. Если в первом моем бою ставки принимались всего два к одному на победу Герина Толстого, то сейчас они составили двадцать к одному — против меня, естественно. Такое падение в глазах общественного мнения ни в коей мере меня не радовало, но, как бы то ни было, я вышел в третий круг, а это чего?нибудь да значит.
Такое падение в глазах общественного мнения ни в коей мере меня не радовало, но, как бы то ни было, я вышел в третий круг, а это чего?нибудь да значит.
Ну а в третьем круге осталось совсем мало новичков, и герольды постарались сформировать пары насколько возможно более справедливо, в результате чего моим соперником стал граф Рейн.
Одно утешает… его самого выбили из седла на четвертом круге.
Впрочем, я в этот момент находился в полубессознательном состоянии, а Алия применяла ко мне свои магические способности, попутно по возможности устраняя отдельные, наиболее внушительные синяки. Все?таки грохнуться с коня, да еще и в панцире, — это я вам скажу…
