Все присутствующие, в том числе и маммид, сгрудились вокруг небесного, с нетерпеливым любопытством наблюдая за тем, что тот делает. Впрочем, понять все равно никто и ничего не мог, поскольку с таким же успехом они могли наблюдать за чукотским шаманом, собирающимся проводить обряд изгнания бесов по пигмейско?буддистской технологии. А Хаарм колдовал над лиловым шаром, совершенно не обращая внимания на людей.
И лишь через полчаса тщетных усилий небесный потерял душевное равновесие и бросился искать его внутри «летающей тарелки», придумывая на ходу всяческие извращенные ругательства в адрес тех, кто эту «тарелку» переделывал.
Наконец, когда «икс?ассенизаторы» начали подумывать над тем, не ввести ли небесному дозу успокоительного в размере бутылки водки или дешевле выйдет утихомирить его каким?нибудь иным способом, Хаарм нашел душевное равновесие в лице какого?то блока инопланетной аппаратуры, совершенно неизвестного даже пилоту, не говоря уже о самих спецназовцах. Контрабандист поковырялся в блоке, и оттуда выползли едва видимые серебристые волоски. На пару секунд они опутали лиловый шар, вырвав его из рук Хаарма, а затем стали погружаться внутрь.
— Это кибердиагност. Теперь нам осталось только ждать, — хмуро констатировал небесный. — Если уж и он не сможет вскрыть эту базу данных, то можете заколачивать шаром гвозди или что вы там с бесполезными предметами обычно делаете?..
— Орехи колем, — выдал свою версию Кедман.
— Потому что совсем недавно слезли с пальмы, — продолжил за капрала Пацук. Американец покосился на него, но от комментариев решил воздержаться. •Пока, по крайней мере. Потому как всегда считал любого негра куда более здравомыслящим, чем любой европеоид. Украинцы в этот список Кедмана и вовсе не входили.
Несколько бесконечно долгих секунд с лиловым шаром вообще ничего не происходило. То есть, может быть, серебристые волоски и продолжали погружаться внутрь, но внешне это не было заметно. Шар чуть подрагивал, возвышаясь на едва видимых ножках над инопланетной аппаратурой земного корабля, а затем низко загудел. Еще через секунду на поверхности шара замелькали разноцветные полосы и концентрические круги, после чего мелькание прекратилось и над шаром появилась плоская квадратная голограмма. Люди удивленно уставились на нее, пытаясь что?нибудь понять в бесконечной паутине линий голограммы, а затем повернулись к Хаарму.
— Сейчас настрою, — буркнул тот и положил руки на лиловый шар.
На пару секунд он вновь возобновил непонятные «икс?ассенизаторам» колдовские манипуляции, а затем голограмма испещрилась странными инопланетными письменами.
Контрабандист отступил в сторону и гордо посмотрел на людей. При этом каждый из «икс?ассенизаторов» буквально физически почувствовал гордость, излучаемую разумом Хаарма, даже несмотря на то, что на небесного заранее натянули гермошлем энергоскафандра. Для пущей безопасности, так сказать!
— И что это за фигня, блин? — поинтересовался у контрабандиста Шныгин.
— А ты разве не умеешь читать? — ехидно спросил небесный и тут же осекся. — Хотя конечно! Как я мог ожидать, что столь отсталые создания поймут высокие письмена!
— Ты кого дикарями назвал? — взбеленился Пацук и вдруг замер, почувствовав чье?то успокаивающее прикосновение на своей руке.
Резко обернувшись, Микола понял, что его худшие предположения подтвердились. Сара смотрела на украинца снизу вверх, ласково поглаживая его по рукаву и мило улыбаясь. Есаул, конечно, ожидал от нее любой подлости, но вот такой перемены настроения у девицы даже в страшных мыслях представить не мог. Поэтому и отшатнулся так, словно увидел змею. Хотя, кто знает, может, так оно и было?.. Барышня такой реакции от Пацука тоже не ожидала и повторила маневр украинца. Причем с такой поспешностью, словно, начав умываться в тихой речке, нос к носу столкнулась с крокодилом… И это утверждение не берусь оспаривать. Пусть, блин, в конце концов, сами разбираются, на кого они похожи!..
И снова перед Миколой возникли старые воспоминания — море, небо, яркое солнце. Свежий ветерок тревожит безбрежную гладь, и ослепительно белые чайки чиркают крылом по гребням невысоких волн. Прозрачный воздух, кажется, звенит от каждого легкого движения и пьянит ничуть не хуже хорошего душистого вина. Легкий щебет птиц перекликается с шорохом набегающих на прибрежную гальку волн и… И над всем этим сидит на холме Пацук и громко, смачно, от души матерится. Вот только на этот раз есаул даже не выругался. Просто фыркнул и повернулся к голограмме.
— Ну так просвети нас, убогих, — обратилась Сара к контрабандисту, так же поспешно отворачиваясь от Пацука. — Что же тут написано?
— А бог его знает, — передернулся небесный. — Какие?то данные о продовольственных поставках, вооружении и прочая военная ерунда.
— Дорогуша, так ищи дальше, — вкрадчиво произнесла девушка. — Нам нужны координаты места, где содержатся наши товарищи. Ты это понимаешь?
— А ты знаешь, сколько тут информации напихано? — негодующе фыркнул Хаарм. — Я над ней пару десятков лет корпеть буду, чтобы нужные файлы отыскать.
— Так запусти какую?нибудь поисковую программу, — посоветовала девушка.
— Какую?! — буквально взревел небесный. — Я в этих военных базах данных ни хрена не разбираюсь. Я даже не представляю, где искать поисковую программу и как она будет называться.
— Тогда запусти какую?нибудь из своих поисковых программ, — предложила Сара, но и это оказалось непросто.
Хаарм подробно объяснил девушке, что для того, чтобы запустить в военную базу данных свою программу, ему, во?первых, необходимо добраться до собственного корабля. Во?вторых, необходимо найти способ, как эту программу впихнуть в лиловый шар. Ну и в?третьих, что самое главное, следует придумать способ обойти систему защиты базы данных, которая мгновенно уничтожит любую программу, внедренную туда без санкционированного доступа.
— Короче, нам нужен хакер, — горестно констатировал Шныгин. — В общем, Микола, можешь забирать, еври бади, свою никчемную игрушку.
— Подожди, — осадила его Сара и посмотрела на небесного. — Давай ты меня проинструктируешь, а я попробую найти встроенную поисковую программу. Может быть, что?нибудь получится.
— Давай ты меня проинструктируешь, а я попробую найти встроенную поисковую программу. Может быть, что?нибудь получится.
— Ты попробуешь? — вытаращился на девушку Пацук. — Знаешь, как воно ж бывает, когда всякие самоуверенные дивчины суют свой нос в чужие вещи?
— А знаешь, что бывает, когда всякие наглые типы излишне грубо разговаривают с девушками? — поинтересовалась у есаула Штольц.
— Стопинг! Хендс ап! Аи ю реди? — видимо, Шныгин от волнения полностью забыл все русские слова. Потом вдруг вспомнил: — Сара, а ты, в натуре, сможешь?
— Нас в израильской разведке многому учили, — скромно потупилась девица. Старшина присвистнул.
— Ну что же, попробуйте, — разрешил он. — Хуже все равно не будет.
Сара под руководством контрабандиста взялась за работу. Некоторое время остальные «икс?ассенизаторы», включая и Пацука, с интересом наблюдали за тем, что эта парочка делает, а затем, совершенно перестав понимать, чем именно Сара с Хаармом занимаются, утратили к ним всякий интерес. Все четверо мужчин разошлись по «тарелке», и лишь один маммид остался рядом с лиловым шаром, делая вид, что он жутко умный. Пацук фыркнул и, покрутив пальцем у виска, окончательно перестал обращать внимание на застывшую у голограммы троицу. В конце концов, каждый имеет право сходить с ума по?своему! Тем более что до наступления темноты и приближения момента взлета с планеты время еще есть.
