— Что-то желаете, госпожа? — вежливо поинтересовался маг, как решила Наташа, специально, чтобы подчеркнуть ее статус для купца. У того вытянулось лицо, но в руки он взял себя моментально.
— Госпожа, вы только поглядите, все самое лучшее…
Девочка молча взяла зеркальце. Покрутила его, постаралась рассмотреть в нем себя.
— Не очень, — вздохнула она. — У нас качество лучше. — Маг с интересом глянул на девочку.
— Вам нужно лучшего качества, госпожа?
— Да в общем, нет, — задумчиво отозвалась Наташа. — Зеркальце меня не очень интересует. А вот кое-какие мелочи я бы у вас купила… У вас есть дамская сумочка? Вы понимаете, о чем я?
— О! Конечно же, госпожа. Одну минуту, у меня как раз есть то, что вам нужно! — Купец на миг скрылся в лавке, а потом вынес что-то завернутое в мягкую ткань. Он положил это «что-то» на прилавок и осторожно развернул. Наташа взяла предложенную небольшую сумочку из какой-то мягкой и бархатистой то ли материи, то ли хорошо обработанной кожи. Вместо застежки у сумки были два мягких кожаных шнурка, которые затягиваясь, позволяли надеть сумочку на руку и таким образом носить. Сама по себе сумочка была красива, в этом ей не откажешь, но вот размеры вряд ли позволили бы положить в нее слишком много. Интересно, что местные модницы таскают в таком вот кошельке? Ну деньги… зеркальце, пудру… больше в голову ничего не приходило.
— А размера побольше у вас нет? — Выбор такой простой вещи затянулся минут на тридцать. Наташа перемерила и перепробовала все, что предлагал купец. В конце концов, она остановила выбор на темно-синей сумочке с длинным широким ремешком, чтобы носить ее через плечо, выполненной из какого-то плотного материала и размером чуть больше листа формата большой книги. Купец что-то проворчал себе под нос, но сумочку аккуратно упаковал.
— Это ученическая сумка, — тихонько прошептал ей Гонс.
— Это ученическая сумка, — тихонько прошептал ей Гонс. — Такие носят студенты.
— Да мне все равно, — честно ответила девочка. — Главное, что она мне нравится. Надо будет еще купить писчие принадлежности. Это может пригодиться в поисках.
— В поисках? Писчие принадлежности?
— Э-э… понимаете, когда я записываю мысли, мне легче думается.
— А-а. Понятно. Тут я вам легко смогу помочь. Рядом как раз есть такая лавка. Я там сам всегда покупаю бумагу и все, что нужно для письма.
— Отлично. Тогда еще парочка покупок и идем в эту лавку…
«Парочка покупок» обернулась двумя не очень маленькими свертками, которые носильщик, тут же аккуратно уложил в корзину и снова водрузил ее себе за спину. Все то время, в течение которого девочка выбирала покупки, он простоял рядом, философски изучая небо. Видно, привык уже к такому.
— И сколько с меня?
— Ровно деж, госпожа.
Наташа обернулась к Аслунду. Судя по тому, как у того вытянулось лицо — сумма была запрошена просто запредельная.
— Вы хотите оскорбить госпожу? — холодно осведомился Гонс.
Торговец сглотнул.
— Прошу прощения, господин маг… я немного перепутал. Сейчас, одну минуту. Шесть лиреев.
Гонс покосился на Наташу. Потом кивнул.
— Все равно ведь надул, шельмец. Твое счастье, что нам некогда.
Вперед вышел Аслунд, достал кошелек и отсчитал шесть монет. Девочка моментально оказалась рядом и взяла одну, рассматривая ее со всех сторон. Отчеканена монета оказалась весьма качественно: на одной ее стороне красовалось изображение весов, а на другой — вставшее на дыбы какое-то животное, похожее на дракона.
— Это ведь серебро?
— Да. Весы символизируют честность и взвешенность решений. А на другой стороне герб республики. — Рядом с ней встал Гонс.
— И, как я понимаю, эти шесть монет меньше одного дежа?
— Десять лиреев составляют один деж. Только и дежи и лиреи — очень большие деньги. В ходу в основном медные деньги — шерки. Сто шерков — один лирей. Кстати, вот те зеркальца, что выложены на прилавке и которые вы смотрели в начале, вряд ли стоят больше шестидесяти шерков.
Наташа присвистнула. Да уж, накупила бы она сейчас…
— Ну и ладно. Горт сам сказал, что я могу брать все, что пожелаю. — Гонс почему-то рассмеялся. — А теперь в вашу лавку канцтоваров.
— Лавку чего? А… вы про писчие принадлежности. Конечно. Прошу вас.
Пока Наташа отбирала для себя тетради, карандаши и самые настоящие гусиные перья с чернилами, Гонс куда-то пропал. Вернулся он как раз к тому моменту, когда Аслунд совместно с носильщиком упаковывал последние покупки.
Гонс же неожиданно протянул ей пряник.
— Попробуйте, госпожа Наташа.
Девочка подозрительно покосилась на угощение, потом на невинную физиономию мага. Отказать вроде бы неловко, но с чего это он решил ее побаловать?
— Уверяю вас, ничего скрытого тут нет. Просто хочу угостить вас одним из местных лакомств.
Наташа еще чуть-чуть посомневалась, потом приняла угощение.
— Плакала моя фигура, — вздохнула она, чем вызвала взрыв искреннего смеха со стороны мага.
— Простите, — пробормотал он, отсмеявшись.
— Простите, — пробормотал он, отсмеявшись. — Просто… Великий! Разные миры, разные цивилизации, даже развитие этих цивилизаций идет разными путями, а девушки совершенно такие же. И волнуют их те же самые проблемы. Ну не обижайтесь, — Гонс снова предложил ей руку. — Я честно, не хотел вас обидеть. Это скорее мои размышления о разности и схожести миров. А вы, если уж на то пошло, единственная девушка в мире, которая может не бояться за свою фигуру. Помните, что я вам говорил? — палец мага указал ей на лоб: — Ваше тело подчиняется вашему разуму. Если вы не захотите располнеть, вы не располнеете, чем бы ни питались.
Обида, которую девочка еще мгновение назад испытывала на мага, моментально испарилась.
— Правда?! — И тут же хищный взгляд на зажатое в руке лакомство.
— Ну… не совсем конечно. Понимаете, не все так просто. Здесь главное — вера. Вера абсолютная. То есть это не просто загадать желание, а поверить. Верьте, что не сможете заболеть и не заболеете. Верьте, что с вашей фигурой ничего не случится, и можете есть что угодно.
Теперь взгляд девочки выражал сомнение. Еще раз осмотрев пряник, она вздохнула.
— Ладно, подумаю еще, — с этими словами она смело откусила и зажмурилась. — А вкусно… ням… хм… мда… надо бы узнать, из чего это делают. Рецептом поделятся?
— Вы умеете готовить?
— Гм… — Наташа проглотила очередной кусочек. — Если бы не умела, папа бы с голоду умер. Я же говорила, что у меня нет мамы. Мы с папой вдвоем жили. — Девочка обернулась к шедшему позади Аслунду. Тот моментально сделал вид, что совершенно не слушает ее рассказ. — Сначала вообще плохо было, пока папа на работу не устроился. Но и потом… Только в последнее время стало лучше. Папа на работе, ну а я, соответственно, на хозяйстве. Я ведь раньше из школы возвращалась. — Девочка снова обернулась к Аслунду. — Слуг у нас не было.
Гонс сочувственно кивал. И опять Наташа почему-то была уверена, что его сочувствие не просто дань вежливости.
— Вы сказали из школы? Вы учились?
— Да. А что вас удивило?
— Просто вы говорили, что жили не очень богато… Извините, если чем-то обидел, но… у вас дома обучение стоит так дешево?
— Гм… — Наташа задумалась. — Теоретически, среднее образование бесплатное. Хотя платить все равно приходилось. Но вовсе не так и много. Вполне терпимо.
