Однако ожидания ефрейтора не оправдались. И хотя трое «икс?ассенизаторов» старались изо всех сил хоть что?то рассмотреть в инфракрасном свете, кроме нескольких тварей на потолке, напоминавших мокриц — переростков, найти им ничего не удалось. Шныгин тихо выругался.
— Может быть, разделимся? — предположил Зибцих, но старшина отрицательно покачал головой.
— Нельзя. Это слишком опасно, — проговорил он. — Короче, уходим отсюда, и хрен с ним, с этим начальником гарнизона.
— А где мы раздобудем информацию о группе Орлова? — поинтересовался ефрейтор.
— Придумаем что?нибудь, — начал отвечать Сергей, но договорить не успел — за его спиной раздалось шипение лазерных ружей, а затем о стену над головами ударилось несколько плазменных шаров.
— Уходим! — почти одновременно с этими звуками завопил Пацук, и старшина толкнул Кедмана в первый попавшийся коридор.
Что?либо объяснять капралу не потребовалось. Кедман рванулся вперед, увлекая за собой группу инопланетян, а следом за ними, несмотря на все ее протесты, Шныгин отправил Сару Штольц, оставшись вместе с Пацуком и Зибцихом прикрывать отступление.
Неизвестно почему, но огонь трех лазерных ружей маммидам не понравился. Видимо, эти существа оказались слишком привередливыми и либо не хотели умирать именно от лазерных лучей, либо вообще умирать не хотели. Конечно, будь у «икс?ассенизаторов» больше времени, они бы непременно провели социологический опрос на эту тему. Но поскольку спецназовцы торопились, то решили просто стрелять в направлении противника, а задушевные беседы оставить до лучших времен.
Шныгин с Зибцихом устроили настоящий занавес из лазерных лучей, предоставив Миколе полную свободу действий. Они вели огонь непрерывно, не отпуская гашеток, и ни один маммид не смел, высунуть головы из?за плавного поворота коридора.
Правда, волосатые солдаты пытались, не глядя стрелять в ответ на огонь землян, но плазменные заряды, выпускаемые ими, либо взрывались от соприкосновения с лазерными лучами, либо разбивались о стены довольно далеко от «икс?ассенизаторов» и не причиняли людям никакого вреда.
Шныгин с ефрейтором пока полностью контролировали ситуацию, но, глядя, как ползет к нулевой отметке индикатор заряда батарей, Сергей понимал, что долго это продолжаться не может.
— Сало, чего ты там возишься?! — завопил старшина.
— Заканчиваю уже. Подождите еще минутку, — ответил тот. А когда Сергей вновь начал терять терпение, есаул скомандовал: — Отходите!
Шныгин с Зибцихом начали пятиться, не переставая вести огонь из своих ружей. А когда они добрались до развилки, за дело взялся Пацук. Сначала Микола поддержал друзей огнем, сделав завесу из лазерных лучей совершенно непроницаемой. Ну а когда старшина и Ганс прошли мимо него, украинец активировал детонаторы взрывчатки, поставленные на равном расстоянии по бокам тоннеля. Взрыв впечатлил и размахом, и эффективностью. В сторону «икс?ассенизаторов» не полетело ни единой гранитной крошки, ни одного осколка камня. И пусть пылью их засыпало с ног до головы, но это не в счет. Главное было сделано: Пацук взорвал стены тоннеля, намертво заблокировав проход, и при этом не убил ни одного из сослуживцев.
Старшина облегченно вздохнул и, прислонившись к стене, опустил почти до конца разряженное лазерное ружье.
— А ты, Сало, виртуоз, — вздохнул он, кивнув головой в сторону завала. — Теперь этим уродам неделя понадобится, чтобы проход откопать.
— Или несколько минут, чтобы обойти его по поверхности, — предположил Зибцих. — Может быть, догоним наших? Как бы их не ждали на выходе!..
Здравомыслие ефрейтора пришлось и к месту, и вовремя. По крайней мере, оно напомнило бойцам, что расслабляться еще рановато, и старшина первым бросился вперед, пытаясь догнать ушедшую группу. Зибцих с есаулом помчались следом, чтобы успеть на помощь друзьям, случись что?нибудь страшное в конце тоннеля.
Ничего ужасного, если, конечно, не считать пары десятков плоскомордых тварей размером с кошку, но вдвое зубастей, на выходе из подземного коридора не оказалось. Вышеописанные создания возились в кучах мусора, совершенно не обращая внимания на «икс?ассенизаторов» и их спутников. Вся группа стояла посреди весьма живописной — с точки зрения бомжа, конечно, — свалки, растерянно глядя по сторонам. Впрочем, по сторонам смотрели только земляне, пытаясь не пропустить момент возможного появления противника, а вот жителей Лоны окрестности свалки мало интересовали. Насан тупо глядел себе под ноги, и на его волосатой физиономии было написано такое откровенное выражение брезгливости, что фотографию этого момента вполне можно было бы использовать в рекламе моющих средств или прокладок без крылышек. Хаарм застыл в неподвижной позе, и, казалось, к чему?то прислушивался. Ну а три толпотоида пялились друг на друга. При этом на большеглазой морде каждого просто искрилось лучами выражение злорадства.
— Ну что, клоны поганые, все?таки по?моему вышло? — поинтересовался один из троицы. — С работы вас сегодня же выгонят, если вообще на переработку не отправят. Кто теперь за вас заступится? Дачку?то как у меня отбирать будете?
— Ты за меня не беспокойся, — ехидно посоветовал оригиналу первый клон. — Меня хозяин уважает и сначала разберется, что на самом деле произошло, прежде чем в другое место переводить!
— Это тебя?то хозяин уважает? — изумился второй клон. — Да по всей Столице уже байки ходят о том, как он тебя пинками каждый день по всему офису гоняет. Это вот я…
— Да что ты? — злорадно перебил его оригинал. — Твоя песенка тоже спета. Дача моя!
— Конечно, твоя, — окрысились оба клона одновременно. — Особенно после того, как полиции в руки попадет пленочка с записью твоего пребывания в военных казармах. Хозяин?то тебя, может быть, и не выгонит, а вот полицейским будет очень интересно с тобой лет тридцать на эллериумных рудниках пообщаться или на запчасти для нормальных толпотоидов тебя пустить!
— Да заткнетесь вы или нет! — рявкнул Пацук, последним выбираясь из подземного хода.
Хозяин?то тебя, может быть, и не выгонит, а вот полицейским будет очень интересно с тобой лет тридцать на эллериумных рудниках пообщаться или на запчасти для нормальных толпотоидов тебя пустить!
— Да заткнетесь вы или нет! — рявкнул Пацук, последним выбираясь из подземного хода. — До копчика достали уже со своей дачей. Горло друг другу перегрызть готовы, лишь бы дядям из правительства по дешевке весь урожай продать.
— Вы о чем, уважаемый? — в один голос поинтересовались все три толпотоида.
— Вот ведь воно ж как бывает? — обернулся Микола к Зибциху. — Живут себе дачники, живут, спину на огороде ломают, и вдруг бац, выясняется, что в рыночных отношениях они ни хрена не понимают. — Теперь есаул обернулся к троице толпотоидов и театрально закатил глаза. — Бедные вы, несчастные! Та травка, которую вы выращиваете и правительству продаете, на самом деле стоит намного дороже. По крайней мере, государство ее на другие планеты в десятки раз дороже продает, чем вам за это платит. Правда, Хаарм?
— Правда, — рассеянно ответил тот, даже не обернувшись.
И хотя небесный произнес всего лишь одно слово, причем почти шепотом, на небольшой ровной площадке между горами мусора, у входа в подземный тоннель, она произвела впечатление разорвавшейся обоймы кассетных бомб или залпа установки «Град». Толпотоиды сначала застыли как громом пораженные, а затем принялись орать, визжать, вцепляться друг другу в морду и пытаться снять скальп с безволосой макушки.
