Но просто так стоять и разглядывать королеву он не мог.
— Ваше королевское высочество, — сказал он, — если бы к тебе явился человек с известием, что Делара снова нашла Рубин Дочери Молний, не смогла противостоять его силе и, возможно, скоро доберется сюда, чтобы убить своих сестер… Его бы правильно поняли? Или скорее приняли бы за сумасшедшего?
— Возможно, он мог бы продолжать. Но сперва ему следует представиться.
— Он этого не сделает. Разве что его заставят.
— О… — неприязненно сказала королева. — Это вполне можно сделать.
— Ваше высочество, я же сказал — заставят. А ведь это не значит — запугают. Так что не пугай меня, госпожа, а заставь.
На мгновение наступила тишина.
— Что ж, осадил бабу, ничего не скажешь, — проговорила Эзена. — Говори, незнакомец, что хотел сказать.
Раладан знал словечко «осадить», хотя его и не было в кинене, и не сумел сдержать улыбку. Ему понравилась эта правительница, умевшая в присутствии постороннего посмеяться над собой. Она действительно была сильна и прекрасно об этом знала.
— Говори, незнакомец, что хотел сказать.
Раладан знал словечко «осадить», хотя его и не было в кинене, и не сумел сдержать улыбку. Ему понравилась эта правительница, умевшая в присутствии постороннего посмеяться над собой. Она действительно была сильна и прекрасно об этом знала.
— Ваше высочество, мне много чего есть сказать, и было бы проще, если бы я знал, что можно опустить. Но я этого не знаю. Я изложу все как можно короче. Прерви меня или потребуй дополнительных объяснений, если…
— В оправданиях я не нуждаюсь, ваше благородие. А теперь слушаю.
Раладан рассказал все, что знал о Рубине Дочери Молний, трех сестрах, Ферене и угрозе равновесию Шерни. Он говорил и говорил, сказать ему было много чего… Он скрыл свое имя и некоторые подробности, связанные со способностями княжны Риолаты Ридареты. На всякий случай (может, и зря) он объяснил, что означает имя Риолата, поскольку ему не хотелось, чтобы королева, пусть даже случайно произнеся это имя, лишилась чувств от удушья. В конце он описал события, случившиеся на берегу Дартанского моря, и подробно объяснил, чего, почему и каким образом пыталась добиться Ридарета, а также какую, по его мнению, ошибку она допустила в своих рассуждениях.
— Это все, ваше высочество, — закончил он.
— Звучит как бред, — помолчав, заметила она.
— Нет, ибо никто не станет столь терпеливо слушать то, что считает бредом.
— Не стоит догадываться о причинах моего терпения, господин.
— Прошу прощения, ваше высочество.
Раладан никого не боялся и не смог бы объяснить, почему постоянно растет его уважение к женщине в красном платье.
— Хорошо. Слушаю дальше. Может, завтра сюда явится моя вторая Жемчужина, собираясь совершить убийство. Что ты предлагаешь мне сделать, господин?
— Что я предлагаю?
— Именно.
— Чтобы ты приказала ее схватить, не причиняя вреда. Твою Жемчужину… отравили, госпожа, — нашел подходящее слово Раладан. — Можно сказать, что вернули силу очень старому яду, который был у нее в жилах. Но есть противоядие.
Королева ждала.
— Это Рубин Дочери Молний. Я ручаюсь за княжну Ридарету, ваше королевское высочество, — очень серьезно сказал Раладан. — Если и есть на свете кто-то, кто по-настоящему ненавидит Рубин, то это именно княжна. Она заставит Риолату вернуть Деларе свободу воли.
Королева Эзена молчала, задумчиво вертя в пальцах конец иссиня-черной косы.
— Ты ручаешься за княжну, господин. Это поручительство от никого, — холодно заметила она. — Человека без имени. Капитана ее корабля? Посланца?
— Подобного поручительства должно быть достаточно, ваше королевское высочество.
— Нет, — сказала она еще более холодно. — Не должно и не достаточно.
Раладан почувствовал, что дело плохо. Но к подобному повороту он был готов.
— Я запомнила урок, так что уже не пугаю, а заставляю. Я пока здесь, но сейчас ухожу, так что говори быстро, ваше благородие. Когда я уйду, убейте его, — приказала она. — Безумец, пытавшийся убить королеву.
— Да, ваше высочество, — сказал Охегенед.
Она шагнула к двери.
— Что ж, осадила пирата, нечего сказать, — насмешливо произнес Раладан. — Повернись, госпожа, ибо я не стану говорить с твоей стройной спиной.
Теперь уже коротко вспыхнули ее разноцветные глаза.
— Меня зовут Раладан, я самозваный князь пиратского княжества на Агарах, то есть владелец семи лучших военных парусников Шерера, а также тот, с кем считаются капитаны нескольких десятков других, не менее грозных кораблей.
Княжна Риолата Ридарета — моя приемная дочь.
Как хозяйка, она имела право говорить первой и потому после короткой паузы произнесла:
— Князь.
— Ваше королевское высочество.
— Будь гостем в моем доме.
Кивнув ему на прощание, она посмотрела на коменданта стражи и вышла.
Королева прогуливалась по леску за домом. Заметив мелькнувшее среди деревьев красное платье и открытые плечи, Хайна направилась в ту сторону. Ее высочество никогда не следовала требованиям местной моды; почти все ее платья были по-дартански богатыми, но вместе с тем по-армектански смелыми — с разрезами в нескольких местах, без плеч, без рукавов, некоторые с декольте… Разные армектанские новинки встречались в Роллайне всегда, но теперь приживались быстрее.
— Ты здесь, хорошо.
Королева окинула взглядом военный мундир Черной Жемчужины, застегнутые на бедрах ремни с мечом и двумя кинжалами, коротко посмотрела на ее лицо, до половины закрытое мягкой вуалью из черного полотна. Прекрасные глаза невольницы-гвардейца не утратили ни красоты, ни блеска, а небольшой шрам на брови был почти невидим. Хайна еще не обнаружила, сколь волнующа загадочная красота атлетически сложенной воительницы с каштановыми волосами и закрытым лицом… Но разве это могло быть утешением для необратимо обезображенной, еще недавно столь прекрасной женщины?
Ее высочество продолжила прогулку. Обе — королева и невольница — были одеты в красное, хотя военный цвет телохранительницы имел иное значение, чем королевский пурпур.
Эзена забавлялась шишкой, перебрасывая ее из руки в руку. Очень спокойно, почти бесстрастно, она изложила Хайне суть разговора, состоявшегося перед полуднем.
— Почему ты не послала за мной, госпожа? Я могла бы…
Она не договорила.
— И все-таки ты не до конца мне доверяешь, — помолчав, сказала она.
Королева задумчиво посмотрела на нее.
— О нет, Жемчужина, — ответила она. — Я знаю, через что ты прошла, но не стоит меня этим шантажировать. Мне показать тебе твое место? Оно здесь, рядом со мной. Займи его или иди прочь, ибо другого я для тебя не вижу.
Разозленной Хайне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что, собственно, сказала ее госпожа.
— Я не стану тебя ни за что благодарить и тем более извиняться. Ты исполнила свои обязанности, и все, теперь оставайся со мной или уходи, — сказала Эзена, после чего не спеша повернулась и направилась в глубь леса. — Чего ты ждешь, телохранительница? Награды? — спросила она через плечо.
Хайна поняла, что говорит ей госпожа. Бросившись следом за ней, она обогнала ее и упала на колени.
— Ты мной довольна?
— Конечно, — удивленно ответила Эзена, снова забавляясь шишкой. — Но разве для тебя это что-то значит?
Вопрос повис в воздухе. Хайна сумела лишь кивнуть, опираясь головой о бедро королевы.
